13 сентября из Москвы в Ливан вылетела рекогносцировочная группа из 16 военных специалистов Тыла Вооруженных сил РФ. По сообщению замначальника пресс-службы Министерства обороны России полковника Николая Баранова, им "предстоит оценить обстановку в местах будущих восстановительных работ, куда впоследствии планируется направить инженерный батальон". Сам инженерно-саперный батальон (ИСБ) будет переброшен в Ливан в конце сентября. Причем данный шаг в Москве обставляют рядом примечательных заявлений, по которым можно судить о сути политики Кремля на Ближнем Востоке.
Это стало просматриваться после 11 сентября, когда на традиционном совещании президента Владимира Путина с членами правительства была затронута тема отправки ИСБ в Ливан. Глава государства поручил руководителю своей администрации Сергею Собянину подготовить соответствующее обращение в Совет Федерации (согласно российскому законодательству, именно с согласия Совфеда командируются за пределы России воинские контингенты). Здесь же вице-премьер - министр обороны Сергей Иванов доложил Верховному главнокомандующему, что батальон будет отправлен в Ливан в конце сентября. Предварительную договоренность об участии российских саперов в послевоенном восстановлении Ливана достиг глава МИДа Сергей Лавров во время своей недавней поездки в Бейрут.
Политические же коллизии "инженерной миссии" в Ливан состоят в следующем. По словам Сергея Иванова, направляемый из России батальон не будет принимать участия в миротворческих операциях, которые под эгидой ООН разворачивают в этой стране другие государства. "Мы будем на двусторонней основе проводить восстановление инфраструктуры в тех районах, которые находятся вне юрисдикции ООН", - подчеркнул вице-премьер и министр обороны.
Известно, что в последние годы Россия, памятуя о десятилетней войне в Афганистане 1979-1989 годов и еще не закончив сопровождающуюся ежемесячными жертвами контртеррористическую операцию в Чечне, последовательно пытается воздерживаться от участия своих воинских контингентов в коллективных миссиях, в том числе и под знаменем ООН. В 2001 году были попытки вовлечь ее в коалиционные группировки в Афганистане, в 2003-м - в Ираке, но эти призывы были проигнорированы. В 1999 году памятный "десантный прыжок" на аэродром под Приштиной Москва также совершила по приказу из своего Генштаба. Так что, казалось бы, ничего особенного в таком решении Кремля по отношению к послевоенному урегулированию в Ливане нет.
И все же это особый случай. Ведь, действуй Москва по мандату ООН, были бы сэкономлены определенные (надо полагать, немалые) бюджетные средства. В Ливан, как уже сообщил Сергей Иванов, отправятся 350-400 человек, все - контрактники. По его же словам, находиться ИСБ в Ливане будет около четырех месяцев. А это уже немаленькие расходы. Кроме того, в горячую точку направляется немалое количество соответствующей спецтехники.
Срок пребывания тоже может оказаться длительным: в Бейруте и окрестностях слишком много разрушений после атак израильской авиации и артобстрелов. В данном же "формате самостоятельного участия" и при непосредственном подчинении штабу Тыла Вооруженных сил РФ все расходы будет нести ведомство Сергея Иванова (Ливан слишком ограничен в средствах, чтобы можно было рассчитывать на какое-то его финансовое участие в данном двустороннем проекте). Но, как считает руководитель независимого Центра военного прогнозирования (ЦВП) Анатолий Цыганок, "Кремль готов платить ради того, чтобы только исключить подчинение французским и итальянским военачальникам, то есть генералам - представителям НАТО, руководящим Международным миротворчески контингентом (UNIFIL/ЮНИФИЛ) на этой территории". Возникает вопрос - почему?
