На днях Президент России Владимир Путин в разговоре с премьер-министром Индии Нарендрой Моди на полях саммита ШОС в Бишкеке заявил, что Россия движется в направлении завершения украинского конфликта.
Известный политолог и обозреватель МИА «Россия сегодня» Ростислав Ищенко в интервью изданию Украина.ру заявил, что «Россия действительно движется к завершению украинского конфликта. Не к началу же она движется. И потом, Путин не сказал, что конфликт завтра завершится. Мы ведь регулярно говорим, что украинский конфликт надо рассматривать в контексте противостояния России и Запада. В этом плане украинский конфликт прошёл несколько стадий, и сейчас завершается его последняя стадия. Но завершатся она может ещё очень долго».
«Сначала сами западные аналитики говорили, что к началу 2026 года Украина будет недееспособна, - напомнил эксперт. - Весь 2026 год они вздыхали по поводу финансирования, потому что "Украина вот-вот загнётся". А сейчас они говорят про лето 2027 года. Но это же не точные даты, а их прикидки. И если киевскому режиму не хватает людей и ракет для противостояния с Россией, то до тех пор, пока эта нехватка стала критической и не привела к катастрофе, Запад может её компенсировать».
«С другой стороны, - продолжил политолог, - сейчас резко падает экономическая мощь Запада. Трамп пытается отыгрываться за счёт своих союзников. У него очередная торговая война с Канадой, и таких конфликтов у них много. Американцы должны их либо выиграть, либо проиграть. Если Штаты начнут проигрывать один конфликт за другим, у них будет стимул договориться с Россией. Если же они начнут выигрывать, они могут и подождать. С Европой все то же самое».
По его мнению, «если в Европе сторонники войны с Россией начнут выигрывать на выборах, они будут стремиться к тому, чтобы это противостояние не заканчивалось (на Украине или без Украины). Если же начнут побеждать сторонники того, что с Россией сперва надо договориться о мире, а потом, в зависимости от экономической ситуации, смотреть, нужен им новый конфликт или нет, то тогда мы выйдем на путь переговоров. Но у нас нет заранее предначертанного пути. Их много. Мы пока ничего не знаем».
«Нас воспринимают всерьёз, - отметил эксперт. - И борются с нами именно потому, что воспринимают всерьёз. Если бы нас не воспринимали всерьёз, они бы послали спецназ и выкрали Президента, а не захватывали бы танкеры. И мы будем в ответ захватывать танкеры, как уже заявляли. Но тут есть один нюанс, на который мало кто обращает внимание. Он состоит в том, что надо оценивать возможные последствия, направленных против нас действий, экстраполируя настоящее в будущее».
«Допустим, - предположил он, - европейцы останавливают семь танкеров в неделю и 30 танкеров в месяц. Нанесёт нам это ущерб? Не знаю. И точно так же свои действия оценивает противник. То есть тут дело не в количестве остановленных судов, а в том, какой будет результат.
Европейцы приняли решение, что будут продавать нефть с этих танкеров, а деньги отправлять в бюджет ЕС на поддержку Украины. Мы не знаем, делают они это или нет. Пока они просто задерживали, проверяли и отпускали. И пока они останавливают суда по принципу "Мы договорились об отзыве флага, и после этого высадились на судно". И тут возникает ситуация, когда судно идёт под флагом Камеруна, а Камерун отозвал свой флаг пять минут назад. И наши сейчас тоже работают со всеми, кто может отзывать свои флаги».
«И потом, насколько эффективно будет противодействие российского флота на море? Контроль нескольких серьёзных точек может создать для европейцев серьезный барьер. При задержании одного-трёх судов резко вырастут страховые взносы и упадёт рентабельность. А если мы задействуем более широкий арсенал средств, в каких-то районах Западу придётся проводить торговые караваны под охраной военных кораблей», - считает Ростислав Ищенко.
«Во-первых, это заставит держать в море большой флот, что уже дорого. Во-вторых, караван надо собирать, а это означает, что какие-то суда будут простаивать в ожидании возможности выхода. И всё это вместе может сделать Западу достаточно больно, чтобы прекратить подобную практику», - отметил он.
«Но, опять же, всё будет зависеть от того, как это будет работать. И не одну неделю, а хотя бы пару месяцев. Только тогда мы сможем сделать выводы по поводу своих перспектив и перспектив Запада. А пока мы только видим вялые действия Запада и грозные заявления России», - констатировал политолог.
«Повторюсь, - продолжил он, - всё, что мы обсуждаем, надо рассматривать в контексте глобального конфликта, где борьба идёт в самом разгаре и останавливаться никто не собирается. И мы, и противник рассматриваем эти меры на долгий срок, проводя инвентаризацию своих ресурсов».
«Наша конечная цель – победить, - подчеркнул Ростислав Ищенко. - Наша промежуточная цель – растянуть ресурсы таким образом, чтобы их хватило и чтобы они эффективно применялись весь период противостояния. И тут нам неизвестны две вещи.
Во-первых, сколько ещё продлится горячее противостояние?
Во-вторых, сколько продлится противостояние в целом.
Да, мы ещё не знаем, будет ли второе горячее и если будет, то с кем. Но мы можем попытаться не допустить второго этапа противостояния и не дать Западу собрать вторую Украину против нас. Получится или получится – узнаем только потом».
«Наша победа – это когда мы удовлетворены настоящим временем, - пояснил он. - Мы считаем себя в достаточной безопасности и считаем свои экономические интересы удовлетворёнными.
В 2021 году наша победа в соответствии с нашими требованиями выглядела как вывод натовской инфраструктуры на позиции 1997 года. Сегодня требования расширены. Они касаются признания новых границ с Украиной. Дальше они могут быть ещё расширены. В процессе боевых действий не только Запада, но и мы расходуем ресурсы. И за расход ресурсов нам тоже нужна какая-то компенсация. Не просто возвращение того, что было, а улучшение того, что было».
«Народ часто спрашивает: "Где должны остановиться войска?". Войска должны остановиться там, где удобно нам для ведения переговоров. Пока мы ведём переговоры, но войска не останавливаются. И если войска пройдут всю Украину, Евросоюзу надо будет либо быстро подписывать с нами соглашение, либо вступать с нами в горячий конфликт.
Вариантов всегда очень много. Определить, какой из них будет играть, можно будет только тогда, когда игра уже прошла», - заключил политолог.
