Россия и Китай: в шаге от военно-политического союза

Александр Нагорный  Николай Коньков 
0
12.06.2019 402

"Момент истины" стремительно приближается

6 июня 2019 года, в день русского языка и день рождения Пушкина, когда лидеры России и Китая находились в Санкт-Петербурге, а большинство лидеров "коллективного Запада" - в Нормандии на праздновании 75-й годовщины "Дня Д", то есть открытия союзными англо-американо-французскими войсками Второго фронта в Европе, можно было наглядно увидеть те перемены, которые произошли и продолжают происходить на международной арене. В фокусе внимания оказались берега Невы, а не побережье Франции, и весь мир прислушивался к тому, что в этот день говорили Владимир Путин и Си Цзиньпин, а не Дональд Трамп, Елизавета II, Эмманюэль Макрон, Ангела Меркель, Тереза Мэй etc. Два глобальных "центра силы": старый, раздираемый конфликтами, дробящийся на враждующие между собой части; и новый, который только начинает формироваться и совместными усилиями быстро наращивает свой потенциал, - предстали перед нами во всей своей нынешней определённости, со всеми своими достоинствами и недостатками. Тем более, что параллелизм двух этих событий и по времени, и по структуре (перед этим Дональд Трамп побывал в Лондоне, а Си Цзиньпин - в Москве) выглядел вовсе не случайным совпадением, а проявлением некоей "железной", хотя в целом ещё и скрытой, не торчащей полностью наружу, исторической закономерности.

Разумеется, всё это придало нынешнему питерскому бизнес-форуму совершенно новое и неожиданное политическое значение, вполне сопоставимое со значением, скажем, Давосского форума - в лучшие для того времена. Прежде всего - потому, что он стал площадкой для презентации "новой эпохи" (или, вернее, проекта "новой эпохи") в российско-китайских отношениях. Несомненно, эти формулировки были заранее отработаны сторонами в ходе предварительных совместных консультаций. При этом 5 июня в Москве и Владимир Путин, и Си Цзиньпин характеризовали нынешнее состояние этих отношений как находящееся на самом высоком, беспрецедентно высоком историческом уровне, как пример добрососедского сосуществования и взаимовыгодного сотрудничества, устойчивые и стабильные, не подверженные влиянию извне, обладающие огромным внутренним потенциалом и имеющие широкие перспективы для своего развития.

Разумеется, при этом сам собой возникал вопрос: а в чём же тогда может заключаться "новая эпоха", какие конкретно из имеющихся перспективы в ней будут задействованы?

Ответ на него был дан сразу же, в тексте "Совместного заявления Российской Федерации и Китайской Народной Республики о развитии отношений всеобъемлющего партнёрства и стратегического взаимодействия, вступающих в новую эпоху".

Прежде всего, это касается заявленного курса Москвы и Пекина на "дальнейшее объединение усилий со странами-единомышленниками в целях защиты мирового порядка". Позвольте, а как это соотносится с тем, что стороны до этого настойчиво - даже в названии заявления - позиционировали свои отношения как "всеобъемлющее партнёрство и стратегическое взаимодействие", но не "стратегический союз", декларируя отказ от установления союзнических отношений, конфронтации и ненаправленность против третьих сторон? Значит, "в целях защиты мирового порядка" они не только допускают, но и ставят своей целью "объединение усилий" не только между собой, но и со "странами-единомышленниками". Ведь понятно, что такого рода усилия не могут быть направлены "в никуда", "в пустоту", но будут иметь своим объектом вполне конкретных "нарушителей порядка". Или нет?

Как известно, американцы - те ещё прагматики. И им прекрасно известно, кого в России и Китае считают "нарушителями мирового порядка". Ведь не где-нибудь ещё, а именно в США придумали и широко используют знаменитый "дак-тест": "Если нечто выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то это, скорее всего, и есть утка". Точно так же, если объявленное Россией и Китаем "всеобъемлющее партнёрство и стратегическое взаимодействие" несёт в себе все функциональные признаки стратегического союза, то это, скорее всего, и есть стратегический союз. Тем более, что уже на пленарном заседании ПМЭФ-2019 Путин уточнил: "Мы не создаём с Китаем военных союзов. Да, мы стратегические союзники (выделение наше. - авт.). Мы не работаем против кого-то, мы работаем во благо себя самих и наших партнёров".

На недоуменные вопросы, может ли такое быть и, если может, то как, следует сделать отсылку к доктрине стратегической безопасности Российской Федерации, а конкретнее - к её пунктам, касающимся первого, ответного и встречно-ответного ядерного удара. Там всё расписано: и что, и как.