Сами российские военные, а вслед за ними и политики (например, руководители комитета Госдумы по международным делам Константин Косачев и комитета Совета Федерации по международным делам Михаил Маргелов) объясняют это стремлением застраховать солдат и офицеров от попадания в какие-либо конфликтные ситуации, которые в Ливане вполне могут произойти, особенно - с применением оружия. Это резонно. Но все же, как полагает военный эксперт Цыганок, "здесь куда больше большой политики, нежели собственно заботы о безопасности граждан, направляемых в эту горячую точку мира: ведь ситуация в Ливане такова, что в конфликт, в том числе и с применением оружия, наши саперы могут попасть точно так же, как и миротворцы других стран".
"Москва хочет, чтобы, как в той пословице, и овцы были целы, и волки сыты, - поясняет полковник Цыганок. - Иными словами, Россия стремится сохранить свое лицо перед всеми. И перед арабскими странами, с которыми она активно сотрудничает, главным образом в военной области. И перед Израилем: дескать, мы помогаем Бейруту только мосты наводить да дороги ремонтировать, а отнюдь не оружием, в поставках которого через третьи страны нас пытаются обвинить".
В этом смысле особенно примечательно заявление помощника президента РФ Сергея Приходько, сделанное 12 сентября. Он сказал буквально следующее: "У России были контакты с "Хезболлах", считаю, что они полезны. Это движение - часть реального политического спектра. Они же не в пещерах сидят - за них голосовали". Он же заявил, что Израиль не может адресовать свои претензии России относительно того, что сторонники "Хезболлах" воевали в Ливане российским оружием: Россия не нарушала никаких международных соглашений и санкций относительно поставок какого-либо оружия.
"Отправкой своего инженерного батальона Россия также сохраняет лицо и перед НАТО, - продолжает руководитель ЦВП Анатолий Цыганок. - Мол, в Ливане мы рядом с вами, в случае чего поможем. И перед европейским сообществом: вы предложили нам поучаствовать в миссии, и вот мы уже, считай, на месте, а что не в "общем миротворческом формате" - извините, таковы обстоятельства. Тем более что, как известно, Россия не одна, кто не участвует в ЮНИФИЛ: например, Великобритания тоже решила послать в Ливан не "голубые каски", а подразделения своих инженерных войск".
Батальону, который направится в зону отгремевшего противостояния, предстоит наводить понтонные мосты и восстанавливать разрушенные бомбежками дороги. Очевидно, что при этом военное руководство в Москве сделает все для того, чтобы российские саперы в Ливане не ударили в грязь лицом. По оценкам экспертов, современный понтонно-мостовой парк (ПМП) отечественных инженерных войск является сегодня одним из самых надежных и мобильных в мире. Такое мнение, в частности, высказал агентству "Интерфакс-АВН" бывший начальник кафедры Военно-инженерной академии Минобороны полковник Геннадий Панюшкин.
Он пояснил, что российские саперы могут наводить "наплавные мосты различной грузоподъемности через водные преграды на расстоянии от 6 до 600 метров". Эти мосты подразделяются на легкие, грузоподъемностью до 25 тонн, и тяжелые - от 40 до 60 тонн. Звенья ПМП базируются на автомобилях марки "КрАЗ" и собираются расчетами за полчаса. "Боевой норматив по сборке звеньев наплавного моста-ленты длиной более 200 метров составляет около 30 минут", - уточнил специалист. В эксплуатации мост также прост: "Одному расчету в составе одного-двух отделений вполне под силу организовать бесперебойную работу переправы автотранспорта и людей на протяжении достаточно длительного времени". Практика наведения подобных переправ у саперов есть. Полковник Панюшкин сообщил, что в настоящее время такие мостовые переправы действуют в ряде регионов России в интересах народного хозяйства, например на Волге и на Оке, а также на некоторых нефтепромыслах.
