Развивая мысль о перенесении боевых действий на территорию России, Зеленский 12 апреля договорился до «законности» организации массовой кампании террора против российских граждан и городов. Его подчинённые эту позицию детализируют уже несколько дней
На сегодня её можно свести к нескольким направлениям:
1. Отказ от соблюдения Женевской и Гаагской конвенций в отношении военнопленных. Принятие в их отношении принципа нулевой толерантности. Задача — спровоцировать Россию на ответную жестокость, чтобы заставить собственные войска умирать в котлах до последнего, но в плен не сдаваться.
2. Зачистка всей (не только и уже даже не столько «пророссийской») оппозиции на Украине. Стратегическая задача — завершение формирования тоталитарной диктатуры Зеленского, как средства максимальной мобилизации ресурсов Украины для тотальной войны с Россией. Тактические задачи: создание обменного фонда, получение пропагандистских преимуществ, создание России трудностей в административном освоении освобождённых территорий.
3. Объявление «законной целью» русских (не обязательно граждан России) за рубежом. Задача — организация паники среди русских в европейском масштабе, усиление напряжённости между Россией и странами ЕС, не способными обеспечить безопасность русских (как собственных граждан, так и граждан России). В этих условиях русские будут требовать от Москвы объявить себя защитником русских во всём мире. Если Кремль согласится (а ситуация подталкивает к согласию), то Запад усмотрит в этом «информационное прикрытие» «готовящейся агрессии» против Европы и сильнее втянется в антироссийскую кампанию. Если Москва требования русских проигнорирует, то зарубежные враги и часть собственных патриотов обвинит Кремль в том, что он «бросил своих», что станет вкладом в дискредитацию российской власти в глазах граждан.
4. Объявление «законной целью» любых граждан России, как на её территории, так и за её пределами («Мы будем убивать вас и ваших детей везде и даже после войны». Валентин Наливайченко, экс-глава СБУ и многолетний агент ЦРУ). Цель — моральный террор, ведущий к дестабилизации российского общества, ликвидации чувства защищённости. Расчёт на то, что запуганный народ потребует от государства прекратить войну на любых условиях.
5. Объявление законной целью городской инфраструктуры, включая жилые дома и детские учреждения, открытая угроза повторить историю со взрывами московских домов в масштабах всей страны. Цель та же, что и в пункте 4. Дезорганизация тыла в целом.
Оправдание всех этих планов повторяет классические тезисы любых террористов. Враг, мол, лучше вооружён, а за счёт террористических атак его население испытает те же лишения, что и украинское. И, ужаснувшись, заставит свою власть прекратить войну.
Надо сказать, что логика в этих построениях и не ночевала. Украинская пропаганда заявляет, что лишения только сплачивают украинцев и стимулируют их к тотальному сопротивлению. Наши общества достаточно похожи, формально они разделились тридцать лет назад, а фактически линии развития разошлись только двадцать лет назад. Более того, российское общество гораздо более сплочено изначально, чем украинское. Гражданские войны в России закончились в 90-е. Пятая колонна покидает страну уже более пятнадцати лет. В последние пару лет исход особенно усилился. Так что в случае опасности россияне должны лишь сильнее консолидироваться.
В принципе это понимают и на Украине, поскольку, параллельно с обоснованием террора как средства запугать российское общество, украинская пропаганда разгоняет фейки о подготовке российскими властями уничтожения объектов гражданской инфраструктуры на территории России, якобы с целью ожесточить российское общество и стимулировать его к тотальной войне с Украиной.
В общем-то, в данном случае мы имеем дело с классикой западной пропаганды, которая стандартно предлагает потребителю два и более не связанных (а чаще противоречащих друг другу) объяснения некоего события. Каждое из таких объяснений рассчитано на отдельную социальную группу, которая информационно не пересекается или слабо пересекается с другими социальными группами (что особенно характерно для эпохи интернета, где каждый сам формирует свой круг общения).
