ОСНОВАНИЕ: ПОЧЕМУ НА НАС ЛЕЖИТ ЭТА ВИНА? Я, как член русского народа, не отделяю себя от него. Я не могу сказать: «я чист, а предки согрешили», потому что я — продолжение того же народа, та же плоть и та же душа. Подобно трём отрокам в Вавилоне, которые, будучи праведны, исповедовали: «мы согрешили, мы отступили», я сознаю себя частью целого, на котором лежит общая вина.
Соборный грех народа совершил разрыв мира с Богом — разрыв, который остаётся невосстановленным до сего дня. Эта невосстановленность мира лежит на всём народе, включая и меня. Даже если я не участвовал в самом акте отступления, я живу в состоянии этого разрыва и до сих пор не сделал того, что должен был сделать для его исцеления.
Моя личная вина заключается не в том, что я лично свергал Царя или нарушал обет 1613 года (я этого не делал), но в том, что я при жизни проявил свою волю так, что соучаствовал в проявлениях этих соборных грехов: принимал ложь за истину, молчал, когда хулили святыню, оправдывал безбожную власть, не молился о восстановлении мира с Богом через дарование Помазанника. Я не противостоял злу — а значит, был не только пассивным, но в иных случаях и активным участником продолжающегося богоотступления. Я также понимаю, что если я не осуждаю грехи моих предков, приведшие к катастрофе, я молчаливо соглашаюсь с ними и становлюсь их духовным соучастником.
Я не понимал, что все великие скорби, обрушившиеся на наш народ в XX и XXI веках — революции, войны, гонения на веру, разрушение семей, вымирание деревень, нравственное разложение и потеря исторической памяти — это не случайность и не просто «трудные времена». Это врачующая, но суровая эпитимия, наложенная Богом на весь русский народ за наше соборное отступление. Мы отвергли Бога и Его Помазанника, и Господь отнял от нас благодатную ограду. Вместо того чтобы смиряться и каяться, я часто роптал, унывал или искал виноватых, не видя в этих событиях призыва к возвращению.
Я знаю и верю, что сами соборные грехи могут быть разрешены только через Соборное Всенародное Покаяние, возглавленное Патриархом по образу покаяния 1607 года. Но мои личные грехи, которыми я соучаствовал в этом соборном отступлении, я должен исповедать уже сейчас в Таинстве Покаяния, чтобы выйти из духовного согласия со злом и не быть его сопричастником.
ТАКИМ ОБРАЗОМ, НА МНЕ ЛЕЖИТ ДВОЙНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ: 1. Как на части народа — тяжесть неразрешённого соборного греха (коллективная вина); 2. Как на личности — вина за мои собственные действия, слова и помышления, которыми я в своей жизни соучаствовал в духе богоотступничества и не способствовал восстановлению мира с Богом.
В ЧЁМ ИМЕННО ПРОЯВИЛОСЬ МОЁ ЛИЧНОЕ СОУЧАСТИЕ. Часть I. Грехи против истины о Помазаннике и его служении. Верил клевете на святых Царственных Мучеников и других Помазанников Божиих, принимал её за правду и не проверял по церковным источникам. Сам распространял эту клевету или не препятствовал её распространению среди ближних, когда имел такую возможность. Осуждал Помазанников Божиих, называл их «угнетателями», «тиранами», «врагами народа» — словами, заимствованными из арсенала богоборцев. Считал Государя Николая II «слабовольным» правителем, по вине которого произошла революция, а не тем, кем он был в действительности: Помазанником Божиим, добровольно взошедшим на Русскую Голгофу и принесшим себя в жертву ради будущего покаяния своего народа. Не понимал и не принимал сердцем, что жертва Царя была принесена за измену обету народа, и что через неё нам даруется исцеление и возможность восстановления мира с Богом. Считал восхождение Государей на престол делом человеческой воли или случайных обстоятельств, а не особым Промыслом Божиим. Отвергал или игнорировал писания святых отцов и угодников Божиих о Богоустановленности Православного Царского Самодержавия. Отвергал необходимость добровольного схождения с престола Императора Николая II как жертвенного акта ради спасения Отечества, считая его просто «политической ошибкой». Отвергал или высмеивал сам принцип Помазанничества, называя почитание Царя-Богопомазанника «идолопоклонством» или «царебожием». Сознательно не почитал Царственных Мучеников, зная об их прославлении Церковью, или относился к этому равнодушно.
