Изучение опыта строительства, собирания, жизни и деятельности христианской общины в настоящее время не потеряло своей актуальности. Яркими представителями обновления христианской общинной жизни в начале ХХ века стали Н. Неплюев и епископ Макарий (Опоцкий). Анализ документов и исторических материалов позволил определить главные мотивы объединения людей, которыми являются христианская любовь и единение в вере. Крестовоздвиженское братство Н. Неплюева дало будущим поколениям опыт объединения людей, который затем, в начале 1920-х годов способствовал возникновению т.н. «приходской революции» – объединению в братствах, отстоявших Церковь от ликвидации её в послереволюционные годы. Опыт приходских православных братств и сестричеств способствовал сохранению церковных объединений вплоть до конца 1940-х годов и осуществлению свидетельства о вере в советском обществе.
Непреходящим интересом в настоящее время пользуется тема строительства приходской жизни Православной Российской Церкви в начале ХХ века. Интерес многих исследователей подтверждает как актуальность темы, так и востребованность практического применения опыта форм приходской жизни в современных условиях. В этой связи изучение конструктивных положений христианских трудовых общин Н. Неплюева и епископа Макария (Опоцкого) позволяет решить сразу несколько задач: предлагает практическую модель организации приходской жизни и модель объединения общества на принципах христианской общины. Недаром общинный проект Н. Неплюева предполагал возникновение Всероссийского братства, объединяющего множество приходов по всей России.
Анализируя имеющийся архивный материал, отметим, что в России в начале ХХ века наблюдался невероятное пробуждение гражданского общества, выражающееся в создании гражданских союзов и обществ. Особенно это движение приняло массовый характер после Манифеста «о гражданских свободах» от 17 октября 1905 года (Законодательные акты переходного времени. 1904–1908 гг. СПб., 1909. С. 150–151). Организация обществ и союзов происходила не только в гражданском обществе, но и в церковном. Среди духовенства и мирян шла широкая полемика по реформированию и обновлению всего строя церковной жизни, предлагались различные модели реформы церковных учреждений, в том числе, по «оживлению» приходской жизни, превратившейся из некогда живого общественного организма христианской общины в номинальную административную единицу (Собрание Определений и Постановления Священного Собора Православной Российской Церкви. 1917–1918. Вып. 3. М., 1994. С. 13).
В середине XIX века, после отмены крепостного права, в результате общественного движения по реформированию общественных институтов возникали различные практики организации приходских общин, объединявших верующих под руководством как духовенства, так и «духоносных старцев» из среды мирян. В частности, к середине XIX века возродились православные церковные братства, осуществлявшие своё служение как при монастырях, так и при приходских церквах. Братства, имеющие различные цели: от просвещения, миссионерства, до обществ трезвения (Григорьев Н.И. Общества трезвости: их организация и деятельность за 1892–1893 гг. СПб., 1894. С. 17). Следует заметить, что объединения людей на основе совместного христианского делания получили своё развитие на Руси ещё в XIV-XV вв. в областях Северной Фиваиды – Олонецких, Вологодских, Белозерских, Костромских землях (Федотов Г. П. Святые центры Руси. Париж: ИМКА-ПРЕСС, 1989. С. 148-149). Именно в этих краях создавал свои братства епископ Макарий.
Идейная преемственность трудовых братств берёт свое начало из монастырей. Дух братства, «умной молитвы» – исихазма, что описал И. Концевич (Kontzevitch I. M., ed. The Northern Thebaid, Monastic Saints of the Russian North. Platina, Calif.: Saint Herman of Alaska Brotherhood, 1975), и труда объединял людей в общежительных обителях. Примером таких обителей могут служить Троице-Сергиева Лавра, Оптина пустынь. Из монастырей общежитие трансформировалось в идею «монастыря в миру», опыт старчества на приходах. Например, в ХХ веке в «покаяльной» общине протоиерея Алексия Мечева (Отец Алексей Мечев: Воспоминания. Письма. Проповеди. Надгробное слово о себе самом / ред., сост. Н. А. Струве. Paris: YMCA-PRESS, 1989. С. 44-45). Практика сестринской общины без принятия монашества с целью социального служения была учреждена в созданной Марфо-Мариининской обители в 1909 году (Горинов М., Иванова Е., Шарипов А., Войтиков С. Марфо-Мариинская обитель милосердия. 1909-2009. К 100-летию создания Обители. М.: Белый город, 2009. С. 99-101). Основной целью создания трудового братства как христианской общины в конце XIX – начале XX века были её соответствие общине христиан апостольского времени (Деян. 4:32-37) (Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. United Bidle Societies, 1991. С. 1166), что импонировало идее обновления Церкви, которая была невозможна без возвращения к опыту Церкви первых веков христианства. По формулировке епископа Макария, создание трудовой общины имело целью: «религиозно-нравственное совершенствование личности до уподобления Христу» (Архив УФСБ по Новгородской области Д. 1/а12983. Л.273).
