Замечательный русский поэт Валентин Голубев родился 25 ноября 1948 года в посёлке Сосновая Поляна под Ленинградом в семье плотника. И отец, и мать Серафима были выходцами из крестьян Костромской губернии. От них он перенял песни, сказки, уклад сельской жизни. Валентин начал писать стихи ещё в детстве. После окончания техникума учился в Ленинградском университете. Прошёл трудовой путь от слесаря до начальника заводского цеха. Но главным делом жизни стало поэтическое слово. Публиковался в периодике. Автор десяти поэтических книг, которые получили высокую оценку в прессе. Лауреат Всероссийских литературных премий «Ладога» имени Александра Прокофьева, имени Алексея Константиновича Толстого, а также Православной литературной премии имени Святого князя Александра Невского.
Член Союза писателей России с 1990 года, куда вступил по рекомендации Виктора Бокова и фольклориста Александра Горелова. Живёт в Санкт-Петербурге. В его стихах обозначилось необратимое возвращение к родным истокам и корням.
А мне вспоминаются наши первые встречи в Литературной мастерской Союза писателей при журнале «Аврора», которой руководили поэты Александр Шевелёв и главный редактор журнала Владимир Торопыгин. В этой мастерской бывали Юрий Ростовцев, литературовед Борис Бурсов, Евгений Евтушенко, Андрей Вознесенский, Владимир Высоцкий и др. Кроме этого, надо отметить выход в 1976 году поэтической кассеты, в которую входили книжки Анатолия Белова, Валентина Голубева, Григория Калюжного, Светланы Молевой, Андрея Романова.
Будучи лётчиком Гражданской авиации, я плохо ориентировался в литературном раскладе Ленинграда, куда меня всё же тянуло. Вокруг вертелась либеральная тусовка, посмеиваясь над поэзией Николая Рубцова, а также над стихами не столь известного Валентина Голубева. В то время Валя многим казался наивным, а некоторые даже называли его юродивым. Всех потряс случай, когда он победил на конкурсе стихотворений на тему «Жница». В его стихотворении были строки:
А мимо женщина с косой
Прошла к каким покосам неизвестно.
Я крикнул женщине: – Постой…
Через две недели оказалось, что его загадочный образ женщины с косой – это, по сути, инфернальный образ Смерти, которая косит людей и не может остановиться. А теперь уже ясно, что строки Голубева оказались пророческими. На наших глазах Костлявая косила людей на Кавказе, а теперь косит на Украине и на Ближнем Востоке.
Надо признать, у Валентина Голубева стратегическое перспективное мышление. В моём стихотворении «Мне безымянная приснилась высота…» его поразила строка «Со всех сторон нас молча окружают», которую он повторял, словно заклинание, много раз. Действительно, как оказалось, нас все эти годы молча окружали двойным кольцом: внешним (НАТО) и внутренним (пятая колонна).
Однако сильное фольклорное начало – это как раз тот мощный источник энергии, который не даёт пасть духом в роковые дни Всемирной истории. Думается, именно поэтому Валентина Голубева в журнале «Наш современник» приветил мало кому симпатизировавший Юрий Кузнецов. Ему особенно понравилось стихотворение Голубева:
Я на поминках, подвыпив, плясал,
ибо друзья мои радость ценили.
Всех проводил. Оглянулся, а сам
так одинок – поскорей бы к могиле.
Затороплюсь у последней черты,
гроб обдеру об ограду соседа.
– Ты всё такой же, как был, непоседа, –
матери глас из земной темноты.
Здравствуй, последний мой милый приют!
Путник весёлый к вам в двери стучится.
Здесь меня любят и здесь меня ждут,
зреет кутья и лампадка лучится.
Неизъяснимая самобытность Валентина Голубева – одна из лучших черт его поэзии, в которой нет безысходности, поскольку автор обладает историческим мышлением. В его творчестве прошлое неизменно впадает в настоящее и неистребимо живёт в нём.
Стихотворение «Памяти Митрополита Иоанна (Снычёва)» начинается, казалось бы, грустно, а заканчивается с надеждой на духовную поддержку и окончательную Победу над злом.
Ты не верил в то, что русской славы
Боровая потускнела медь.
Мы стоим последнею заставой,
Смертные, готовые на смерть.
На копье флажок — он тоже знамя,
Коль один над Родиной над всей.
Иоанн, отец, останься с нами
Проповедью светлою своей!
Здесь весьма значимо звучит местоимение с нами. Хочется верить, что Валентин Голубев, поэт огромной внутренней силы, преодолев одиночество, не остановится в поисках Истины.
Григорий Петрович Калюжный, ветеран труда, штурман Гражданской авиации, член Союза писателей России
1. Вечность и время