Часть II. ОСУЖДЕНИЕ ГРЕХОВ, ПРИВЕДШИХ К ПАДЕНИЮ МОНАРХИИ. Я понимаю, что если не осуждаю грехи своих предков, я молчаливо соглашаюсь с ними и становлюсь их духовным соучастником. Поэтому я не могу оставаться равнодушным и не могу считать эти события просто «делами давно минувших дней». Я как часть своего народа отрекаюсь от духа тех деяний, которые стали причиной крушения Святой Руси: Отрекаюсь от духа предательства генералов, офицеров и государственных мужей, нарушивших присягу Государю и принуждавших его к отречению. Гнушаюсь той лжи о «свободе», которой была обманута и соблазнена значительная часть народа, отвергнувшая Богоданную власть. Отрекаюсь от духа всех богоборческих деяний: убиения святых новомучеников и исповедников, разрушения храмов, поругания святынь, глумления над мощами и верой. Отрекаюсь от духа братоубийственной гражданской войны, в которой русские люди убивали друг друга. Отрекаюсь от духа коммунизма — безбожного земного рая, основанного на атеизме, насилии и лжи, отвергающего Христа и Его Царство. Отрекаюсь от духа безбожия и атеизма, который на десятилетия воцарился на нашей земле и заразил души многих поколений.
Часть III. ГРЕХИ ПРОТИВ ЦЕРКОВНОГО И ИСТОРИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ. Признавал «екатеринбургские останки» святыми мощами и почитал их, вопреки голосу старцев, данным следователя Соколова (об уничтожении тел через сожжение) и соборному сомнению Церкви. Безразлично относился к пиару и деятельности нелегитимных претендентов на Российский Престол, не вникая в Закон о престолонаследии и не понимая, что Царя дарует Бог, а не политические игры и не выбор народа. Безразлично отнёсся к кощунственной мистификации, подобной фильму «Матильда», или того хуже — смотрел и одобрял это, считая «просто искусством», а не глумлением над святыней. Этим я проявил своё внутреннее согласие с поруганием Царской Семьи. Не осуждал беззаконное свержение богоустановленной власти в феврале 1917 года и последовавшую за этим отмену церковного поминовения Помазанника Божия. Считал это «нормальным ходом истории» или не задумывался об этом. Не видел греха в решении Синода поминать на богослужениях клятвопреступное Временное правительство, чем узаконивалась измена присяге и прекращалась молитва за православную державу. Не осуждал отмену 11-го анафематизма, соглашаясь с политической повесткой того собора, который отменил его. Этим я внутренне принял ложь, ибо не всякое собрание епископов действует по Духу Святому.
Часть IV. ГРЕХИ ПРОТИВ БОЖИЕГО ЗАМЫСЛА О РОССИИ И ЕЁ МИССИИ. О призвании и миссии: Считал, что для спасения русских людей не имеет значения, какая власть стоит над ними, забывая о миссии русского народа стремиться к идеалу Святой Руси и быть Катехоном — Удерживающим мир от зла. Не понимал, что причина, по которой большинство крещёных людей идёт широким путём мира сего, — это отсутствие тех условий для духовного спасения, которые были созданы Богом в Православной Империи через симфонию властей. Противился идее Всенародного Покаяния, считая её «ненужной», полагая, что достаточно личного благочестия, забывая о вселенской миссии Руси и о том, что Бог призвал нас быть светом миру, а не просто частными праведниками. Не распознавал в скорбях, постигших наш народ после 1917 года, — разрушении империи, гонениях на Церковь, вымирании деревень, нравственном разложении и войнах — врачующую эпитимию, посланную Богом за отступление от Него и Его Помазанника. Вместо покаяния я часто предавался ропоту, унынию или искал виноватых, не видя в этих событиях призыва к личному исправлению.