К недостаткам же понтонно-мостовых переправ военный инженер относит их значительную громоздкость и большой вес. Поэтому доставка ПМП к месту наведения переправы возможна только по железной дороге, морским или речным путем. Российский ИСБ, как уже известно, поедет в Ливан морем. И для инженерных войск - это возможность провести своеобразные внеплановые учения по транспортировке соответствующих средств, которые скорее всего повезут на контейнеровозах гражданского флота. В практической пользе от такой тренировки сомневаться не приходится.
http://nvo.ng.ru/wars/2006-09-15/1_livan.html
Не миротворцы мы!
Это стало просматриваться после 11 сентября, когда на традиционном совещании президента Владимира Путина с членами правительства была затронута тема отправки ИСБ в Ливан. Глава государства поручил руководителю своей администрации Сергею Собянину подготовить соответствующее обращение в Совет Федерации (согласно российскому законодательству, именно с согласия Совфеда командируются за пределы России воинские контингенты). Здесь же вице-премьер - министр обороны Сергей Иванов доложил Верховному главнокомандующему, что батальон будет отправлен в Ливан в конце сентября. Предварительную договоренность об участии российских саперов в послевоенном восстановлении Ливана достиг глава МИДа Сергей Лавров во время своей недавней поездки в Бейрут.
Политические же коллизии "инженерной миссии" в Ливан состоят в следующем. По словам Сергея Иванова, направляемый из России батальон не будет принимать участия в миротворческих операциях, которые под эгидой ООН разворачивают в этой стране другие государства. "Мы будем на двусторонней основе проводить восстановление инфраструктуры в тех районах, которые находятся вне юрисдикции ООН", - подчеркнул вице-премьер и министр обороны.
Известно, что в последние годы Россия, памятуя о десятилетней войне в Афганистане 1979-1989 годов и еще не закончив сопровождающуюся ежемесячными жертвами контртеррористическую операцию в Чечне, последовательно пытается воздерживаться от участия своих воинских контингентов в коллективных миссиях, в том числе и под знаменем ООН. В 2001 году были попытки вовлечь ее в коалиционные группировки в Афганистане, в 2003-м - в Ираке, но эти призывы были проигнорированы. В 1999 году памятный "десантный прыжок" на аэродром под Приштиной Москва также совершила по приказу из своего Генштаба. Так что, казалось бы, ничего особенного в таком решении Кремля по отношению к послевоенному урегулированию в Ливане нет.
И все же это особый случай. Ведь, действуй Москва по мандату ООН, были бы сэкономлены определенные (надо полагать, немалые) бюджетные средства. В Ливан, как уже сообщил Сергей Иванов, отправятся 350-400 человек, все - контрактники. По его же словам, находиться ИСБ в Ливане будет около четырех месяцев. А это уже немаленькие расходы. Кроме того, в горячую точку направляется немалое количество соответствующей спецтехники.
Срок пребывания тоже может оказаться длительным: в Бейруте и окрестностях слишком много разрушений после атак израильской авиации и артобстрелов. В данном же "формате самостоятельного участия" и при непосредственном подчинении штабу Тыла Вооруженных сил РФ все расходы будет нести ведомство Сергея Иванова (Ливан слишком ограничен в средствах, чтобы можно было рассчитывать на какое-то его финансовое участие в данном двустороннем проекте). Но, как считает руководитель независимого Центра военного прогнозирования (ЦВП) Анатолий Цыганок, "Кремль готов платить ради того, чтобы только исключить подчинение французским и итальянским военачальникам, то есть генералам - представителям НАТО, руководящим Международным миротворчески контингентом (UNIFIL/ЮНИФИЛ) на этой территории". Возникает вопрос - почему?
Угодить и "Хезболлах", и Израилю...
Сами российские военные, а вслед за ними и политики (например, руководители комитета Госдумы по международным делам Константин Косачев и комитета Совета Федерации по международным делам Михаил Маргелов) объясняют это стремлением застраховать солдат и офицеров от попадания в какие-либо конфликтные ситуации, которые в Ливане вполне могут произойти, особенно - с применением оружия. Это резонно. Но все же, как полагает военный эксперт Цыганок, "здесь куда больше большой политики, нежели собственно заботы о безопасности граждан, направляемых в эту горячую точку мира: ведь ситуация в Ливане такова, что в конфликт, в том числе и с применением оружия, наши саперы могут попасть точно так же, как и миротворцы других стран".
