На встрече президента Российской Федерации с депутатами восьмого созыва Государственной Думы в Георгиевском зале Большого Кремлёвского дворца состоялся необычный, но весьма примечательный диалог. После награждения президент обратился к залу и поведал, что один из награждённых сказал ему: «Мы победим, но надо действовать смелее». Зал одобрительно засмеялся и зааплодировал. Тогда Президент задал вопрос: «Ещё смелее?» После паузы зал откликнулся понимающим смехом и аплодисментами.
Неспроста Верховный задал этот вопрос. Задавал с улыбкой, но это была фирменная «путинская» улыбка, за которой, как правило, следует действие. Он касается способа ведения специальной военной операции, которую в Кремле теперь совершенно справедливо называют войной. Главе государства нужно было понять как депутаты, которые должны выражать мнение народа, относятся к ужесточению наших действий к врагу. Ответ на свой вопрос президент получил. См. мою статью Война под названием «СВО».
Известно, что В.В.Путин важные решения старается принимать взвешено и закреплять законодательно. Приняв решение, он действует решительно. Так был возвращён «в родную гавань» Крым в 2014 году. Тогда же была возможность вернуть и Донбасс. Население Донецкой и Луганской республик проголосовало за присоединение к России. Что помешало осуществлению этого решения, мы доподлинно не знаем. Вместо этого были подписаны Минские соглашения, в надежде на порядочность и верность слову руководителей западных стран. Но запад «под минским зонтиком» фактически создал заново украинскую армию, вооружил и подготовил её к войне. Запад в очередной раз обманул нас. Позже президент признал, что тогда надо было действовать решительнее. Пришлось исправлять положение, но в значительно худших условиях.
Была разработана специальная военная операция. Через три месяца задача была, по сути, решена. Однако, глобалисты помешали уладить конфликт и заставили украинское руководство продолжить войну. «Цивилизованный мир» во главе с США подключил все свои ресурсы (военные, финансовые, дипломатические, пропагандистские) чтобы «победить Россию на поле боя». Мы же продолжали специальную военную операцию и быстро растеряли добытое в боях преимущество. Пришлось срочно проводить мобилизацию. Частично. И переводить хозяйство страны на военный лад. Тоже частично. Чтобы вести полноценную войну против НАТО этого явно было не достаточно. Да и способ ведения боевых действий оставался чрезвычайно осторожный, в рамках СВО. Чтобы не пострадала жизненно важная инфраструктура и в особенности мирные жители.
Становиться более решительными нас заставлял всё тот же «миролюбивый» запад. Сначала он опасался поставлять ВСУ летальное оружие, но очень быстро начал присылать любое вооружение под прикрытием словосочетаний типа «необходимости защиты независимости Украины». Всё годится. Лишь бы «ослабить» Россию, то есть её уничтожить. Начались ракетные удары вглубь «исторической» России. А затем и прямая агрессия. Война разрасталась, военные действия «эскалировали» (как сейчас выражаются), а мы себя сдерживали и отвечали «зеркально». На сотни километров наша земля стала прифронтовой зоной, подвергающейся постоянным атакам. Обнаглевшие нацисты стали целенаправленно убивать наших детей. Этого терпеть нельзя. За убийство наших детей надо наказывать. Жёстко наказывать. Чтобы никому и никогда неповадно было.
Но когда мы решительно взялись за дело послышались голоса «как бы нам не спровоцировать мировую войну». Очнитесь. Мировая война ведётся против России уже несколько десятилетий. В этой войне участвуют более пятидесяти стран. См. мою статью «Начинать Третью мировую войну или подождать?».
Наши «миролюбы» предостерегают «нам нельзя втягиваться в войну с НАТО. Это самый сильный военный альянс в мире. Если он подключит весь свой потенциал, то мы не выдержим». Лукавство. Всё что можно НАТОвцы давно используют в войне против России.
Пример войны с НАТО у нас перед глазами. Иран несколько месяцев противостоит США, главной военной силе альянса. Бомбит их военные базы и корабли. Президент самой могущественной страны мира грозит вогнать Иран в каменный век. Но, … не может. Силёнок не хватает. Использовать ядерное оружие не решается, потому что его применение грозит непредсказуемыми последствиями для самих американцев. Иначе давно бы применили.