О народовластии и монархии: Считал народовластие единственно правильной формой правления, а православную монархию — «отжившим злом», тем самым осознанно или неосознанно отвергая Богоустановленный принцип. Присваивал право власти народу, а не Богу (например, считал, что «глас народа — глас Божий»). Считал, что Церковь не нуждается во внешней ограде (в Царе) и что отделение Церкви от государства — это нормальное и даже желательное явление. Не благодарил Бога за великий дар Третьего Рима и не осознавал, что этот дар есть не только великая честь, но и величайшая ответственность, которую я, как потомок народа-богоносца, должен нести перед Богом. Равнодушно относился к разрушению православной империи, не считал это духовной катастрофой.
Об участии в выборах и признании богоборческой власти: Участвовал в выборах в органы центральной, вертикальной власти, пришедшей на смену Богоданной, не осознавая или забывая, что этим я провожу её рецепцию (признаю законной). Голосуя за президента или депутатов Государственной Думы, я соучаствую в поддержании системы, отвергшей Бога и Его Помазанника, и тем самым говорю: «эта власть — от Бога», хотя она лишь попущена Им за наши грехи для нашего вразумления. Осознанно голосовал за какую-либо партию или поддерживал её, считая, что через партийную борьбу можно прийти к благу и справедливости. Этим я признавал ложный принцип, что власть должна выражать интересы отдельных групп («частей»), а не быть единой Богоданной властью, пекущейся о целом народе. Не понимал разницы между горизонтальным земским самоуправлением, где народ может избирать лучших для устроения дел на местах, и вертикальной властью, которая есть подмена власти Богоданного Царя. Принимая участие в поддержании нынешней вертикали, я укреплял не Богом установленный порядок, а лишь попущенную за грехи систему. Не осуждал бунт клятвопреступников и оправдывал богоборческую власть, надменно соработая ей своей волей и считая её нормальной данностью. Признавал и считал нормальной богоборческую власть как данность, забывая, что мы достойны её по нашим грехам для нашего же вразумления и исправления. Её цель — смирить нас и привести к покаянию, а не дать нам построить «комфортное житие без Бога».
Часть V. О МУМИИ ЛЕНИНА И БОГОБОРЧЕСКОМ КУЛЬТЕ. Считал мавзолей на Красной площади «нормальным историческим памятником», а не капищем богоборческой религии. Не видел в мумии Ленина того, чем она является: символом и лжемощами воинствующего безбожия, прямым подражанием христианским святыням. Как от мощей святых исходит освящающая благодать, так от этой мумии, лежащей в сердце России, исходит духовная зараза богоотступничества. Не осознавал, что само здание мавзолея, построенное по образцу языческих зиккуратов, носит ритуальный характер. Ритуал поклонения был введён через обязательное посещение и прохождение мимо неё, что стало частью советского «богослужения». Забывал или не задумывался, что Ленин был гонителем не только веры Христовой, но и всего русского народа, и что сохранение его мумии в центре Москвы — это длящееся поругание Бога и попрание всех убиенных им новомучеников. Тем, что я не скорблю об этом, не молюсь об удалении этой мерзости и принимаю это как данность, я показываю своё молчаливое согласие с этим богоборческим культом и оскорбляю Бога, против Которого боролся Ленин.
Часть VI. О СОУЧАСТИИ В УЗАКОНЕННОМ ДЕТОУБИЙСТВЕ (абортах). Этот грех является не только личным, но и соборным, будучи узаконенным на государственном уровне и ставшим «нормой». Безразлично относился к тому, что мои налоги идут на финансирование массовых убийств нерождённых детей. Молчал, когда слышал, что аборт — это «право женщины» или «медицинская услуга», не обличая это как смертный грех и жертву Молоху. Внутренне не скорбел и не молился об избавлении нашего народа от этой кровавой скверны.
