Прошло больше двадцати лет с тех пор, как 24 марта 1999 года премьер-министр России Евгений Примаков развернул свой самолёт над Атлантикой (в районе Ньюфаундленда), отменив визит в США. Произошло это после того, как с ним по телефону связался тогдашний вице-президент США Альберт Гор, сообщивший, что НАТО начал бомбардировки Югославии
Американцы тогда разыгрывали тонкую игру. С одной стороны, они подождали, пока Примаков вылетит и даже проделает большую часть пути. Они явно не рассчитывали, что он повернёт назад, уже практически долетев до места назначения. С другой стороны, выйдя из самолёта, Примаков должен был уже знать, что бомбардировки начались. Таким образом, Россию вынуждали не просто принять фактическое состояние дел, а де-факто одобрить его визитом премьера, состоявшимся уже после начала бомбардировок. Примаков только за этот разворот заслуживает памятника от благодарного отечества, которое он спас от неизбежного унижения, в последний момент выскочив из готовой захлопнуться ловушки.
Прошло двадцать лет, и в Америку буднично прибыл министр иностранных дел России Сергей Лавров (напомню, что до назначения премьером Евгений Максимович тоже успел поработать министром иностранных дел). По пути в США Лавров отбыл номер на парижской встрече в нормандском формате, где Франция, Германия и Россия в очередной раз пытались убедить Украину взяться за ум и не мешать приличным людям урегулировать собственный украинский кризис, прекратить уничтожающую эту страну гражданскую войну. Украина кочевряжится, посматривая в сторону Америки (не прибудет ли оттуда помощь), но двадцать лет назад подумать о том, что в главном механизме урегулирования крупнейшего европейского кризиса вообще не будут представлены США, было невозможно. А сейчас Лавров прилетает в Вашингтон и между делом сообщает госсекретарю Помпео, что, как Зеленский ни дёргался, а полностью подтвердить Минские соглашения (от первого до последнего пункта) его заставили. И Помпео просто принимает это к сведению.
Конечно, госсекретарь произносит заготовленные фразы о том, что Москва не должна вмешиваться в выборы президента США в 2020 году. На это Лавров отвечает чем-то вроде совета разобраться для начала с украинским вмешательством в прошлые выборы, от которого США до сих пор не могут отойти. И всё. Дальше стороны переходят к конструктивному и заинтересованному обсуждению глобальной повестки.
Обсуждается действительно весь мир: Китай и Корея, Япония и Ближний Восток, Сирия и Ливия, Венесуэла и Израиль, Иран и Йемен. Отдельно поговорили о похороненном США ДРСМД и пока живом СНВ-3 (последний документ, регулирующий стратегический ядерный баланс, срок действия которого истечёт через год).
США никогда не обсуждают с кем бы то ни было вопросы, которые они могут решить самостоятельно. В лучшем случае постфактум информируют о своём решении, как проинформировал Гор Примакова о бомбежке Югославии. Если госсекретарь обсуждает с Лавровым всю глобальную повестку, значит, в отличие от России, обходящейся без Америки в Сирии и в украинском кризисе, Вашингтон без Москвы свои глобальные проблемы урегулировать не в состоянии.
Американцы, безусловно, спорят, даже всё ещё пытаются навязать своё видение глобальных процессов. Но уже без прежнего огонька. Обама был последним президентом США, который верил, что способен разорвать российскую экономику в клочья и на её руинах продиктовать России правила игры. После него власти США больше озабочены сохранением остатков собственной экономической стабильности, чем посягательством на российскую.
По инерции экспансионистская политика ещё продолжается. Конгресс, Пентагон и Госдеп недовольны «миролюбием» Трампа, который до сих пор не развязал ни одной собственной войны (кроме торговых) и пытается потихоньку прекратить обамовские и бушевские горячие войны, вытащить из всех этих многочисленных конфликтов американский хвост. Но прежнего задора уже нет. Трамп и ориентированная на него часть элиты и общества понимают, что Америке нужна мирная передышка для наведения порядка в собственном доме. И это передышка не на один год и не на пять лет. Даже если всё пройдёт относительно спокойно и безболезненно, США для восстановления понадобится минимум одно, а то и два десятилетия. Если же срыва американской экономики в депрессию избежать не удастся (а это более вероятный вариант), то Америке ещё долго придётся искать по миру не господство, а гуманитарную помощь.
