Россия ждёт отца нации

Создавая такую сеть, как Телеграм, ты не можешь её контролировать. И если ты уклоняешься от сотрудничества с властями, не позволяя контролировать им, то рано или поздно дело кончится так, как и произошло.

Сети это вариант свободы. Но рая, где была истинная свобода, на земле, лежащей во грехе, уже не будет. Непонимание этого на уровне подсознания есть тяжелейшее следствие секулярных образования и культуры.

Отсутствие изначального религиозного, единственно верного представления о мире – это бич современной культуры, теряющей смыслы при переходе в неизбежное состояние бесцельной игры страстей.

Религиозное сознание балансирует такие процессы неизбежные в культуре. В культе страсти теряют смыслы. В культуре смыслы только сопровождают страсти и являются просто маркерами некоей принадлежности страстей к смыслам.

Так облагораживаются эмоции, становясь главными в душевной жизни. Но также постепенно из культуры уходят смыслы, неизбежно превращая существующую вне культа культуру в постановочную оргию. Что мы и имеем в виде секулярного, сходящего с ума Запада.

Россия эти процесс внутри себя притормозила на уровне культуры, но так ещё и не поняла, что просто остановилась и стоит над пропастью.

Общество, существуя в текущей культуре, в мере ее естественной вне культа деградации, не может решать такие задачи. Более того, общество сегодня даже неспособно осознать, увидеть проблему. Так как наше общество сегодня – это плюрализм бессмысленного и говорильня людей, в большинстве утративших смыслы уровня культа.

Такую обречённую на гибель систему может спасти только самодержец. Который своей волей насаждает смыслы уровня культа и принуждает, приучает принять их ведущими стратами общества, чем нивелирует власть уже безвозвратно обесовленных людей, в том числе в элите.

Россия имеет уникальный опыт борьбы с внутренней оппозицией, готовой к предательству в военное время. Этот опыт был сформирован в период СССР Но в основе этого опыта лежала общегосударственная собственность. То есть все субъекты воздействия не владели имуществом, которое имело значение для обороны.

Сейчас всё не так. И как же такой опыт может быть востребован? Надо полагать, что только в условиях снижения значения частной собственности, что предполагает ограничение её размеров или увеличение на неё социальной нагрузки.

Конфликт Дурова и суверена – это, в конечном счёте, конфликт частной собственности и частного интереса с интересом суверена, стремящегося реализовать пусть неправильно понятый, но все же общественный интерес, осознанный вне культа, на уровне обыденной культуры. Именно это происходит у нас в России.

Не нужно забывать, что первоначально Дуров ощутил дискомфорт именно в России. Все описанное выше – это алгоритмы именно российские.

То, что с Дуровым произошло во Франции, есть следствие конфликта Запада с Россией. Но не алгоритмов снижения частного интереса в пользу общественного.

Я думаю, это только начало. Во время войны все противоречия обостряются.

У нас это явно проявляется в тех же проектах башен Кремля. В застройках и реновациях на фоне армии, нуждающейся в простых дронах, покупаемых солдатами на свою зарплату, или на сборы денег среди населения.

Ясно, что у Дурова и государства, если в данном случае вести речь о РФ, разные проекты общества. Ясно, что ни тот, ни другой несовершенны.

Ясно, что само общество не может создать эффективный проект собственного развития. А государство – это механизм, и проекты создаёт только под этот механизм.

Для развития в нужном направлении нужен не консенсус, а общественно и смыслово ориентированная личность с функцией самодержца. Опирающаяся на армию, а не на фрагменты общества, консенсус которых и правильное развитие в условиях утраты смыслов невозможны.

Только такие силы могут дать пример и перспективу нормального развития общества.

Акцент на частно ориентированное сменяется акцентом на общественно ориентированное государство.

И тренд этот неизбежно выражается в самодержавии с не элитарным, социальным обликом.

Россия ждёт отца нации.

Павел Иванович Дмитриев, правовед, публицист