Часть VII. О ЦИФРОВОЙ СИСТЕМЕ И ГЛОБАЛЬНОМ КОНТРОЛЕ. Принимал цифровые идентификаторы (ИНН, СНИЛС, биометрию, электронные паспорта и карты) без рассуждения и страха Божия, следуя лишь мотивам удобства, комфорта или страха перед государством. Внутренне соглашался с тем, что «номер — это просто номер», игнорируя предупреждения святых (например, прп. Паисия Святогорца) о том, что это есть вхождение в преддверие печати антихриста. По учению святых отцов о стадиях греха, я нахожусь уже не на стадии простого помысла, но на стадии сочетания и сложения с грехом: я понимаю, что это греховно, но оправдываю себя тем, что «это же ещё не сама печать». Этим самооправданием я заглушаю голос совести и даю греху укорениться в моей воле, так что желание покоя и комфорта уже соединилось с действием. Своим согласием на присвоение номеров, сдачу биометрических данных и вхождение в электронные реестры я соучаствовал в построении глобальной инфраструктуры контроля и учёта, которая станет технической основой для воцарения антихриста. Я не просто пассивно «пользовался» системой, я своим согласием давал ей право на существование. Принимая условия этой системы ради сохранения комфорта, работы, возможности покупать и продавать, я тем самым выбирал «хлеб» земного благополучия, а не крест исповедничества. Этим я воспитывал в себе готовность к тому, чтобы и в будущем, ради сохранения «мирной жизни», принять и явную печать антихриста. Забывал или сознательно не думал о том, что замена имени, данного в Крещении, на цифровой идентификатор в единой глобальной системе — это первый шаг к утрате богоданной личности и вхождению в систему, где без этого номера «нельзя будет ни покупать, ни продавать» (Откр. 13:17). Не испытывал внутреннего сопротивления и скорби, когда видел, как эта система навязывается всем, включая детей и стариков, и не молился о том, чтобы Господь дал силы не принять то, что станет явной печатью отречения. Понимая, что Бог призвал нас быть светом миру, а то, что сейчас строится — это глобальная тьма, я тем не менее соучаствовал в созидании этой тьмы своим молчаливым согласием и принятием её правил.
Часть VIII. ГРЕХИ СОУЧАСТИЯ В БОГОБОРЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ И ЕЁ СИМВОЛИКЕ. Участвовал в поклонении идолу «вечного огня» — символа геенны — у мемориалов, не осознавая или игнорируя его языческий и богоборческий смысл. Считал Ленина великим человеком и благодетелем, а не гонителем Церкви и разрушителем России. Вступал в октябрята, пионерию, комсомол или КПСС, принося клятвы верности богоборческой идеологии. Носил на себе масонскую символику — пятиконечные звёзды, красные галстуки, серп и молот, — не осознавая их антихристианской сути. Пел революционные гимны и песни, участвовал в демонстрациях и шествиях с богоборческими лозунгами и плакатами, либо создавал их. Читал безбожную и богохульную литературу, либо писал и распространял её. Преподавал, изучал или внутренне принимал как истину лживые богоборческие теории: марксизм-ленинизм, «научный коммунизм», дарвинизм, фрейдизм. Прельщался тлетворным духом Запада и осквернялся лукавым тайноведением Востока, враждуя против святой православной монархии.
Часть IX. ГРЕХИ ПРОТИВ СВОЕГО НАРОДА И ОТЕЧЕСТВА. Стыдился своего русского происхождения, считая его «непрестижным» или «отсталым». Строил свою жизнь по западному образцу, сознательно предпочитая чужие традиции родным. Не заботился о воспитании своих детей в русских и святоотеческих традициях. Не верил в возможность воскресения России и не желал молиться о нём.
Часть X. ГРЕХИ РАВНОДУШИЯ И МОЛЧАЛИВОГО СОГЛАСИЯ. Знал о беззакониях, творящихся в стране, но не скорбел и не молился о них. Малодушно молчал, когда при мне хулили Царя, Церковь, Отечество или глумились над русским народом, из страха или равнодушия. Не хранил апостольскую заповедь: «Бога бойтесь, царя чтите» (1 Пет. 2:17) и предания святых отцов о вере и Помазаннике Божием. Страха ради человеческого многократно попирал свою христианскую совесть, не принимая в сердце любви к истине и правды Божией. Слыша о предании Царя и Его Семьи на поругание и пропятие, не скорбел об этом и не осуждал иудину измену, которой это было совершено.
