Хорошо, что нет Царя?

День начинается с новостей из смартфона. Там мало хорошего. Приученный к безнаказанности противник бьёт мощно и точно. По святыням, по экономике, по детям, по генералам, по АЭС.

Страна большая, жизнь продолжается, но даже те, кто обычно думает не много и не долго, начинают догадываться насколько всё серьёзно. Пока это смутная тревога, первые проблески восприятия предложенных обстоятельств.

Оказалось, что реальность отличается от медийной картинки, как весёлый форум от ужаса дроново-окопной войны. И мы пришли совсем не туда, куда еще недавно, казалось, неуклонно двигались по инерции постсоветского безвременья.

По молитвам святых Царственных мучеников нам были даны на опамятование долгие годы, более тридцати лет. Но покаяния и отречения от зла не произошло. Мы по-прежнему далеки от подлинного обращения к Богу и к Его помазаннику Царю-мученику Николаю. Да что там, даже от минимума, названного старцем Илием.

Каждый новый вражеский налет, беда, потеря, разрушение – это боль, через которую страна с самого верха и до самого низа должна очнуться. Мы пришли не туда, и пора признать очевидные вещи.

Нам не суждено стать обществом грамотных потребителей. В этом качестве Россия не востребована ни свыше, ни в мировом пространстве, где и так очень много грамотных, дисциплинированных, трудолюбивых потребителей. На Западе, на Востоке. Достоевский прав, определяя нашей судьбой несение Бога в сердце. Уточняя, что при отказе от веры русский человек становится дрянью. Неистовый потребитель всегда кандидат в предатели веры и в подданство антихристу.

Нам не суждено стать энергетической сверхдержавой и почивать на барышах от торговли нефтегазом Сибири и Арктики, атомными проектами, энергией гидроэлектростанций. Как выяснилось, партнёры при необходимости смогут справиться и без них. А при отсутствии у нас иных весомых аргументов сделают всё, чтобы перевести пользование нашими энергоресурсами в режим прямого колониального разграбления.

Нам не суждено быть территорией «розовой» экуменической религиозности с налётом православия. Этакой унией 2.0, где поверхностное поминание русских святых, сочеталось бы с потворством духу века сего, сервильностью, умствованием книжников и фарисеев, кураевщиной, обнимашками с кардиналами, представителями протестантских конфессий и любых «инославных». Порой всё это, методично внедрявшееся в нашу Церковь, проступает. Но нет пока Божией воли к её падению, пусть и через скорби, но закрыты пути в гибель лжеверия.

Нам не суждено вернуться в СССР. Невозможно воссоздание сложной сверхдержавы, где в ходе и по итогам Великой Отечественной войны произошло изжитие русофобского большевизма, были созданы передовые научные школы, устойчивая социальная сфера, сильнейшая в мире армия, великие произведения искусства, спорт высоких достижений. Где к 1988 году, то есть году тысячелетия крещения Руси сложились предпосылки к покаянию за зло богоборчества и цареубийства, к открытому отказу от лжи марксизма-ленинизма, к возвращению на Русский путь. Не случилось. Возобладала антисистема, для её представителей ядовитое учение Маркса о первичности материального стало религией личного обогащения, как теперь говорят «бабла». Произошла катастрофа распродажи государства, названная перестройкой и эпохой рыночных реформ.

Высокоразвитого по многим показателям позднесоветского общества, где люди читали книжки, с его кризисом духовности и внутренним запросом на перемены не существует. Любые попытки зазывать в него есть обман, скрывающий цель загнать население в примитивный заповедник коммунизма, где дрессированные гоблины будут радостно размахивать флажками перед идолами вождей. Последние аргументы прилепиных о геополитической ценности ленинизма (мол, Китай и страны третьего мира держатся левизны) осыпаются на глазах. Китай, как, впрочем, и Вьетнам бодро и радостно погружены во всемирное капиталистическое соревнование. Завоевание Соединенными Штатами Венесуэлы и новейшие кубинские реформы ставят крест на коммунизме в Латинской Америке. Северная Корея – своеобразное общество с культом служения семье вождя, национального единства и опоры на собственные силы, мягко говоря, далеко от «мирового левого движения».

Нам не суждено быть абстрактным полюсом многополярного мира. С учетом поведения стран большого Юга, ищущих в отношениях с нами лишь выгоды, и пугливо прижимающих ушки при окрике из Вашингтона, он всё больше выглядит несбыточной утопией. Полюсом, а тем более лидером в этом мире можно быть, лишь имея живую идею и силы для утверждения оной как у себя, так и повсюду.

Нынешний Карфаген, то есть западная система имеет идеологию потребления, комфорта, вседозволенности. Она ложна, но привлекательна, умело навязана с помощью массовой культуры, социальной пропаганды. У нынешней России в качестве идеологии немыслимая раскоряка в виде бульона из невнятных «традиционных ценностей», верности «комсомолу», реновации культа Ленина-Сталина-Дзержинского, крестных ходов по улицам, носящим имена террористов и палачей, разговоры о социальной справедливости на фоне растущего отрыва олигархов от бедного населения. Эти двоемыслие, увы, вместе с очевидной пробуксовкой на украинском направлении слишком заметно. Тем более, Западу ничего не стоит, как мы видели на примере Трампа, на какое-то время стать внешне консервативным и даже как бы «христианским» (разумеется, с сохранением ушедшего ненадолго под воду острова Эпштейна).

