Компания «СКМ»
Рината Ахметова стала главным объектом разворачивавшейся национализации в
Донбассе. Чтобы понять, насколько в событиях последних лет важен фактор
«империи» Ахметова, стоит вкратце пояснить, что представляет собою этот
самый СКМ.
Годы войны нанесли серьезный удар по украинским олигархам и в частности по Ринату Ахметову. А последствия войны усугубили мировой кризис цен на сырье и сталь. И все же прочность энергетического и металлургического комплексов, составляющих основу экономики Украины, оказалась настолько впечатляющей, что не только удалось избежать их развала, но по итогам 2016 года даже продемонстрировать рост.
Полтора столетия, потраченных (как оказалось позже) на создание для независимой Украины прочной связки из руды-угля-металла и электроэнергии, не прошли даром.
Впрочем, в последние два года, благодаря Минским соглашениям, инфраструктура промышленности и энергетики не только не подвергалась разрушениям (за исключением ЛЭП в районе Авдеевки, проходящей по самой линии фронта), но, наоборот, была в значительной мере восстановлена, а цепочки поставок руда - уголь - металл были реорганизованы в новых условиях.
Несомненно, главной действующей промышленной силой, которая прилагала все усилия для стабилизации в регионе, стала компания «СКМ» Рината Ахметова.
Так как его компания и стала главным объектом разворачивавшейся национализации, то тут и пойдет речь преимущественно о ней.
Чтобы понять, насколько в событиях последних лет важен фактор «империи» Ахметова, стоит вкратце пояснить, что представляет собою этот самый СКМ.
Компания включает замкнутый цикл производства и сбыта как минимум в двух ключевых отраслях украинской экономики: металлургии и энергетике.
В первом случае в компанию входили метзаводы, рудные карьеры, угольные шахты, коксохимы и предприятия по производству горного оборудования, а кроме того - два порта в Мариуполе и Одессе для экспорта готовой продукции.
Во втором случае это шахты, электростанции и распределительные сети. Единственное, что так и не удалось получить СКМ, чтобы процесс был действительно замкнут, это грузовой сегмент украинской железной дороги.
Укрзализныцю постепенно готовили к продаже, однако по многим причинам, о которых говорить тут не имеет смысла, процесс этот невозможно было завершить быстро.
 Cовокупное производство проката на предприятиях ДНР и ЛНР может достигать пяти миллионов тонн (фото: Mstyslav Chernov/AP/ТАСС)
|
Проще говоря, СКМ в период своего расцвета, пришедшегося на годы президентства Януковича, контролировал до 70% украинской добычи угля, до 40% украинской электроэнергетики и 30-40% украинской металлургии. Таким образом, компания, собственником которой является Ринат Ахметов, представляет собой колоссальную часть украинской экономики.
Все это обширное хозяйство за последние три года, конечно же, понесло некоторые потери.
Апогеем финансового могущества СКМ стал 2013 год. Если в 2011-м валовый доход компании составил 19 млрд долларов, в 2012-м - 23 млрд долларов, то в 2013-м - уже 25 млрд долларов. Первый военный год стал переломным, и валовый доход снизился до 19 млрд, а по итогам 2015 года - до 11 млрд (то есть упал в сравнении с довоенным периодом уже более чем в два раза).
Еще хуже картина на уровне прибыли. Так в 2012-м СКМ показал прибыли в 1,8 млрд долларов, в 2013-м - аналогичную цифру, а уже в 2014-2015 гг. компания получила убытки в 1,8 млрд и 3 млрд долларов соответственно. 2016 год по всем показателям обещает быть лучше (годовой отчет пока не опубликован), но все же вряд ли СКМ вновь объявит себя прибыльной компанией.
Теперь перейдем, собственно, к тем наиболее значимым предприятиям, которые оказались на территории ЛНР и ДНР. Здесь расположены активы двух крупнейших компаний, входящих в структуру СКМ: компании «Метинвест» и компании «ДТЭК». Первая по профилю - металлургическая компания, вторая производит и распределяет электроэнергию.
На территории ДНР и ЛНР Метинвест располагает двумя меткомбинатами: Енакиевским и Макеевским. Правда, второй, некогда крупнейший в СССР, за годы независимости потерял значительную часть мощностей и сейчас является всего лишь филиалом Енакиевского меткомбината.
На сегодня ЕМЗ является одним из крупнейших мировых производителей стальной квадратной заготовки и располагает самыми современными на данный момент доменными печами среди украинских меткомбинатов. Кроме того, на предприятии имеется современное оборудование по технологии непрерывного литья.
В структуру Метинвеста также входит объединение «Краснодонуголь» (семь шахт), которое способно добывать не менее 6 млн тонн угля и некогда производило четверть всех коксующихся углей (критичных для металлургии) на Украине.
Не забудем и Харцызский трубный завод - некогда стратегическое предприятие Украины. Это крупнейший в СНГ производитель труб большого диаметра для магистральных газо- и нефтепроводов, рассчитанный на выпуск 1,3 млн тонн продукции в год.