В ЧЁМ Я МОГ БЫ ОБЛИЧИТЬ СВОЮ СОВЕСТЬ. Задумывался ли я всерьёз о судьбе моего Отечества и народа, или ограничивался лишь заботой о личном благополучии и комфорте? Разбирался ли я в учении Церкви о Помазаннике и симфонии властей, или довольствовался расхожими мнениями? Читал ли я святых отцов и пророчества русских святых о грядущем Царе, или пренебрегал этим, считая «неважным»? Молился ли я о даровании Царя и о восстановлении Святой Руси, или моя молитва была сосредоточена только на моих личных нуждах? Свидетельствовал ли я об истине перед ближними, или скрывал свои убеждения из страха или ложного смирения?
ПОКАЯННОЕ ЗАВЕРШЕНИЕ. Во всех грехах, совершённых мною лично, я от всего сердца каюсь. Отрекаюсь от духа богоборчества, которым была заражена моя душа через неведение, равнодушие или прямое соучастие. Не желаю более оставаться в согласии с этим духом и молю Господа даровать мне благодать отвергнуться его до конца.
Желаю и молюсь о том, чтобы стать сопричастником грядущего Соборного Всенародного Покаяния, которое, верю, принесёт разрешение нашему народу от уз соборного греха и станет началом воскресения Святой Руси. Уповаю, что Господь, видя наше покаяние, не до конца прогневается на нас и восставит Дом Свой — Православное Русское Царство — под скипетром грядущего Помазанника Божия. Аминь.
Юрий Владимирович Бычков, основатель Братства «За Русь Святую», Казань
Послесловие
Тема всенародного покаяния за грехи бого- и цареотступничества русского народа в 1917 году — не новая. Многие об этом писали и пишут с разной степенью основательности. Автор предлагаемой читателю статьи Ю.В. Бычков занимается монархической темой системно, что можно увидеть по его публикациям на «Русской народной линии».
Мы с Юрием Владимировичем лично не знакомы, познакомились по переписке, которая также возникла относительно недавно. Но мне сразу понравилась его не только настойчивая и внятная монархическая позиция, но и строго православный без экзальтации взгляд на тему монархии. И если я с чем-то в предыдущих его публикациях не соглашался, то это скорее были частности.
В данной же статье, которую он предложил нам для публикации, я, напротив, увидел отсутствие трезвомыслия по многим вопросам, что, на мой взгляд, приведёт и автора, и всё монархическое движение в духовный тупик.
Бычков предложил перечень соборных грехов русского народа, в котором вроде бы как он лично намерен каяться, но это можно понять и как рекомендацию автора для каждого русского человека. И вот это нельзя оставить без комментария, поскольку наряду с реальными грехами русского народа-богоносца звучат и весьма сомнительные мнения, возводимые им в норму. Поэтому я решил прокомментировать его текст в виде послесловия, чтобы не писать отдельную статью.
Начну с базового тезиса, который мне представляется двусмысленным. Автор пишет: «Соборный грех народа совершил разрыв мира с Богом — разрыв, который остаётся невосстановленным до сего дня». И далее утверждает, что «соборные грехи могут быть разрешены только через Соборное Всенародное Покаяние, возглавленное Патриархом по образу покаяния 1607 года». Об этом автор писал подробно в статье «Вехи становления и миссия русского богоизбранного народа. О причинах Смуты и Всенародном соборном покаянии 1607 года».
На мой взгляд, уже в этом базовом тезисе содержится ошибка. А разве массовый подвиг Новомучеников и Исповедников, некоторые из которых предали Царя в феврале 1917 года, но затем не отреклись от Христа и приняли мученическую смерть или страдания, — это не примирение народа с Богом? А смиренное перенесение страданий, которые Господь послал народу в 20-30-е годы? А массовая жертвенность за Отечество наше Священное во время Великой Отечественной? А церковное возрождение 90-х и 00-х, когда народ потянулся в храмы, когда начали заполняться монастыри, когда восстанавливались порушенные святыни? Разве это всё менее важно в сравнении с актом соборного всенародного покаяния во главе с Патриархом? Не попахивает ли это магическим сознанием? Вот проведём акт покаяния, и Россия изменится. И потом, почему Господь примирится со всем народом, когда небольшая часть народа (а верующих у нас 5-7 процентов, ну пусть даже 10!) проведёт этот акт покаяния?! Словом, есть в чём усомниться…
Идём далее по тексту.