Тем не менее пока США сильны, надеются устоять и пытаются договориться о сохранении за собой неких сфер влияния. Поскольку собственных сил для удержания сфер жизненных интересов у них уже не хватает, США пытаются получить гарантии учёта их интересов от России.
Если бы Вашингтон за долгие годы мирового господства не забыл значение слова компромисс, эта проблема уже была бы решена. Ни Россия, ни Китай не собираются посягать на весь мир. Они лишь хотят, чтобы государства могли свободно делать выбор в пользу тех или иных политических и экономических решений, в пользу того или иного союза. В мире до сих пор есть зоны (Канада, Британия, Восточная Европа, Мексика, Япония, Австралия, Новая Зеландия), где влияние США абсолютно или близко к абсолютному. Их никто не собирается оттуда выталкивать. Тем более что рано или поздно сами уйдут. Но Америка всё ещё пытается сохранить всё, ничего не отдать.
Раньше США делали ставку на военную силу. Нынче времена не те, приходится вести переговоры, но, разговаривая с Лавровым, пытаясь договориться, американцы всё равно пытаются договориться о сохранении Pax Americana. Причём даже люди, понимающие реальное состояние дел, на какой бы ступени американской иерархии они ни находились, ничего не могут поделать с этой неадекватностью и вынуждены соблюдать правила игры.
С одной стороны, темы, обсуждавшиеся в ходе визита Лаврова, настолько важны для США, что после Помпео его принимает Трамп, чтобы вторично обсудить те же темы и подчеркнуть своё желание посетить Москву 9-го мая следующего года согласно приглашению, полученному им от Путина на G-20 в Японии. С другой стороны, Трамп настолько зависим от внутриполитических дрязг в США, что вынужден повторять Лаврову глупости о вмешательстве России в выборы. Поскольку Москву обвиняют, что она «выбрала Трампа» в 2016 году, заявления Трампа звучат как: «Не смейте выбирать меня в 2020».
Трамп очень неглупый человек. Он один из тех немногих американцев, которые действительно понимают, в каком глубоком кризисе уже оказались США и сколь страшное дальнейшее падение им грозит почти неотвратимо (разве что только повезёт). Но демократы играют в импичмент, и ему нельзя допустить фатальную ошибку, которая дала бы возможность его противникам объединить против президента сенат, где пока у Трампа большинство.
На сегодня ситуация выглядит так: демократы доводят процедуру импичмента до голосования в Палате представителей, которая минимальным большинством голосует за принудительную отставку Трампа. Затем дело уходит в сенат, где республиканцы начинают куражиться над демократами, вызывая неудобных для них свидетелей и полоща грязное бельё Байденов, Клинтонов и прочих глобалистов у всех на виду. После того как республиканцы натешатся чудесами собственной храбрости и вконец измочалят рейтинг демократов, сенат отказывается поддержать импичмент, а Трамп выигрывает выборы.
Глобалисты знают, что, если эта схема будет реализована, им уже не подняться. Они и конгресс Трампу тогда проиграют, после чего им припомнят всё. Их единственный шанс — найти против Трампа что-то, что заставит сенат (где у республиканцев большинство) выступить против Трампа. Это должно быть нечто убийственное, поскольку республиканцы не могут не понимать, что, предавая Трампа, они отдают демократам власть минимум на восемь, а то и на все шестнадцать лет. Кроме того, это означало бы конец карьер многих республиканских сенаторов и конгрессменов.
Естественно, «связи с Россией» — одно из самых перспективных обвинений. И тем не менее, Россия настолько важна для США, что Трамп идёт на риск и принимает Лаврова в овальном кабинете. Хоть визит мог бы ограничиться встречей с Помпео, в крайнем случае с вице-президентом Пенсом.
Это не более чем жест. Ничего к тому, что сказал Помпео, Трамп не добавил. И хотел бы, но после того, как демократы взяли за правило обнюхивать стенограмму каждой его беседы, явно должен был поостеречься. Но этот жест о многом говорит. Не только во времена премьерства Примакова, но и на десять-двадцать лет позже, американские президенты не ощущали необходимости в такого рода жестах.