Однако с мая 2015 года производственный процесс на предприятии фактически остановлен, а число сотрудников, задействованных в выполнении отдельных спотовых заказов, не превышает 15% от довоенной численности.
Последнее предприятие группы «Метинвест» на территории республик, которое стоит упомянуть, - это Комсомольское рудоуправление. До войны это был крупнейший производитель известняков для металлургической и сахарной промышленности на Украине, на долю которого приходилось до 40% всей украинской добычи флюсовых известняков.
Что касается ДТЭК, то всего по Украине в активе компании на сегодня 31 шахта, 13 углеобогатительных фабрик, два газовых месторождения, 13 электростанций и 130 тыс. км линий электропередач. В процентном отношении это соответственно 60% всеукраинской добычи угля (еще 10% добычи обеспечивал Метинвест, что в совокупности давало СКМ Ахметова 70% всеукраинской добычи), 40% уставной мощности всех украинских электростанций (или 72% - тепловых электростанций), которые до войны производили 45% всей реализованной на Украине электроэнергии.
Что же касается территории республик, то в ДНР находится Зуевская ТЭС, принадлежащая ДТЭК. Это одна из самых современных ТЭС Украины, построенная в конце 80-х годов. Кроме того, в 2008-2013 годах на станции прошли модернизацию три энергоблока, а еще один готовился к реконструкции на 2015 год. На сегодня уставная мощность станции 1270 МВт.
Куда масштабнее выглядят находящиеся тут активы ДТЭК в сфере добычи и переработки угля. В частности, в ДНР, в городе Кировское, располагается шахта «Комсомолец Донбасса», которая до войны была одной из крупнейших шахт Украины. В 2013 году там было добыто 4 млн тонн угля, производственный план на 2014 год предполагал добычу 4,5 млн тонн.
Еще два угледобывающих предприятия ДТЭК, которые стоит упомянуть, расположены в ЛНР. Речь идет об объединениях «Свердловантрацит» и «Ровенькиантрацит». Формально они продолжают оставаться в собственности государства и лишь переданы ДТЭК в концессию сроком на 49 лет, или до 2060 года.
В состав предприятий входит 11 шахт и шесть углеобогатительных фабрик, все они добывают и перерабатывают антрацит, используемый для выработки энергии на ТЭС. Именно от них так критически зависит украинская энергетика. В 2013 году совокупно предприятия добыли 12 млн тонн угля.
Вот примерно так на сегодня выглядит та часть СКМ (за исключением менее привлекательных активов), которая попадает под процедуру введения внешнего управления.
Стоит сказать, что время для столь масштабных перемен выбрано крайне неудачно для СКМ. 2016 год прошел под знаком восстановления урона, нанесенного войной, а также в условиях стремительного роста цен на уголь и металл на внешних рынках.
Так, производство стали в 2016 году выросло на 9%, чугуна - на 10%, проката различных видов - на 15%. Что касается добычи угля, то общий годовой отчет за 2016 год пока не опубликован, однако в сравнении месяц к месяцу - январь 2015-го к январю 2016-го - добыча на шахтах СКМ в ДНР и ЛНР выросла почти на 40%.
Поэтому очевидно, что стабилизация обстановки в регионе посредством Минских соглашений давала шанс компаниям Ахметова вновь набрать обороты. И тут случилась блокада, а за ней и курс на введение на предприятиях внешнего управления.
По сути, сейчас мы наблюдаем, как обе стороны сначала исчерпали военные возможности противостояния (ни ВСУ, ни ДНР и ЛНР не способны к крупным наступательным действиям), затем потерпели неудачу в ожиданиях каких-либо бунтов и восстаний в тылу противника, и наконец два года спустя стал очевиден и дипломатический тупик.
Впрочем, учитывая, что совокупное производство проката на предприятиях ДНР и ЛНР может достигать 5 млн тонн, рассчитывать исключительно на российский рынок сбыта тут не приходится.
Завершая этот обзор, можно констатировать следующее:
1. Период Минска-2, в котором не происходило никаких стратегических изменений, теперь однозначно закончился.
2. Война перешла в самую критическую стадию - стадию разрыва производственных и энергетических цепочек, которые служат основой любого современного государства.
3. Будущее экономик ДНР и ЛНР напрямую теперь зависит от того, удастся ли компенсировать окончательное выпадение из украинской экономики вхождением в экономику России и Евразийского союза.
4. Если предприятия Донбасса заработают хотя бы в урезанном виде, то регион будет стабилизироваться, что вступит в серьезный контраст с неминуемым продолжением разложения украинской государственности.
5. Успех Донбасса на этом пути позволит в будущем с меньшими потерями и катастрофами выйти из украинского кризиса.
Ну а как в действительности будет развиваться ситуация, мы увидим уже в ближайшие несколько месяцев.