В качестве греха против церковного и исторического сознания автор называет «признание «екатеринбургских останков» святыми мощами и почитание их, вопреки голосу старцев, данным следователя Соколова (об уничтожении тел через сожжение) и соборному сомнению Церкви».
Превращение отношения к «екатеринбургским останкам» в народный грех — это полнейшая чепуха. Да и аргументы у автора высосаны из пальца. Например, непонятно, о голосе каких старцев идёт речь? Вероятнее всего, речь о старце Николае Гурьянове. Но тут нужно различать его личные высказывания и якобы сказанное им, но известное в пересказе его келейницы монахини Николаи (Гроян), к чему я бы относился с очень большим сомнением. Сам батюшка, отвечая на вопрос об отношении к «екатеринбургским останкам», призывал (есть запись его ответа на вопрос паломников из Петербурга) больше думать о своих грехах, а о найденных останках выражался осторожно («вроде как уничтожены»).
Или почему «данные следователя Соколова» заслуживают больше доверия, чем данные следователя Молодцовой, возглавлявшей последнее следствие? У нее уж точно было больше материалов, чем у Соколова – из советских архивов, к которым не имел доступа Соколов. Да и методика следствия шагнула далеко вперёд за 100 лет. Конечно, до сих пор не всё ясно до конца с обстоятельствами цареубийства, архивы утрачены (или пока не найдены), но помещать в божницу выводы Н.А. Соколова и отметать выводы современного следствия, мягко говоря, странное решение.
Священноначалие в вопросе «екатеринбургских останков» не то, чтобы сомневалось, но под напором критики, особенно из РПЦЗ (критики после объединения Церкви остались в расколе, тоже нужно иметь в виду) призывало власти в 1998 году не принимать окончательного решения, продолжить расследование, ответить на все сомнения и вопросы общественности. Государственная власть не вняла призыву Патриарха и Св. Синода, захоронили останки, и с тех пор возникло недоразумение. Потом провели новое следствие с участием Священноначалия, которое, насколько известно, пришло к выводу, что останки подлинные. Но очень многие в Церкви до сих пор сомневаются. Поэтому пока Господь не даёт возможности провести Архиерейский собор, который бы принял окончательное решение по «екатеринбургским останкам», поскольку очевидно, что в мирном духе это решение не будет, а то еще и возникнет новый раскол.
Таким образом, сегодня среди верующих есть два мнения о «екатеринбургских останках», и утверждать заранее, что одно мнение является соборным грехом русского народа, в котором нужно каяться для примирения с Богом, мягко говоря, безосновательно.
Совсем никуда не годится мнение автора, что соборным грехом русского народа является участие в выборах и признание нынешней «богоборческой» власти. А уж признание власти незаконной – это какой-то провокационный сюрреализм! Автор ударяется в абсолютно схоластические рассуждения, что поскольку нынешняя власть пришла на смену Богоданной, то любая ее поддержка, в том числе участием в выборах, является грехом. Мол, таким образом мы признаём, что эта власть от Бога, «хотя она лишь попущена Им за наши грехи для нашего вразумления». А вот Апостол Павел считал, что от Бога власть гнавшего христиан римского императора. Похоже, автор в своём схоластическом рвении, осудил бы и Апостола.
