Бусинки памяти. Часть 22
Штрихи к портрету
Любовь — это океан,
соединяющий все источники, реки и моря.
Прп. Исаак Сирин
Ищущий духовного совершенства, постигающий красоту божественных логосов, не может оставаться равнодушным и к красоте их земного воплощения. Неслучайно отец Николай так любил цветы. Когда был помоложе, выращивал их в горшочках, и стояли те повсюду на подоконниках и столах, свидетельствуя своим совершенством о вечном Божием попечении о тварном мире, благоуханием напоминая о неповторимых красотах Царствия Небесного. С годами горшочки с цветами исчезли: не стало у старца сил обихаживать их. Но все утраченное с лихвой восполнилось в день похорон: столько прекрасных цветов на острове не видели никогда. Впрочем, что они по сравнению с теми, небесными, что окружают батюшку сейчас, когда затворились за ним двери смерти. Помните?
Прошел мой век, как день вчерашний,
Как дым промчалась жизнь моя,
И двери смерти страшно тяжки,
Уж недалеки от меня.
Наверное каждый, бывавший у батюшки, слышал это четверостишие. Почему старец считал важным говорить всем именно эти, столь незамысловатые слова? Безыскусные, непритязательные… да… но стоит лишь задержаться на них мыслью, задуматься и открывается их великая тайна. Можно сказать тысячи проповедей, написать тысячи статей, но вся их мудрость вдруг удивительным образом уместится в одно лишь безхитростное четверостишие. Воистину, “где просто, там Ангелов со сто…”.
”Прошел мой век, как день вчерашний, Как дым промчалась жизнь моя”, — если пропитаешься горьковатым, но целительным соком этих строк, поймешь, не можешь не понять, что вся манящая прелесть мира, его необъятность, сулящие возможность обладания ими сокровища его, его слава и гордость — иллюзия, обман. Обладать ими или просто мыслить об этом — разница невеликая: ведь все это одинаково длится “миг”. А “двери смерти страшно тяжки” всегда недалеки и всегда неизбежны. Но самое главное — это не конец пути, это “двери”, а за ними вечность… Совсем не случайно четверостишие напоминает собой лесенку, где каждая последующая строчка короче предыдущей: сказал одну и поднялся ступенькой выше… Впрочем, известное дело, по лестнице можно и спускаться вниз, потому-то двери могут быть “страшно тяжки”.
Так просто, но… так безмерно глубоко, духовная мудрость научала не ведущую истины “юность”. Блажен, кто имел уши услышать.:
Митрофорный протоиерей Николай Гурьянов отошел ко Господу в субботу 24 августа 2002 года в 17 часов 30 минут. Тысячи людей со всех концов России собрались на маленьком острове, чтобы проводить последний путь своего духовного отца, наставника и молитвенника — великого старца. При виде всего этого невольно вспоминалось слова Ильина: “Быть русским — значит созерцать Россию в Божьем луче”.
Да, словно в Божьем луче… Заупокойная служба, десятки священников в светлых облачениях, теплые, проникновенные слова архиепископа Евсевия у тела почившего: “Своими молитвами, безупречной жизнью отец Николай стяжал себе большие духовные дары, приобрел искреннюю любовь народа. Ему всегда были присущи терпение, смирение, желание помочь и обратить к покаянию, никто не был им отторгнут, не понят или не утешен. Отец Николай будет для нас всегда примером истинного пастыря. Каждый сохранит в сердце его отеческие наставления, советы. И сейчас, когда отец Николай предстоит пред Господом, помолимся об упокоении его души, о даровании ему Царствия Небесного…”
Последнее целование… Редкие удары коло