Более того, в тексте заявления официально подтверждено существование не имеющего аналогов "канала двусторонних связей по линии Администрации Президента Российской Федерации и Аппарата Центрального Комитета Коммунистической партии Китая", что означает систему прямого документообмена в режиме реального времени, который, к тому же, планируется совершенствовать и развивать, прежде всего - в части, посвящённой проблемам национальной и международной безопасности, в том числе - информационной.

Там же подчёркнута необходимость выработки и реализации на международной арене комплекса мер, направленных на преодоление исторически сложившейся системы неравноправного обмена товарами и услугами, преодоление любых проявлений протекционизма и дискриминации. Что, в общем-то, равнозначно разрушению всей современной финансово-экономической структуры.

Добавьте к этому "необходимость поддержания совместными усилиями глобальной и региональной стратегической стабильности, а также центральной роли ООН как источника и гаранта современного международного права, особенно - в сфере контроля над оружием массового поражения" (включая новые типы такого оружия) - и общая картина того, что должна представлять собой "новая эпоха" российско-китайского "всеобъемлющего партнёрства и стратегического взаимодействия" станет более-менее понятной.

На этом фоне выглядит чисто прикладной программа интеграции логистического и информационного пространства двух стран, с подключением к ней программ ЕврАзЭС и "Один пояс, один путь" для формирования "Большого евразийского партнёрства" и с реализацией целого комплекса финансовых, экономических, инфраструктурных, экологических и культурных проектов (включая соглашение о расчётах и платежах, которое, судя по всему, должно обеспечить финансовый фундамент не только для стимулирования двусторонней торговли, но и для всех совместных российско-китайских проектов, расширения "бездолларовой зоны" и создания новой международной расчётной единицы; контракт на сооружение двух энергоблоков АЭС "Сюйдапу" и подключение компании МТС к использованию и развитию 5G-технологий китайской корпорации Huawei).

Зачем же тогда, спрашивается, огород городить и уже готовую программу действий уже готового стратегического союза, нового глобального "центра силы" официально именовать какими-то иными, "маскирующими" словами?

Похоже, что такая нота диссонанса прозвучала не случайно и обусловлена позицией китайской стороны. Ведь с этими заявлениями Путин и Си Цзиньпин отправились не куда-нибудь, а на Питерский экономический форум, который традиционно играл роль прозападной и проамериканской площадки, где отечественные либералы и олигархи общались со своими зарубежными коллегами. Конечно, появление там тысячной делегации китайских бизнесменов во главе с "председателем Си" должно было произвести не меньшее впечатление, чем на армию Дария - появление у Фермопил легендарных трёхсот спартанцев во главе с царём Леонидом.

Тень китайского коммунистического колосса пересеклась с тенью российских "Авангардов", "Посейдонов" и "Пересветов" - достаточно впечатляющая "политическая анимация" перед заявленными встречами Си Цзиньпина и, не исключено, Путина с 45-м президентом США на саммите лидеров "Большой двадцатки" в Осаке 28-29 июня.

К тому же, дополненная, вне всякого сомнения, сенсационной речью президента России на пленарной сессии ПМЭФ 7 июня, где Путин де-факто обозначил возможность курса на фундаментальные финансово-экономические и связанные с ними военно-политические изменения во всём мире.

Прозвучавшие там характеристики кризисной ситуации в мировой экономике и в мировых финансах заставляли вспомнить Мюнхенскую речь того же спикера в 2007 году, после которой на "коллективном Западе" перестали задаваться вопросом "Who is mr. Putin?", решив, что имеют дело с "рычащей вошью". Время показало, что это было ошибочное решение, а за "вошь" - видимо, под действием веществ, искажающих восприятие реальности, - приняли, как минимум, настоящего "русского медведя".

Проецируя эту историю в финансово-экономическую сферу, нашим западным и особенно - американским партнёрам есть чего опасаться.