В части V автор берётся рассуждать как о соборном грехе «признания мумии Ленина и богоборческом культе вокруг мавзолея», повторяя известные суждения насчёт «языческого зиккурата» в сердце России. Что это, мол, поругание Бога и попрание всех убиенных Лениным новомучеников. Автор умолчал о фигуре Сталина. Но, можно предположить, что и положительном отношении к Сталину православным нужно каяться. Он ведь и в мавзолее лежал, и выступал с него, и стоял на мавзолее, когда в завершение Парада Победы в 1945-м (на праздник Троицы!) солдаты войск НКВД бросали к Мавзолею фашистские знамёна с крестами. Автор, слава Богу, в своих рассуждениях не доходит до того вздора, что это было попрание креста, когда знамёна с крестами кидали к входу в «языческий зиккурат», но мне доводилось подобный маргинальный вздор в православной упаковке читать.
Свои рассуждения о Мавзолее автор дополняет и сомнительными мыслями о народных грехах «соучастия в богоборческой системе и её символике». В его интерпретации грехом является «участие в поклонении идолу «вечного огня» — символа геенны — у мемориалов», которые имеют языческий и богоборческий смысл. Вообще-то подавляющее большинство из «грешников» у мемориалов с вечным огнём поминают воинов, павших за Родину, а некоторые (как напр., патриархи, архиереи и священники) и молятся у этого «символа геенны». Ну нельзя же так схоластически понимать это?! Это же путь в маргинальщину!
Как и утверждение, что русскому народу надо каяться в соборном грехе членства в октябрятах и пионерах (ну ладно еще в членстве в комсомоле и КПСС, это было в сознательном возрасте)! Какие «клятвы верности богоборческой идеологии» давал Ю.Бычков, вступая в пионеры?! Больше того, оказывается, пятиконечные октябрятские звёздочки, красные галстуки и даже символы труда серп и молот являются масонской символикой! Ну это же чистейший вздор! Как известно, масонской символикой являются мастерок с циркулем, а не серп с молотом. Что, кстати, вовсе не значит, что нужно запретить их изображение, как и профессии штукатура и инженера с циркулем.
Любой здравомыслящий православный человек только усмехнётся, прочитал, что марксизм-ленинизм, «научный коммунизм», дарвинизм, фрейдизм являются просто «лживыми богоборческими теориями». В них и науки немало, даже в «научном коммунизме». Нельзя же вот так маргинально об этом рассуждать, да еще и надеяться, что другие люди согласятся принять такой образ мысли.
Не менее сомнительны и идеи автора о таком «соборном народном грехе» как согласие на цифровые идентификаторы (ИНН, СНИЛС, биометрия, электронные паспорта и карты). Сегодня практически все православные имеют ИНН и СНИЛС, и если это «не просто номер», значит, почти поголовно все отступили от Православия. А кто же остался в таком случае верным? И не должны ли тогда возникнуть сомнения, если следовать логике Ю. Бычкова, в благодатности Церкви, коль у всех храмов есть ИНН? Это всё результат схоластического принятия позиции, что ИНН – это «преддверие печати антихриста», какими бы авторитетами тут не прикрываться. Остаётся только порадоваться, что в соборные грехи русского народа автор не записал отрицание хитрейлов как смертельной угрозы народу и прививки во время эпидемии ковида.
Все евангелисты, описывающие беседу Спасителя с апостолами Петром, Иаковом, Иоанном и Андреем о признаках последних времён, говорят, что Христос начинает с призыва к бдительности и трезвомыслию. Матфей: «берегитесь, чтобы кто не прельстил вас, ибо многие придут под именем Моим, и будут говорить: «Я Христос», и многих прельстят» (24: 4-5); Марк: «берегитесь, чтобы кто не прельстил вас, ибо многие придут под именем Моим и будут говорить, что это Я; и многих прельстят (13: 5-6); Лука: «берегитесь, чтобы вас не ввели в заблуждение, ибо многие придут под именем Моим, говоря, что это Я; и это время близко: не ходите вслед их (21:8). Я так полагаю, что Господь, понимая, что мы всё равно будем пытаться, как и Апостолы, рассуждать о будущем, сразу даёт предупреждение быть трезвомысленными, не поддаваться на прельщение, иначе нас ждут серьёзные духовные опасности. Об этом бы я хотел напомнить и Ю.В. Бычкову.
Анатолий Дмитриевич Степанов, историк, главный редактор «Русской народной линии», председатель «Русского Собрания», член Союза писателей России
.JPG)
