Обсуждаемый материал «Мы одичали, просто одичали» не текст, а изложение выступления Ю. Крупнова на национальной ассамблее «Россия формирует будущее».
Крупнов как всегда азартно и искренно говорит о том, что российские власти не понимают масштаба демографической катастрофы, а вместо системной работы чиновники предлагают отменить пенсии, восстановить патриархат и вернуться в СССР.
Досталось от демографа и СССР. «Советский союз, – по его словам, – упустил семью, напомнив, что уже в 1981 году песня "У меня сестрёнки нет, у меня братишки нет" воспринималась как норма, а не как сигнал бедствия».
Упоминает он и глобальный контекст. Через десять лет все человечество попадёт в ситуацию, в которой Россия оказалась еще в 1964 году, – прекращение простого демографического воспроизводства. Говорит о резком падении рождаемости даже в странах Африки и Азии. Критикует экономический подход к стимулированию рождаемости, когда государство рассчитывает, что выплаты в 20 тыс. или 40 тыс. рублей заставят женщин рожать. Напоминает опыт Китая и Южной Кореи, где были вложены огромные средства, но рождаемость продолжает падать до 0,85 ребенка на женщину. По его словам, это доказывает, что проблема не в деньгах.
Интересна эта цитата Ю. Крупнова: «Это абсолютно антикультурно. В основе семьи – высшая форма существования человека. Это не вопрос нужды».
Казалось бы, вот специалист, который всё знает и понимает. Однако пристальный взгляд улавливает, что знает действительно всё. Но далеко не всё понимает. Хотя он и не одинок в этом.
Говоря о том, что проблема не в деньгах, Крупнов тут же предлагает определить модельную семью на ближайшие 30-40 лет как трёх-четырёхдетную. Под эту модель должна быть, по его словам, создана мультиинфраструктура семьи: доступное жилье, семейные автомобили, качественное образование, здравоохранение.
Но ведь это и есть деньги, пусть в виде товара, отчего суть материального стимула не меняется. А материальный стимул, как он же утверждает, рождаемость не поднимает.
Ответив на вопрос, почему развитые страны не могут решить демографическую проблему, Юрий Крупнов признал: «Никто не знает. Это проблемная ситуация, где абсолютно открытый вопрос. Всё что мы говорим, – это мнения, предположения, гипотезы. Никаких знаний нет». И призвал не ждать готовых решений, а начать действовать, создавая условия для многодетной семьи.
Согласитесь, что изложение речей учёного демографа выявляет не только очевидные противоречия в его рекомендациях, но и свидетельствует о непонимании природы вымирания, происходящего в виде отказа человечества от деторождения. В сути своей это – непонимание природы семьи.
Семья в научном мире, как и в доминирующем сегодня секулярном сознании, воспринимается как союз мужчины и женщины в целях рождения и воспитания детей.
Еще семья ассоциируется с взаимной поддержкой, общностью экономических целей, комфортом, схожестью интересов, мотивированным трудом на общее благо, защитой, искренностью отношений…
Базовые экономические интересы семьи коротко можно определить как выживание на уровне общественно приемлемого потребления.
Возможности в этом у всех неодинаковы как в смысле качества старта, так и в виде способностей. Но, в принципе, в этом смысле каждая семья решает схожие задачи.
Развитие производительных сил несколько смягчило проблему выживания, так как вероятность голодной смерти, к примеру, во многих странах, существенно снизилась или, по сравнению с прошлыми веками, исчезла вообще.
Важную роль в экономическом выживании играют социальные фонды, как подушки безопасности в том или ином виде действующие в большинстве государств мира. Кроме того, материальная помощь семьям в целях мотивирования и поддержки деторождения, о чем говорилось выше, несколько снижает актуальность экономического аспекта общей семейной проблематики.
Но и так очевидно, что экономический аспект – не главное. Рост благосостояния не повышает мотивацию к деторождению. Соответственно, все упомянутые и, может быть, неупомянутые свойства семьи вместе или в отдельности не являются главными её элементами.
Любовь родителей друг к другу, как и любовь к детям и детей друг к другу и родителям, как чувства также подвержены изменениям. И присутствие сильной страсти мужчины и женщины сегодня не является гарантом деторождения завтра.
Что же тогда всё-таки главное в семье, в смысле целей её создания?
В этом контексте важно отметить, что все исторические упоминания семьи никогда не были вне религиозного контекста.
Не хочу заниматься перечислением источников, так как все перечислить и невозможно. Кроме того, пишу, как правило, для много читающей аудитории, которой доказывать очевидные вещи не нужно.
Важно обратить внимание на то, что в любом народе семья в том или ином виде является базовой частицей общества и всегда существует в сфере каких-то религиозных представлений о невидимом духовном мире и существования души после смерти.
Память о предках является основой существования любого народа и любой семьи.
Неизбежное обращение к их опыту, нуждаемость в их духовной поддержке создают практические ментальные отношения с невидимым миром, естественно воспринимаемого как параллельного с миром, так называемой, реальности. Так как поддерживать ментальные отношения с тем, чего нет, просто невозможно.
Наличие этого духовного мира предполагает его организацию, которая постигается каждым опытно и преимущественно в откровениях людей особенных образом жизни и наделенных широко признанным выдающимся духовным зрением.
Если обратимся к авраамическим первоисточникам, то мы увидим, что в системе ценностей, заповеданных Моисею десятью заповедями Бога, даны правила отношений людей с Богом и правила отношений людей друг с другом.
Исключительно почитание Бога в них предполагает также исключительное почитание родителей. В контексте темы можно сказать, что в этой системе правил человек признает авторитет Бога и авторитет своих родителей. Эти авторитеты (Бога и родителей) и соответствующие им чувства, и переживания практически неразрывны. Они и являются столпами, вокруг которых строиться и живёт семья.
Не материнская и родительская любовь, которая может быть сильной и прекрасной, но существует и у животных и выражается у них также порой не менее сильно и прекрасно. А именно чувства человека к Богу и родителям, обоженным для детей почитанием и авторитетом Бога.
Ни некая аура семейной любви является основой её существования, ни общее проживание под одной крышей, ни застолья и задушевные беседы, ни экономические интересы, ни совместный объединяющий труд, ни страсть к продолжению рода и деторождение как таковые, а именно авторитет и почитание Бога, в основе которых страх быть наказанным за грех. В первую очередь за грех непочитания Бога и за грех непочитания родителей.
А теперь нужно лишь посмотреть на наше общество, давно насквозь секулярное, забывшее Бога, погружённое в неуместные порою права детей и утратившее представления об источниках авторитета родителей в семье. Забывшее, что для семьи главное – это авторитет родителей.
Утратив главное, что строит и создаёт семью, общество пожинает плоды в виде отказа от людей от деторождения. В свою очередь отказ от деторождения – это гарантия вымирания.
Я не надеюсь, что, несомненно, большой учёный и специалист и просто искренний в своих заблуждениях Юрий Крупнов, будучи, как и все мы, в той или иной мере, продуктом советского атеистического сознания, воспримет изложенное мной как-то положительно.
Но факт остаётся фактом. Сам Юрий Васильевич утверждает, что научного знания и понимания причин отказа людей от деторождения не существует.
В то время как причина, конечно, должна быть!
Но, очевидно, она вне сферы научного знания.
И причина эта в том, что мир отказался от религиозного мышления, религиозных правил и норм, от почитания и любви к Богу и родителям…
Павел Иванович Дмитриев, правовед, публицист