Однако идея собирания людей в церковную приходскую братскую общину, где уважалось и приветствовалось личностное духовное преображение, где клерикальное возглавление не было возведено в ранг абсолюта власти, было идеей неординарной для синодальной Церкви. В церковной среде такие общины обвинялись в ереси и сектантстве (Письмо епископа Макария Святейшему Патриарху Тихону от 7 марта 1924 года. РГИА. Ф.831.Оп.1. Д.273. Л.73-74 об.). Созданием трудовых общин преследовалась цель оживить административные единицы до высоты христианского служения в мире. Задача ставилась широко – главной идеей Н.Неплюева при создании Крестовоздвиженской трудовой общины было желание и стремление обновить, возродить не только локальный церковный приход, но и в целом российское общество. Общину, по его мнению, должны были возглавить не обязательно священники, сколько люди духовно опытные и радеющие за дело. Предлагаемая модель трудовой общины могла направить освобожденные силы народа на духовное возрождение, а не на изменение государственного строя революционным путем. Продолжая дело Н. Неплюева, епископ Макарий обличал формализм современной ему церковной жизни. Изменения, по его мнению, должны коснуться в первую очередь «внутреннего человека». Он видел выход из создавшегося положения в «обновлении ума» и обновлении человека созданного Богом «в праведности и святости истины» (Еф. 4:23-24). Считал, что обновление людей должно начаться с пастырей, как духовных наставников общества (Дмитриенко А. Г. За святую правду любви и братства: Епископ Макарий (Опоцкий), 1872-1941. Биография. Проповеди. Письма Литургическое наследие. Воспоминания. М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2021. С. 309-310).
7 марта 1924 года епископ Макарий, обращаясь к Святейшему Патриарху Тихону за благословением на создание общины, отмечал, что братское строительство на приходе служит делу христианского обновления «в смысле возрождения и преображения отдельных личностей до высоты Апостольского идеала». Цель создания общины он видел в нравственном совершенствовании личности и общества до соответствия её «братски-общинной жизни первохристиан» (Письмо епископа Макария Святейшему Патриарху Тихону от 7 марта 1924 года. РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 273. Л.73-74 об.). Испрашивая Патриаршего благословения на создание «кружка ревнителей христианского просвещения и созидания Церкви Христовой как Тела Его», развивая свою мысль, он указывал, что прототипом и аналогом общинной модели как соподчинения и сплочения её членов как «единства в духе веры» можно рассматривать человеческий организм с его самоподчинённостью всех членов. По мнению владыки Макария, главной задачей на приходе было создание малой Церкви – братского общежития с единством духовным и экономическим (Письмо епископа Макария Святейшему Патриарху Тихону от 7 марта 1924 года. РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 273. Л. 73-74 об.). Для епископа Макария приходская община – это духовная семья, соединённая «братской любовью», где в первую очередь выдвигается добровольное служение старших младшим и наоборот – благоустроение христианского трудового братства, имеющего целью созидание малой Церкви, как части Церкви Соборной и Апостольской (Буданова А.В. Понятие личности и общины в пастырской практике епископа Макария (Опоцкого) // Альманах Свято-Филаретовского православно-христианского института. М., 2025. Вып. 13. С. 101). В задачах братства он указывал 9 духовно-нравственных правил: от общей кассы до миссионерского служения (Дмитриенко А.Г. За святую правду любви и братства: Епископ Макарий (Опоцкий), 1872-1941. Биография. Проповеди. Письма Литургическое наследие. Воспоминания. М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2021. С. 138).
Созданием такой семьи руководствовался ранее епископа Макария Н. Неплюев. В 1889 году он создал Крестовоздвиженское церковное братство-общину, в основе которого лежали апостольские принципы единой христианской семьи с соподчиненностью друг другу (1 Петр. 5:5) (Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. United Bidle Societies, 1991. С.1214). Он воплотил на практике идею, которую затем подхватил и пытался воплотить в 1908-м и последующих годах своего служения епископ Макарий.
Подводя итог вышесказанному, следует сделать вывод об идейном единстве в целях и задачах создания трудовой общины Неплюевым и епископом Макарием, в основе которого были: а) реакция на формализм и утрату ценностного идейного начала между христианской общины первых веков и административной церковной единицы, б) желание обновления церковной жизни и понимание насущной потребности во внутреннем обновлении церковного прихода, неподвластном спущенным распоряжениям, в) генерация из малого количества трудовых братств в повсеместную структуру приходских организаций г) понимание духовных основ, могущих направить народную жизнь в созидательное русло.
Главным отличием было понимание систему руководства братством. Неплюев предлагал руководство дать мирянам, оставив священнослужителям богослужебную часть, епископ Макарий считал, что руководить мирянами должны клирики.
Начало 1920-х годов было расцветом трудовых братств в связи советским законодательством, разрешавшим трудовые кооперативные союзы вплоть до начала 1930-х годов, что под видом кооперативных сельхозпредприятий позволяло монашествующим и мирянам объединяться в трудовые артели, скрытно сохранять своё внутреннее устройство и истинную организацию. Таких кооперативных предприятий было много на территории современных Костромской и Ивановских областей.
Объединения трудовых приходских союзов смогли в условиях советской власти сохранить церковную организацию и затем, после их запрета и ликвидации, в лице оставшихся на свободе членов трудовых общин передать религиозные убеждения новым поколениям.
Протоиерей Димитрий Сазонов, кандидат богословия (Кострома)
