Наверное, в сотый раз тема поднимается, но, к великому сожалению, ещё столько же придётся говорить примерно одно и то же в будущем. До полного усвоения материала. Читатели недоумевают, почему наши родственники с гетманщины достают дерьмолётами до самого Урала и Балтики? Спрашивают, что конкретно и откуда запускают? Почему их не сбивают на протяжении уже без малого полутора тысяч вёрст (рекорд дальности – Челябинск)?
Если ответить максимально цинично: мы только в начале большого пути, дальше будет ... дальше. По расстоянию. И не только, скоро общий вес воздушных налётов будет нарастать, а помимо бездушных пластиковых поганцев-тихоходов появятся реактивные модели, крылатые малоразмерные ракеты и многое другое. С могущественными боевыми частями.
Увеличение дальности гетманских БпЛА и переоборудованных воздушных аппаратов «малой авиации» был вопросом времени и технологической базы, способной выдавать большие серии. Пятый год СВО на дворе и против нас, как-никак, все самые развитые страны Запада с Китаем. Для которого наши семейные неурядицы всего лишь бизнес и ничего личного.
Если русские оружейники сумели создать в кратчайшие сроки серийные беспилотники, способные кошмарить куренных вплоть до Лемберга с территории Донбасса, то почему мы отказываем противнику (читай – странам НАТО) в подобных технических способностях? Сегодня уже испытываются дроны с дальностью полёта 2000-2500 километров, хотя совсем вчера пределом было 500-700. Мы растём, враг тоже подтягивается, ничего в том сложного нет в открытом мире военно-гражданских технологий.
С наличием спутниковых группировок супостата, превосходящих наши в разы по всем показателям разведки, наблюдения, целеуказания, навигации. Начали наши орбитальные начальники чесаться и запускать больше – хорошо, может быть, чаще начнём узнавать, откуда именно летят БпЛА. Намекаю, что некоторые «проходы» явно проложены через Балтику, Каспий и Казахстан. Осталось выяснить не находятся ли там сами пусковые.
Ладно, то большая политика. А в случаях прохода БпЛА самолётного типа мы имеем дело с военным планированием от натовского Центра Сил беспилотных систем ВСУ. Нескольких десятков штабов от Висбадена до самой передовой. Как всё устроено. Да по «стандартам НАТО», с разделением действий на стратегический, оперативный и тактический уровни. На аглицкий манер и армейский сленг: Deep Strike, Middle Strike и Front Strike.
Первый уровень подразумевает планирование и организацию ударов на самую большую глубину по стратегическим объектам нашей инфраструктуры. Второй очерчен оперативной глубиной построения наших боевых порядков и нацелен на объекты военного или смешанного назначения, третий представлен отдельными батальонными и бригадными группами для действия в оперативно-тактической полосе от передовой до армейского рубежа обороны включительно. Всё увязано в единую систему получения данных из вышестоящих штабов, их добывания на местах.
Для каждого уровня действий предусмотрена своя материально-техническая база, средства огневого поражения и производство больших/малых серий беспилотников. Щупальца подобной логистики тянутся вплоть до закрытых лабораторий и воинских частей на территории США, Великобритании и десятка стран НАТО. Именно там происходит конечный анализ способов применения БпЛА, тестируются технические решения и тактики применения.
С каждым месяцем наращивая массовость применения беспилотников, скорость развёртывания расчётов на постоянно растущей базе данных о наших средствах противодействия. Кои добываются всеми инструментальными и агентурными средствами разведки. Как отдельных стран Альянса и самого военного блока, так и «сигнальными группами» наших заклятых партнёров, находящихся в огромном числе на территории гетманщины.
Это большая, очень гибкая и разветвлённая сеть, распределённая по уровням и проводящая операции под единым командованием. Стоит проковырять или заметить хоть одну щель в нашей кольчуге ПВО/ПРО по всей линии фронта, туда устремляются все беспилотные средства и средства поражения, расширяя коридор для дальнолётов оперативного и стратегического уровня. Практически одновременно, перегружая и без того ослабленную защиту.
А поскольку одинаково сильным нельзя быть во всех местах одновременно, то раз через раз случаются те самые, нервирующие население, «проходы» куда дальше границ приграничных губерний. Дело не в техническом совершенстве применяемых БпЛА (они невысокого качества), а в принципах организации применения и массовости изделий. Дешёвых по стоимости, простых в сборке любого гаражного или подвального производства на дизель-генераторах. Получающего сложные приборы, узлы и агрегаты из-за рубежа.
Второй принципиальный момент. На пятый год СВО даже очень-очень заносчивые и наглухо коррумпированные янки пришли к простым очевидным решениям. Что необходимо отлипнуть от вымени своего неповоротливого и жадного ВПК, дав ход «частной инициативе». Не менее сотни совместных «украинских предприятий» сегодня гужуются на американских военных полигонах, приводя свои технические и тактические решения использования БпЛА всех типов и классов в понятную систему инноваций. Под государственные и частные инвестиции, военные заказы.