В таком формате неважно, боретесь ли вы против глобального потепления или против глобального похолодания, главное, чтобы вы поддерживали экологическую повестку (наполнят её смыслом без вас). В нашем случае украинская и западная пропаганда всеми силами пытается подорвать доверие народа к российской власти и, при помощи внутренней дестабилизации, выиграть уже проигранную Западом войну, по примеру 1917 или 1991 года.
Окунувшись в пропаганду терроризма и подготовку террористической войны против России, режим Зеленского явно потерял остатки здравого смысла. Террористическую войну России объявляли и басаевцы (кстати, где они?), и неохалифатчики (тоже уже практически растворились во времени и пространстве). При этом в обоих случаях делалась попытка раскачать Россию за счёт создания системы недоверия и взаимной подозрительности между мусульманской общиной России (не менее двух десятков миллионов человек) и остальным населением страны.
Украинство и идеи украинского нацизма тоже имеют в России своих сторонников, но они далеко не так многочисленны, а российские спецслужбы гораздо лучше подготовлены к ведению антитеррористической кампании, чем двадцать — двадцать пять лет назад. В ментальном и культурном плане мы настолько разошлись за последние двадцать лет, что на улице в толпе проще затеряться негру, чем украинскому патриоту, впервые прибывшему в Россию, — у него выражение лица сразу становится как у бушмена, внезапно перенесённого из своих полупустынь на Манхеттен.
Так что в лучшем случае украинцы могут рассчитывать на относительно успешную реализацию трёх первых пунктов плана: на террор против военнопленных, собственных граждан, в лояльности которых власть сомневается, а также против русских и русскоговорящих за рубежом. Возможны также отдельные акты индивидуального террора как на территории России, так и других стран против знаковых фигур российской политики и медиасферы, особенно непосредственно причастных к разоблачению нацистской сущности украинского режима.
Однако это уже приводит и, чем дальше, тем больше будет приводить к нежелательным для Украины последствиям.
Под раздачу попадают (и в большом количестве) граждане европейских стран, в том числе и не обязательно российского происхождения. В таких случаях властям приходится реагировать. Так как страдают избиратели, которые откажут на выборах в поддержке тем, кто их плохо защищал. Постепенно в Европе формируется негативный образ украинца как дикаря, завёрнутого в жёлто-голубое покрывало, красящего всё подряд в жёлто-голубые цвета, скачущего на центральных площадях с дурацкими кричалками и пристающего к нормальным гражданам (в 2004 году Янукович метко назвал их «козлами, мешающими нам жить»).
Параллельно Россия получает право и обязанность квалифицировать украинский режим не только как нацистский и тоталитарный, но и как террористический, то есть не имеющий права на существование. Право и обязанность любого цивилизованного государства — способствовать разрушению и ликвидации такого режима и, главное, привлечению его главарей к ответственности. Более того, Россия получает стимул к скорейшей военной ликвидации такого режима, поскольку только его полное уничтожение может обезопасить как граждан России, так и русских на Украине и в Европе.
Наконец, киевский режим полностью отрезает себе пути к переговорам, а именно переговоры могли способствовать его частичному сохранению (в ущерб долгосрочным интересам России). С террористами переговоры не ведут.
Украинский режим привык выигрывать за счёт запугивания (или прямого уничтожения) политических оппонентов. Но одно дело воевать с собственным безоружным народом, а совсем другое пытаться запугать государство, обладающее первой армией мира, самым крупным ядерным арсеналом и наиболее совершенными средствами доставки. В погоне за тактическим выигрышем (причём не собственным, а американским, ибо только США выгодна тотальная война до последнего украинца) украинский режим в очередной раз идёт на стратегически ущербные решения, лишающие его права на жизнь.
Что ж, избиратели Зеленского надеялись, что он изгонит из политики нацистов и установит гражданский мир, и он таки это сделает, только весьма извращённым способом — руками спровоцированной на ликвидацию террористического киевского режима России.
Историю нельзя обмануть. Исторический процесс обязательно будет завершён. Жизнеспособное расцветёт, а нежизнеспособное исчезнет. Если не хочет исчезать по-хорошему, то исчезнет в крови и пламени, но конец его неизбежен.
