Постукраинский синдром

В зарубежных СМИ в последнее время все чаще звучит мнение о скором окончании событий на Украине. Многие выступают за начало мирных переговоров. Другие – за участие НАТО в этом конфликте. Но общая тенденция указывает на то, что СВО близится к своему завершению. И я очень надеюсь на условиях, которые озвучил наш Президент В.В. Путин.

Окончание боевых действий означает массовое возвращение военнослужащих домой. С какими проблемами они могут столкнуться при мирной жизни?

«Когда вернулся домой, не сразу отпустило. Пошли с женой в магазин посудный. Кто-то кастрюлю уронил – я сам не понял, как под стеллаж нырнул. Жена подошла: «Может, вылезешь?» Такой грохот был, как прилёт, я и среагировал. Мы там научились в землю нырять», – говорит один из участников СВО с позывным «Татарин».

«В Иркутск вернулся, за руль сел. Светофор красным горит, первая мысль: с какой стороны прилёта-то ждать? Салют был – я дома отсиживался, ждал, пока закончится... Я уже обратно собираюсь. Жена, видимо, точно разведётся. Но там интереснее жить. Нет этих гаджетов, нет интриг. Всё просто и понятно: обустрой жильё, приготовь еду, помоги товарищу», – вторит ему другой ветеран с позывным «Лабус».

С аналогичными проблемами в России столкнулись после вывода наших войск из Афганистана. Тогда мы столкнулись с термином «Афганский синдром», по аналогии с «Вьетнамским синдромом». На научном языке это звучит как посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). ПТСР может принимать разные формы – буйные и депрессивные, маниакальные и истерические, постоянные или приступами.

«Муж вернулся с СВО, очень изменился. От ласкового, нежного, доброго человека не осталось ничего... Он постоянно в себе, очень хмурый, пасмурный. Предлагала к психотерапевту – отказывается, считает, что это шарлатаны. Я не выношу мозг, всё, что могу, делаю для семьи сама. Дома он уже полтора месяца, на меня и детей – ноль внимания. Не знаю, что делать... Я как вдова при живом муже, не хочу бросать его из-за того, что он изменился, но в реальной мирной жизни я снова одна», – пишет одна из жен участника СВО.

Здесь следует пояснить, что посттравматическое стрессовое расстройство обусловлено биохимическими процессами в мозгу человека. Может проявляться и в гражданской жизни при стрессовых ситуациях, насилии или сильном испуге. Изучением «военных психотравм» занялись совсем недавно.

Ветераны войны во Вьетнаме стали первыми, кем занялись, уже более-менее понимая, с чем имеют дело. В 1968 году и появился термин ПТСР (PostTraumaticStressDisorder, PTSD), который помог систематизировать знания об этой проблеме.

Принятие такого расстройства обществом шло постепенно, встречая множество противодействий. Военные видели в этом проявление то трусости, то слабости, а гражданские воспринимали людей с ПТСР как опасных для общества психопатов.

Один из участников событий в Афганистане, по имени Олег, вспоминает: «Впоследствии эту фразу «Мы вас туда не посылали» мне и другим «афганцам» регулярно приходилось слышать и от обычных людей, и от мелких чиновников. В результате много ребят спилось или пошли в бандиты». По его мнению, нельзя допустить повторения этой ситуации с участниками специальной военной операции. Для этого потребуется участие государства в судьбе каждого военнослужащего. Тех, кто после спецоперации решит уволиться из армии, нужно обеспечить работой и возможностью получить образование.

Очень своевременно в России был создан государственный фонд «Защитники Отечества», который помогает реабилитации вернувшихся с фронта ребят. Но этого мало. Многое будет зависеть от российского общества в целом. От информационной государственной политики и социальных лифтов для участников СВО.

Специальная военная операция может оставить значимый след на обществе в целом. «Представьте: к нам придёт множество людей с активной жизненной позицией, – рассуждает один из ветеранов. – Это та масса, которой не помашешь пальчиком "ай-ай, нельзя" и полицией не испугаешь. Впрочем, в конечном итоге то, как общество встретит ветеранов и сумеет с ними ужиться, будет зависеть лишь от нас с вами».

Участие в боевых действиях очень сильно оказывают влияние на формирование гражданской позиции. Обостряют чувства справедливости, взаимной поддержки, неприятию фальши. Эти люди не смогут быть простыми исполнителями, они пытаются менять окружающий мир. Подгонять его под свои идеалы, не всегда законными способами.

Приход подобных лиц в исполнительные и законодательные органы власти может изменить общеполитический дискурс. Возникнет рост патриотических идей и настроений. Как на это отреагируют чиновники и депутаты в регионах? Покажет время.

И очень надеюсь, что вытеснение либеральных идей на патриотические пройдет безболезненно и при поддержке федеральных властей.

Андрей Иванович Завьялов, заместитель председателя Нижегородского отделения Международной общественной организации «Русское Собрание», заместитель директора Института консервативно-аналитических решений, член Союза журналистов России