Ситуация с беспилотьем и средствами РЭБ сегодня такова, что картина поля боя (тактическая) может меняться полностью за неделю-другую, стоит появиться оригинальному решению, технологической новинке, организационной неожиданной модели применения. На оперативном и стратегическом уровне всё куда медленнее внедряется, но за месяц-третий аппаратные новации накрывают и здешний арсенал сплошным пологом.
Именно потому знаменитый и огромный Испытательный полигон Дагвэй (DPG) в США сегодня отдан любым компаниям и техническим лабораториям, имеющим желание тестировать беспилотные системы.
Если раньше разработчики и даже сами военные США проходили девять кругов бюрократического ада с одобрением заявок на полноценные испытания по всем правилам, то сейчас достаточно простого обращения руководителя «сигнальной группы» с территории гетманщины или из структур НАТО. С рапортом командира подразделения ВСУ, желающего полезную и работающую придумку положить на серию. Конечно же, алчущим пентагоновской сиськи инвесторам такая вольница очень понравилась.
Особенно после снятия руководством военного министерства США лютых ограничений на использовании компонентной базы коммерческого гражданского назначения. То есть, под гриф «Top Secret» не подпадающих. Творите, пробуйте, экспериментируйте, предлагайте.
И вся инструментальная база Дагвэй ваша. С лучшими инженерами-испытателями, лабораториями, учебным центром BRAUCH из бесконечных лабиринтов морских контейнеров. Полигонами Аэродрома Майкл с полным набором боевой и военно-транспортной авиации, средствами ПВО/ПРО. По упрощённой схеме тестирования лучшее отбирайте, с неимоверной скоростью внедряя по лицензированным Пентагоном подрядчикам.
Скажу больше, в разрешительных механизмах ВС США революция произошла концом прошлого года. Сертифицируются не просто отдельные беспилотники, а вся линейка-система с последующими модернизациями. По отдельному «синему списку», а не бюрократическому «белому».
Что несказанно радует производителя и конечного потребителя жовто-блакитной расцветки в том числе. Если за 2024-й сертификаты безопасности на БпЛА, средства РЭБ и анти-дроновые системы давали единицам в год, то за последние шесть месяцев дорогу к заказам американскому ВПК открыли более тридцати готовым изделиям. И дюжине средств поражения/подавления.
На подходе ещё одна революционная для военной бюрократии Пентагона новация, открытие в испытательном центре «Редстоун» (Хантсвилл) лаборатории БпЛА, где за 48 часов должны создаваться условия для тестирования поступающих предложений по улучшению беспилотных систем и средств борьбы. Не натурных, конечно, но цифровых и виртуальных. Что увеличивает на 30-50% скорость прохождения всей бумажной волокиты от конкретного предложения до конечного изделия и серии.
Третье. Вытекающее из второго. Поступила информация об успешных испытаниях в упомянутом «Dugway Proving Ground» компанией «CoAspire» малогабаритной ракеты RAACM-ER. С дальностью полёта более 1 000 морских миль (1850 км), что сопоставимо с характеристиками последней модификации BGM-109 Block V MST «Tomahawk». Только дешевле в полтора раза изделие вышло, поскольку в производстве используются большое количество компонентов и технологий коммерческого сектора.
Почему это важно и портит настроение автору. Дело в том, что гетманщина уже заказала названной компании три с половиной тысячи ракет предыдущей модификации RAACM в производящем консорциуме с мутной выделки фирмой «Zone 5». Первые поставки объявлены на конец 2026-го, потому появление и выставочного (но сертифицированного) RAACM-ER будет не за горами.
А по отзывам независимых военных изданий США, продукт вышел на удивление добротным и очень востребованным (делим на три сразу). Во-первых, с универсальным пуском с воздушных, морских и наземных платформ. Во-вторых, ракеты оборудованы длинноволновыми инфракрасными датчиками для поиска и обнаружения целей на конечной стадии полёта по инерциальной системе с периодическими «справками» о местонахождении по GPS-навигации, что средства РЭБ частично выключает из борьбы с этими поганцами.
В-третьих, ракета имеет максимальную скорость почти 6,5 Маха и малозаметность, что с заявленной дальностью и способностью поражать подвижные цели делает RAACM-ER едва ли не конкурентом припасам нашего «Искандера-М» (ну конечно), превосходя «Tomahawk» и ATACMS по целому ряду боевых параметров. Да, 800 кило в БЧ это тоже не шутки...
И последнее из появившихся бездушных проблем, перегружающую нашу ПВО – какое-то ненормальное по числу наличие беспилотников самолётного типа оперативно-тактической полосы с дальностью 100-120 километров. Бают мужики, РЭБ на них вообще перестал действовать, как и глушилки GPS. А мобильные огневые группы с пулемётами, анти-дроновыми «Ёлками» и малыми зенитками физически не поспевают за малоразмерными гадами.