"Что касается финансов, отмечу: основные глобальные институты были созданы ещё в рамках бреттон-вудской системы 75 лет назад. Пришедшая ей на смену в 70-е годы ямайская валютная система, подтвердив приоритет доллара, по сути, не решила главных проблем, в первую очередь - сбалансированности валютных отношений и торгового обмена. За это время появились новые экономические центры, повысилась роль региональных валют, изменился баланс сил и интересов. Очевидно, что эти глубокие перемены требуют адаптации международно финансовых организаций, переосмысления роли доллара, который, став мировой резервной валютой, превратился сегодня в инструмент давления страны‑эмитента на весь остальной мир. Кстати говоря, на мой взгляд, большая ошибка американских финансовых властей и политических центров - они сами подрывают свои преимущества, появившиеся во время создания бреттон-вудской системы. Доверие к доллару падает просто", - сказал Путин и далее разъяснил: "Повестка технологического развития должна объединять страны и людей, а не разобщать их. И для этого нам нужны справедливые принципы взаимодействия в таких ключевых областях, как высокотехнологичные услуги, образование, трансфер технологий, отраслей новой цифровой экономики и глобальное информационное пространство. Да, выстроить подобную гармоничную систему будет, безусловно, непросто, но это лучший рецепт восстановления взаимного доверия, и другого пути у нас нет... Система, если в её основе - всё более очевидная несправедливость, никогда не будет устойчивой и сбалансированной... (Необходимо) провести своего рода демилитаризацию ключевых сфер глобальной экономики и торговли, а именно - оградить от торговых и санкционных войн поставки товаров первой необходимости: лекарств, медицинского оборудования".

К этому "финальному аккорду" прибавить что-либо трудно. Но факт остается фактом - до подобных теоретических фигур высшего пилотажа даже гигант Си не поднялся. И от этих слов на либеральную аудиторию повеяло смертным холодом. Ведь глобальное изменение основ мировой финансово-экономической системы с понижением роли США ведёт и к неизбежным переменам внутри России.

Всё это вовсе не значит, что заявленные президентом РФ теоретические тезисы сразу (или даже вообще) воплотятся в какие-то практические последствия. Но Путин показал, что, условно говоря, у него в кремлёвском кабинете висит ещё одно, заряженное уже непосредственно на "империю доллара" ружьё, причём далеко не made in China, и оно в любой момент может выстрелить. Независимо от того, что по этому поводу думают все остальные.

Как справедливо заметил в своё время известный американский мафиози Аль Капоне, "при помощи доброго слова и револьвера можно добиться гораздо большего, чем при помощи одного только доброго слова". Но точно так же справедлива и обратная сторона этого высказывания. То есть при помощи доброго слова и револьвера можно добиться гораздо большего, чем при помощи одного только револьвера. Именно эта монетка и была подброшена в воздух Путиным на Международном экономическом форуме. А уж как её захотят поймать наши западные "партнёры": "орлом" или "решкой", и захотят ли ловить вообще, - это уже их дело. И заодно - их собственный "момент истины".

Можно утешать себя тем, что с финансово-экономической точки зрения Россия сегодня не так сильна, как с военно-политической; что режим санкций против неё будет продолжаться и, возможно, даже усугубляться; что 650 соглашений на сумму 3,1 трлн. рублей (примерно 47,7 млрд. долл.) по итогам ПМЭФ-2019, о которых было официально заявлено - это блеф, и наполовину не соответствующий реальности. Но сегодня Российская Федерация, несомненно, находится в лучшем состоянии, чем накануне сталинской индустриализации или послевоенного восстановления, а с учётом возможности использования китайского и другого "внешнего" потенциала эти слабости могут быть ликвидированы точно так же, как была ликвидирована "отсталость" современной российской армии. Разумеется, с понятными последствиями и для российских либералов (не персонально, а как прослойки "агентуры влияния" Федрезерва, Всемирного банка и Международного валютного фонда).

В том же стиле, с тем же смыслом прошла и ещё одна знаковая встреча "на полях" ПМЭФ-2019: российского президента с главами информационных агентств Bloomberg, Синьхуа, Associated Press, Deutsche Presse, France-Presse, IRNA (Иран), Press Association Ltd. (Великобритания), EFE (Испания), ANSA (Италия) и Kiodo News (Япония). Если рассматривать Bloomberg в качестве "медиа-рупора" не США как государства, а пресловутого "глубинного государства" (Deep State) и стоящего за ним крупного транснационального капитала, то в этом списке, составленном по порядку участия в диалоге с президентом России, при желании можно увидеть точное отражение текущих приоритетов российской внешней политики (обратите внимание на факт присутствия директора информационного агентства Исламской Республики Иран IRNA Сейеда Зийи Хашеми и на отведённое ему место - "выше" Великобритании, Испании, Италии и Японии! - авт.).

