Пятидневная война в новейшей истории России

Российские либеральные авторы проявляли особо пылкую любовь к грузинской «розовой» демократии, в которой они видели образец демократизации постсоветских государств. Буквально накануне Пятидневной войны обозреватель «Новой газеты» П. Фельгенгауэр в «Независимом военном обозрении» опубликовал статью «В Грузии есть кому воевать. И чем воевать». В ней утверждалось, что «сильный, умный, целеустремленный и очень энергичный национальный лидер М. Саакашвили со своей командой молодых, обученных на Западе, энергичных и дельных людей за четыре года переделал Грузию, как никто не мог ожидать». Особый восторг автора вызвали грузинские военные реформы. После перечисления достижений в этой области П. Фельгенгауэр пришел к выводу: «Михаил Саакашвили создал лучшую армию на постсоветском пространстве» (НВО, 2008-07-25).

Казалось бы, совершенно очевидно, что Пятидневная война коренным образом изменила ситуацию на Южном Кавказе, усилила позиции России в этом жизненно важном для неё регионе. Она должна была если не покончить с рассуждениями о «великом реформаторе» Саакашвили и скором уходе России с Кавказа, то хотя бы приглушить их громкость.

Ничего подобного, на различных научных семинарах и конференциях и, разумеется, в российских либеральных СМИ вновь и вновь приходится слышать о нанесённом Пятидневной войной «колоссальном» уроне позициям России на международной арене, о ее «изоляции», отсутствии союзников, обострении отношений с США, ЕС и т.д. и т.п.

Являются ли утверждения о том, что в августе 2008 г. Россия вновь избрала «самый худший из возможных сценариев» банальными спекуляциями и показателем некомпетентности их произносящих или под ними есть определенные основания?

Прежде всего, ситуация на Южном Кавказе не является чем-то уникальным и обособленным, она находится в контексте общей международной ситуации. Ввиду прогрессирующего в последние годы упадка однополярного мироустройства еще до Пятидневной войны Россия получила возможность значительно укрепить свои международные позиции.

США и Евросоюз отказываются распространять «косовский прецедент» на Абхазию и Южную Осетию и требуют от России отказаться от признания независимости этих республик. В свою очередь, Россия отказывается признавать Косово. Нет никаких признаков того, что в ближайшем будущем произойдет какое-либо изменение позиции сторон. Тем не менее международное сообщество не может попросту проигнорировать признание Россией Абхазии и Южной Осетии.

В мае 2009 г. генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун представил Совету Безопасности ООН «Доклад генерального секретаря, представляемый в соответствии с резолюциями Совета безопасности 1808, 1839 и 1866», в котором предлагается создать новый режим обеспечения безопасности между Грузией и Абхазией, на основе которого могут быть выработаны задачи и мандат миссии ООН.

Впервые в названии документа не содержится никакой ссылки на принадлежность Абхазии к Грузии, как это было во всех предыдущих докладах генсека ООН. В нем говорится о «миссии ООН по стабилизации», то есть Пан Ги Мун предлагает учитывать произошедшие в регионе изменения в названии миссии. Наряду с этим предлагается ввести новый режим безопасности путём создания зон безопасности на суше, на море и в воздушном пространстве, зон ограничения вооружений, механизмы взаимного уведомления, мониторинг со стороны ООН, заключение соглашений о взаимном информировании сторон и т.д. На основе этого нового режима, в соответствии с докладом, должен быть выработан новый мандат миссии ООН в Абхазии и Грузии.

Произошедшая в США смена администрации привела к определённой переоценке американской политики на Южном Кавказе. Её корректировка объективно необходима в условиях мирового экономического кризиса, в силу изменившейся международной ситуации, а также из-за авантюрного характера политики прежней американской администрации. Наиболее провальным итогом этой политики на Южном Кавказе как раз и стала Пятидневная война и её последствия.

И тут мы имеем все основания утверждать: при Дж. Буше США избрали самый худший вариант действий на Южном Кавказе из всех имевшихся. И этот же вывод вполне справедлив для Афганистана, Ирака, Ливана, Палестины, Сомали и других стран, ситуация в которых ухудшилась в результате авантюризма и постоянного обращения администрации Дж. Буша к военно-силовым методам решения проблем.

Пятидневная война и её последствия наглядно продемонстрировали, что в августе 2008 г. длительный период ослабления российских позиций на постсоветском пространстве и на мировой арене в целом закончился. Быстрый разгром грузинской армии привёл к замораживанию планов включения в состав блока НАТО Грузии и Украины. Российское военное присутствие в Армении, Абхазии и Южной Осетии позволяет надёжно гарантировать безопасность России и её союзников.

Прозвучавшие в Москве высказывания президента Б. Обамы говорят о том, что США могут отойти от наиболее жёстких форм конфронтации с Россией на Кавказе и постсоветском пространстве в целом. Объявленная Б. Обамой «перезагрузка» в отношениях с Россией проявляется в изменении средств достижения целей политики США, но нет оснований говорить о принципиальном изменении курса на сохранение американского доминирования в мире.