Если хотим выжить и войти в развязку в мировой истории Третьим Римом, придётся обрести себя и свой путь служения. Так это было при Владимире-крестителе, при Александре Невском и Андрее Боголюбском, при Иоанне Грозном, при государях из дома Романовых.

Так как это должно было состояться при Николае II.

Царь, принявший исторический вызов всемирной революции и мировой войны остался в борьбе один. Преданный, оболганный теми, кто должен был ему служить, честно добывая счастье и славу. Но они пошли по пути Иуды. Или, как минимум, отреклись. Отреклись и в большинстве своём не покаялись. Обрели то, что обрели…

После морока, забвения и самообмана мы должны, наконец, понять: самоутверждение и идея нашего бытия невозможны без обращения к истине Веры и к правде исторической России.

Но ни прийти к Богу, ни снова стать русскими в обход Царственных мучеников не получится.

Вопросы к совести несогласных (вопрошающих) просты.

Если бы вы были верны Христу и Его Церкви, вы бы постарались избавиться от помазанника Божия? Он ведь, во все годы своего правления только и делал, что Церкви Христовой служил: святых прославлял, раскол преодолевал и врачевал, храмы и школы строил, попечения о делах церковных и о делах призрения не ослабевал. А православная по «титульному листу» империя в том числе в лице большинства духовенства с радостью от православного Самодержца избавилась.

Кстати, бывает весьма странно слышать, что ныне церковная жизнь гораздо благополучнее, лучше не только чем при советах (понятно), но даже и чем при царях (!). Конечно, сейчас нет отрытых гонений, жестоких репрессий. Нет и обер-прокурора синода. Но разрушительно лукавство века сего, когда десятки миллионов отсечены от правды Божией в системе образования и в информационном потоке, а священнослужители бьются за паству под градом умело инспирируемых насмешек и клеветы. Когда понимание того, что Православие есть суть и основание, подменяется абстрактными многоконфессиональными и многонациональными ценностями. Неплохо, что молебен святым из предпринимателей сменил на ПМЭФ дискуссии странных гуру на фаллические темы, инстасамку и первертных мальчиков. Но вряд ли стоит считать это явным признаком «духовного возрождения».

Далее. Если бы вы были введены в заблуждение либеральной и (или) революционной, большевистской пропагандой и потому долго верили клевете на Царя, рассказам о «слабом человеке на троне», а потом узнали бы правду, стали бы вы затыкать глаза и уши, чтобы не видеть царского подвига стояния в Вере, сражения за Отечество на внешнем и внутреннем фронтах?

Если бы увидели всю чистоту помыслов и чистоту жизни Царственных мучеников, горы благих деяний Государя на благо Церкви и на благо Империи, всю тяжесть его противостояния тайне беззакония, принятия на себя всей ненависти к Христу и к России, стали бы вы рассуждать о «сомнительности прославления»?

А ведь по-прежнему затыкают глаза и уши, по-прежнему «со знанием дела» критикуют, обвиняют, злорадствуют, кощунствуют, в общей своей массе не понимают.

Тогда как лишь обращение к Царю может дать верное направление.

Осмысление царского подвига и царской жертвы способно возвратить общественное сознание из состояния бесплодного исступления в реальную систему координат. Где есть точка отсчета, где есть возможность созидательного движения, где есть духовные аксиомы и законы.

В обращении к Царю и ключ к преодолению заблуждений, идолов, ересей, опутавших, снедающих душу народа. Подавленный циничным равнодушием со стороны чиновников, не имеющий сил поднять головы в борьбе за хлеб насущный, понукаемый юридическими и цифровыми новациями, он уже пришел к предпосылкам этого обращения.

Действительность не даёт поводов для фальшивого оптимизма, тают остатки доверия к партиям, вождям, к их программам. Всё яснее становится на этом фоне суть святого Царя.

Вера, Отечество, семья, любовь, правда, милосердие, служение, человечность – наши святыни. И вся полнота этого в нём, в святых Царственных мучениках. Поставление Царя во главу угла, водворение Царя на должное место ознаменуют начало возрождения.

Если же произойдёт окончательное отречение от Царя в пользу идолов, значит, падёт Третий Рим, начнётся великий обратный отсчёт. Не будет России, не будет победы, не станет затем и всего этого пока еще белого света. Сбудется во всей глубине и останется безповоротным приговором видение поэта о пропасти отчаяния, богооставленности и лишенности Царя: «Так черно и так мертво,/ Что мертвее быть не может/ И чернее не бывать./ Что никто нам не поможет/ И не надо помогать».

Но пока еще есть шанс. Пока еще идут люди июльской ночью Царским крестным ходом. Пока еще звучат молитвы перед ликами благоверных мучеников. Еще может начаться деятельное покаяние, превращение страны в православную державу, хождение народа, властей и воинства перед Богом. Народа, подлинная судьба которого выстоять до самого конца и победить.

Александр Израилев, публицист