Путин вроде бы продемонстрировал этим "акулам мирового информационного океана" желание и готовность на "мир без аннексий и контрибуций", условия которого - в очень упрощённом виде - можно сформулировать так: ситуация фиксируется по состоянию сразу после воссоединения Крыма (скажем, на конец марта 2014 года), последующие антироссийские действия западных "партнёров" аннулируются и признаются "небывшими", всё начинается "с чистого листа". Эту позицию можно трактовать как "слабую", но на деле она полностью укладывается в привычную внешнеполитическую "матрицу" путинского Кремля: первые условия для контрагентов оказываются самыми наилучшими, далее позиция ужесточается.

При этом президент России обозначил для своих собеседников три важнейшие проблемы, по которым будет проходить "линия водораздела":

- слом глобальной системы международной безопасности, вызванный выходом США из всех договоров, регулирующих "гонку вооружений";

- вмешательство во внутренние дела суверенных государств, включая признание США и их союзниками самопровозглашённого "временного/переходного президента Венесуэлы" Хуана Гуаидо и ситуацию в Сирии и на Украине;

- собственно формирование соглашения о новых "общих правилах" поведения на мировой арене, обязательных для исполнения всеми участниками данного соглашения.

Если первые две проблемы носят актуальный и вполне конкретный характер, то третья выглядит несколько абстрактной и размытой. Тем не менее, она является самой фундаментальной и главной, поскольку без этого добиться сколько-нибудь устойчивого решения первых двух не удастся в принципе. Но даже начинать её обсуждение без гарантий договороспособности всех заинтересованных сторон не имеет никакого смысла. А такую договороспособность как раз можно проявить только через решение двух первых, более частных и достаточно легко верифицируемых проблем.

Вряд ли наши западные "партнёры", включая "команду" Дональда Трампа, окажутся в состоянии - по разным причинам - пройти даже этот нехитрый "краш-тест" на политическую вменяемость, но, как говорится, "худой мир лучше хорошей ссоры", а попытка - не пытка.

Какие же основные выводы можно сделать по итогам государственного визита председателя КНР Си Цзиньпина в Россию, неразрывно связанного с Петербургским международным экономическим форумом?

Во-первых, Россия и Китай находятся в шаге от заключения официального стратегического союза. Но будет ли сделан этот шаг - зависит от позиции официального Вашингтона, которому и из Москвы, и из Пекина протягивают руки, тем самым подтверждая свою готовность к конструктивному мировому взаимодействию и решению действительно актуальных для человечества проблем, к тому же - носящих глобальный и системный характер.

Но эта готовность - уже во-вторых - накладывалась на одновременную готовность строить многополярный мир и без США, в иной конфигурации, с другими доминирующими центрами, которые и подрывают американскую гегемонию. Разумеется, и США, и их основные союзники понимают, что именно от их решения зависит, по какому пути: сотрудничества с плавной кончиной их привилегий или же бескомпромиссного конфликта с надеждой на выигрыш "коллективного Запада", - пойдёт дальнейшая история человечества. Так что здесь явно "ставка больше, чем жизнь".

В-третьих, по всем главным проблемам позиции РФ и КНР либо уже согласованы либо будут согласовываться в оперативном рабочем порядке. В частности, возможность войны "западной коалиции" против "одинокого" Ирана в Москве и Пекине категорически исключают.

В-четвёртых, при необходимости возможно преодоление существующих идеологических и структурных противоречий между Россией и Китаем путём перехода России от нынешней либерально-монетаристской матрицы "вашингтонского консенсуса" к модели мобилизационного общества с высоким уровнем социальной справедливости, что сегодня, с учётом "постсоветского" исторического опыта представляется неактуальным или даже вообще невозможным. Но "момент истины" в той или иной его форме, не просто неизбежен - он стремительно приближается.

Фото: 5 июня. Московский зоопарк. С 1992 года КНР не разрешает продажу или дарение бамбуковых медведей за рубеж, допуская только временную их аренду. Для России было сделано исключение, которое Путин назвал «знаком особого уважения» к нашей стране.

Источник

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр).

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Загрузка...
Александр Нагорный
Все статьи Александр Нагорный
Николай Коньков
Все статьи Николай Коньков
Последние комментарии
А я Собянина понимаю…
Новый комментарий от Анатолий Степанов
19.06.2021 20:50
Нас от таких фильмов тошнит!
Новый комментарий от Георгий Н.
19.06.2021 18:11
Национализм – это зло или благо?
Новый комментарий от Алекс. Алёшин
19.06.2021 17:26
Вакцинация: Президента России можно игнорировать?
Новый комментарий от печеклад
19.06.2021 10:31
Церковь готовится признать «екатеринбургские останки»?
Новый комментарий от Русский Иван
19.06.2021 10:19
Грядёт второй Амман?
Новый комментарий от влдмр
19.06.2021 09:20