Визит короля Великобритании Карла Третьего в Германию на прошедшей неделе (в Берлин) и «неявка» на «церемонию» канцлера Германии Олафа Шольца – породили в медиапространстве множество версий на эту тему, как конспирологических, может быть безосновательных, так и более серьёзных, связанных с ходом СВО, проводимой Россией на Украине.
Выскажем своё мнение по этому поводу.
Вождь Третьего рейха перед Второй мировой войной неоднократно высказывал мысль о том, что англосаксы и германцы принадлежат к одной и той же цивилизационной общности Европы, которая призвана руководить всеми народами – не только Европы, но и ее колониями и другими «вассалами».
Уравнивая, в каком-то смысле, себя с англичанами, фюрер «превысил свои полномочия». Более того, он рассчитывал, что во главе такой общности мог бы находиться именно он – вождь Третьего рейха.
Павел Фитин – «начальник разведки» (см. соответствующий сериал на ТВ) по донесениям своей агентуры предупреждал «вождя народов» И.В. Сталина о начале войны в мае – июне 1941 года.
Однако, политическая обстановка начала 1941 года была намного сложнее, чем это представляется современным политологам, историкам и экспертам. По многочисленным мемуарам «действующих лиц и исполнителей» того времени вплоть до начала июня существовала возможность другого сценария в отличие от реального, разыгравшегося 22 июня 1941 года.
Индикатором, показателем этого «другого сценария» явился полет в 1941 году Рудольфа Гесса, заместителя фюрера в НСДАП и рейхсминистра (1933-1941), в одиночку совершившего перелёт в Великобританию с целью подтвердить заключение мира британцев с нацистской Германией. Но Гесс потерпел неудачу со своей «миссией», был арестован британскими властями и находился в плену до окончания войны, затем был передан Международному военному трибуналу.
Существовал и «второй другой сценарий», игравший роль отвлекающую внимание «вождя народов» от плана «Барбаросса» – плана нападения Германии на Советский Союз. Он (этот сценарий) «муссировался» узким кругом высокопоставленных лиц политических элит, «занятых» в этом сценарии. И следы его любознательный читатель может найти в мемуарах «о том времени».
Именно этим – наличием других сценариев – объясняется «задержка реакции» вождя народов на события 22 июня 1941 года.
Возвращаясь к теме нашей статьи, заключаем: историческая практика средневековой Европы конечно же определялась не только «государственными инстинктами» политических элит европейских государств, но и, очевидно, наследственным этногенезом акторов, «нарабатывающих» этот государственный инстинкт.
Что-то подсказало канцлеру Германии – может быть гены его дедушки, на которого он так похож – не стеснённому в данном случае окриками из Вашингтона, не посещать церемонию визита английского короля. Перебьется мол, перетопчется…
Уткин Юрий Герасимович, православный публицист, кандидат технических наук
