«Это была победа митрополита Вениамина!»

В среду, 13 августа, в день памяти священномученика Вениамина, митрополита Петроградского и Гдовского, в Симферополе в храме священномученика Вениамина митрополит Симферопольский и Крымский Тихон произнёс проповедь, сообщает пресс-служба Таврической духовной семинарии.

«Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.

Память священномученика Вениамина Петроградского. Это человек поразительной духовной красоты и силы. Это удивительная, ни с чем не сравнимая фигура в нашей Церкви, - отметил Владыка Тихона. - Он возвышается как величественная вершина, которая неожиданно открывается взору путника; вершина, которая не подвержена никаким бурям и изменениям. Он оставался собой во все дни своей жизни. Он предчувствовал свою мученическую кончину, будучи совсем ребёнком. Родители рассказывали, что он готовился к мученическому венцу; к тому, чтобы быть мучеником за Христа. Это не были какие-то детские фантазии. Это была удивительная мысль предвидения, которая озарила этого человека и прошла через всю его жизнь.

Он был абсолютно устремлён к Богу, зная и духом видя Его. Никто не видел его возмущающимся, хотя он строго взыскивал, когда это было надо. Но все понимали, что он бесконечно расположен к каждому человеку, поскольку каждый человек и по сути, и в его глазах являлся сыном или дочерью Божиими. Он не дерзал обращать злобу на чадо Божие.

Когда пришла Февральская революция, и жителям Петрограда предоставили демократическое, как сейчас говорят, право выбирать архиереев, выбрали самого доброго, мирного и спокойного. Митрополита Вениамина выбрали сами горожане – православные христиане. Потом испытания усиливались. Большевистская власть – ни для чего другого, а для того чтобы обрушить невиданные репрессии на Церковь – объявила конфискацию церковного имущества в тот момент, когда действительно была нужда. Страна была доведена большевиками до состояния голода. Особенно этот голод был в Поволжье. По призыву Патриарха Тихона Церковь собирала, что могла: средства; ризы с икон; кресты переплавляли; церковную утварь. Единственное, что нельзя трогать – Чаши и дискосы (евхаристические сосуды) – какие бы они ни были: дорогие посеребрённые или медные и даже деревянные.

Церковь начала сбор средств для голодающих Поволжья. В это время было написано известное письмо Ленина членам Политбюро о конфискации имущества, в котором он пишет: "Именно теперь и только теперь, когда в голодных местах едят людей и на дорогах валяются сотни, если не тысячи, трупов, мы можем (и поэтому должны) провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией, не останавливаясь перед подавлением какого угодно сопротивления". Это было приведено в жизнь.

Одной из главных жертв был избран митрополит Вениамин. Суд над ним был специально публичный. В Дворянском собрании бывшего Санкт-Петербурга (тогда Петрограда) в 1922 году митрополит Вениамин предстал перед неправедным судом и перед огромным количеством людей, которые там собрались. Это была победа митрополита Вениамина! Он был абсолютно спокоен, с полным сознанием своей правоты. До этого были замучены, убиты, распяты на Царских вратах, утоплены в реках и отхожих местах огромное количество священников, епископов. Но никто из мирян и их собратьев священников и епископов не слышал их последнее слово. Их увозили в далекие места, где глумились над ними и лишали жизни.

Митрополит Вениамин был, пожалуй, первым, кто, помимо воли богоборческих властей, имел возможность обратить своё слово к людям. Многие записывали – поэтому его слово осталось у нас. Две мысли он донёс до людей. Первая: всё, что происходит, закончится; разум, правда, Божественная сила, которая на время отошла от многих людей, снова вернётся. Это необходимые испытания, которые нужны. Люди сами отгоняют Божественную благодать своим неверием. Не всё благополучно было в дореволюционной России, в том числе в отношении Церкви и церковной жизни. Многие христиане были чисто формальные члены Церкви. Об этом говорит Пасха 1917 года, когда после свержения царя Временное правительство объявило, что причащаться на фронте могут только те, кто желает, а не так, как было до этого, в том числе в 1916 году. Если в 1916 году на фронте причастилось 100% православных, то в 1917 году – 10%. Мы иногда идеализируем. А вот что было на самом деле! Многие из них потом вернулись к вере. Но под страхом смерти, под ядрами и пулями Первой мировой войны только 10% офицеров и солдат сочли необходимым для себя причаститься в Великий Четверг. Очень много неправильного было сделано относительно церковного образования и прочего.

Поэтому Господь отошёл. Стояли пустые храмы – они были разрушены. Нам надо помнить об этом. У вас прекрасный храм! Но главное здесь – люди. Церковь – это люди. Когда этого не будет – всё бессмысленно. И Господь разоряет эти ставшие бессмысленными для людей святые храмы.

Митрополит Вениамин сказал, что Россия должна пережить эту болезнь. Своим собратьям-священникам он сказал: "Главное в вашем деле – это созидать приходскую жизнь". Казалось бы, простая мысль... Но она бесконечно важна. Главное – это малая Церковь; единство верующих во Христе. Наконец он обратился к своим судьям: "Я не знаю, что вы мне объявите: смерть или жизнь. Меня это не интересует. Что бы вы мне ни сказали, я со всей искренностью и глубиной возблагодарю Бога и скажу: слава Тебе, Господи, и за жизнь, и за смерть!" Апостол Павел говорил: для меня жизнь Христос, и смерть приобретение (Флп.1:21).

Такой удивительный, стойкий человек, который задал на многие десятилетия богоборческой власти и нам сегодня этот камертон, правильную ноту; этот путь, к которому, конечно, мы не готовы сейчас. Мы – не он; мы не эта вершина. Но мы понимаем, к чему мы должны стремиться или хотя бы иметь в виду, что это расположение духа в тяжелейших испытаниях – единственно истинное и сохраняющее образ и подобие Божие в человеке и самого человека. В этом он наш замечательный, удивительный учитель. Храни вас всех Господь!».