Начавшими ходить стайками по мesh-технологии распределённой между БпЛА и наземными станциями связи, когда каждый элемент является абонентом и ретранслятором одновременно, существенно увеличивая дальность полёта и устойчивость управления в пробиваемых коридорах. Целенаправленно атакуя наши средства ПВО по излучению РЛС. И не забываем «Старлинк».
Выводы. Канонический вопрос «что делать» давно имеет всю полноту ответов, кому интересно – могу повторить. Никакой катастрофы и «всё пропало». Обычная предкризисная ситуация на очень большом удалении от реальных проблем. Такое уже было в конце 2022-го и 2023-ем, когда супостат перехватывал инициативу в беспилотных системах, но после волшебного ... эм, ну понятно чего, случалось прояснение в уму высшего военного руководства и «флагманов отечественного оборонного комплекса».
С моментальным ускорением научно-технического прогресса в том числе. Но после установившегося паритета 2025-го года по беспилотью в тактической полосе и длящимся огромным превосходством в ударных среднелётах и дальнолётах – враг вновь пытается побороться за бездушное небо.
За счёт комплексных организационных решений, позволяющих быстрее разрабатывать, тестировать и ставить в серию самые последние и удачные технические решения. Ответить коллективному «Чемберлену» нужно тем же, у нас в тыловом ООО «Гараж», специализированных подразделениях на фронте и профильном ВПК в разы больше инноваций.
Они куда актуальней, поскольку дополняют имеющееся преимущество в средствах обычного огневого поражения. А так же действующих без соперника ВКС России, на порядок совершенных ракетных возможностей и ПВО/ПРО с эффективностью 98-99%, чего даже в теории не бывало. Добиться абсолютных показателей? В принципе задача решаемая, вопрос лишь в материально-технической базе и ... примерно полумиллионной армии обученных зенитчиков. На ЗРК малой дальности и в составе наземных МОГ.
Для создания нескольких эшелонов противовоздушной обороны за спиной армейского рубежа обороны действующей Армии. Да, и строительство в каждой губернии до Камчатки включительно позиционных районов ПВО. С настоящими штабами (ситуационными центрами), имеющими под прямым командованием средства обнаружения, сопровождения, поражения. До объектовых включительно на стратегических узлах инфраструктуры.
По облику и подобию столичного района ПВО/ПРО, помимо Москвы прикрывающего несколько прилегающих регионов. С практически абсолютными показателями эффективности. Способными малозаметную, неконтрастную, тихоходную и низколетящую пакость с гетманщины засекать и вести под средства поражения. Имеющимися в нужном количестве на каждой тропке-стёжке в зависимости от рельефа местности.
Для этого квадратно-гнездовым способом оборудованной армейскими и не совсем РЛС со специфическими диапазонами волн, позволяющими такие нетипичные для ПВО объекты находить. И контролировать нижний горизонт общего радиолокационного поля практически в каждой складке ландшафта, ибо коридоры натовского беспилотья прокладываются именно здесь.
По слепым секторам, извилистым путём. При почти полном знании архитектуры нашей системы ПВО. Фиксируемой по активности радаров средствами, коих в распоряжении гетманщины нет примерно с марта 2022-го. Выбито всё под корень. Но разведывательная информация наших заклятых партнёров по воскуриванию Духа Анкориджа с коллективными натовскими подпорками и сигнальными группами в Малороссии позволяет находить слабые места в Щите по линии соприкосновения. А паритет и локальное преимущество в оперативно-тактическом беспилотье сверлить в нём дырки.
Потому проходы вражеских БпЛА будут множиться и становиться более массовыми и разрушительными (как крылатые и баллистические ракеты доедут в нужном числе особенно), если сидеть в глухой обороне и строить нереальное на такую гигантскую территорию, которой Россия располагает.
Вода всегда найдёт слабину и протечёт, а если напор станет более мощным – не за горами и настоящие прорывы плотины. Что, например, происходит день через день на гетманщине, которую обороняют средства ПВО/ПРО тридцати с лишним государств под общим централизованным командованием США из Висбадена. Но, справляются они ... примерно никак с нашими групповыми и массированными ракетно-беспилотными ударами на всю глубину.
Дабы не дожидаться подобных (пока) иллюзорных времён, следует воевать по науке. Где главным фактором успеха системы противовоздушной обороны являются не сбитые воздушные аппараты противника или средства поражения ракетно-бомбового характера, а уничтоженные возможности врага к проведению подобных операций. Танки на аэродромах супостата, разрушенная под ноль военная промышленность, логистика, энергетика и т.д.
С центрами принятия решений его хозяев, с их производственными мощностями и транспортными точками входа. Ставших безопасным стратегическим тылом для наёмной армии и одичавшей территории без рулей и ветрил законной государственности. В противном случае лектории «почему дроны прилетели уже в Сибирь и дальше» станут не просто регулярными, а обыденными. Воевать нужно по всем правилам, вот и весь сказ. Наступят такие времена? Да, безоговорочно в том уверен. Очень скоро, причём.
Виктор Владимирович Аксючиц, философ, публицист, общественный деятель