Может быть европейская армия сильнее американской? Нет.
Может кто-то всерьёз думает, что французы и англичане используют против нас ядерное оружие? Такое решение похоронит и Францию, и Британию в тот же день. Есть, конечно, сумасшедшие, которые заявляют, что ничего не боятся. Но это только до первого взрыва.
Нас постоянно предостерегают от шапкозакидательского отношения в врагу. Да, враг силён и коварен. Закидывать его шапками бессмысленно. Но у нас и кроме шапок есть чем ответить. Например, коктейлем Молотова. Когда в Европе сгорят два-три десятка предприятий и складов с «украинскими» беспилотниками, предназначенными для атак по российской территории, у европейцев прыти поубавится.
Наши беспилотники прошли «обкатку» в большой войне. Для них нет препятствий. Залетят куда надо и уничтожат кого надо. Никто не спасётся.
Чтобы утихомирить европейцев не обязательно объявлять им войну и бомбить их города. Есть много способов привести в чувство самых воинственных русофобов. Мы пока ещё не применяем диверсионные способы воздействия на противника. Пора. Хотя бы зеркально. Тогда соловьями запоют все ястребы Берлина, Лондона и Парижа.
Война, которую нам навязывает запад не оставляет нам выбора. Любая недоработка, вызванная нашей нерешительностью, оборачивается новыми жертвами. Невинными жертвами.
Закон войны предельно прост – если ты не убьёшь врага, то он убьёт тебя, захватит твою землю и пленит твоих близких.
В сотый раз повторяем, нам не нужна чужая земля, нам не нужна кровь европейцев. Нам нужен мир. Уступками и благородными жестами мы не добьёмся мира. Только полноценная победа обеспечит стране гарантии безопасности. Чтобы добиться такой победы надо действовать решительно, смело, по-суворовски.
На вопрос Верховного главнокомандующего «ещё смелее?», мы отвечаем – да, смелее. «Смелого пуля боится, смелого штык не берёт».
Владимир Робертович Анищенков, главный редактор радиостанции «Победа»


1.
Зеленский и Нетаньяху пытаются убедить Трампа в своей полезности. Об этом пишет директор Института международных политических и экономических стратегий РУССТРАТ Елена Панина в своем телеграм-канале. Эксперт отвечает, смогут ли Израиль и Украина объединить свои войны, и какие угрозы появляются на Каспии после атаки иранского танкера со стороны ВСУ
Панина обращает внимание, что сегодня интересы Украины и Израиля не совпадают полностью. Ключевые приоритеты Киева — сохранить поставки оружия, систем ПВО, санкционного давления на Россию и вовлеченности США в украинский конфликт. В свою очередь, Нетаньяху добивается свободы действий в иранском вопросе и стремится предотвратить сделку Вашингтона с Тегераном.
Значит, идет выработка не общей стратегии, а две параллельные попытки убедить Трампа в собственной полезности. Украина и Израиль одновременно претендуют на ограниченный набор дефицитных американских возможностей.
Елена Панина
директор Института международных политических и экономических стратегий РУССТРАТ
Эксперт поясняет, что главной целью Израиля и Украины является готовность США принимать на себя риски эскалации и внутриполитические издержки.
Панина также обращает внимание, что после удара ВСУ по кораблю в Каспийском море возникает опасность превращения Каспия в новый международный театр войны. Последствия этого, предупреждает эксперт, труднопредсказуемы и точно не позитивные.
До сих пор Тегеран был прежде всего тыловым поставщиком для России. После удара по иранскому судну он получает политическое основание стать самостоятельной стороной, непосредственно действующей против Украины.
Елена Панина
директор Института международных политических и экономических стратегий
Киев пытается добиться большей американской заинтересованности, но ценой превращения еще одного крупного государства из косвенного участника войны в прямого противника, резюмирует Панина.
Ранее американская газета The Wall Street Journal сообщила, что удары ВСУ по иранским судам приближают Киев и Тегеран к прямой конфронтации.