"Москва хочет, чтобы, как в той пословице, и овцы были целы, и волки сыты, - поясняет полковник Цыганок. - Иными словами, Россия стремится сохранить свое лицо перед всеми. И перед арабскими странами, с которыми она активно сотрудничает, главным образом в военной области. И перед Израилем: дескать, мы помогаем Бейруту только мосты наводить да дороги ремонтировать, а отнюдь не оружием, в поставках которого через третьи страны нас пытаются обвинить".
В этом смысле особенно примечательно заявление помощника президента РФ Сергея Приходько, сделанное 12 сентября. Он сказал буквально следующее: "У России были контакты с "Хезболлах", считаю, что они полезны. Это движение - часть реального политического спектра. Они же не в пещерах сидят - за них голосовали". Он же заявил, что Израиль не может адресовать свои претензии России относительно того, что сторонники "Хезболлах" воевали в Ливане российским оружием: Россия не нарушала никаких международных соглашений и санкций относительно поставок какого-либо оружия.
"Отправкой своего инженерного батальона Россия также сохраняет лицо и перед НАТО, - продолжает руководитель ЦВП Анатолий Цыганок. - Мол, в Ливане мы рядом с вами, в случае чего поможем. И перед европейским сообществом: вы предложили нам поучаствовать в миссии, и вот мы уже, считай, на месте, а что не в "общем миротворческом формате" - извините, таковы обстоятельства. Тем более что, как известно, Россия не одна, кто не участвует в ЮНИФИЛ: например, Великобритания тоже решила послать в Ливан не "голубые каски", а подразделения своих инженерных войск".
В грязь лицом не ударят
Батальону, который направится в зону отгремевшего противостояния, предстоит наводить понтонные мосты и восстанавливать разрушенные бомбежками дороги. Очевидно, что при этом военное руководство в Москве сделает все для того, чтобы российские саперы в Ливане не ударили в грязь лицом. По оценкам экспертов, современный понтонно-мостовой парк (ПМП) отечественных инженерных войск является сегодня одним из самых надежных и мобильных в мире. Такое мнение, в частности, высказал агентству "Интерфакс-АВН" бывший начальник кафедры Военно-инженерной академии Минобороны полковник Геннадий Панюшкин.
Он пояснил, что российские саперы могут наводить "наплавные мосты различной грузоподъемности через водные преграды на расстоянии от 6 до 600 метров". Эти мосты подразделяются на легкие, грузоподъемностью до 25 тонн, и тяжелые - от 40 до 60 тонн. Звенья ПМП базируются на автомобилях марки "КрАЗ" и собираются расчетами за полчаса. "Боевой норматив по сборке звеньев наплавного моста-ленты длиной более 200 метров составляет около 30 минут", - уточнил специалист. В эксплуатации мост также прост: "Одному расчету в составе одного-двух отделений вполне под силу организовать бесперебойную работу переправы автотранспорта и людей на протяжении достаточно длительного времени". Практика наведения подобных переправ у саперов есть. Полковник Панюшкин сообщил, что в настоящее время такие мостовые переправы действуют в ряде регионов России в интересах народного хозяйства, например на Волге и на Оке, а также на некоторых нефтепромыслах.
К недостаткам же понтонно-мостовых переправ военный инженер относит их значительную громоздкость и большой вес. Поэтому доставка ПМП к месту наведения переправы возможна только по железной дороге, морским или речным путем. Российский ИСБ, как уже известно, поедет в Ливан морем. И для инженерных войск - это возможность провести своеобразные внеплановые учения по транспортировке соответствующих средств, которые скорее всего повезут на контейнеровозах гражданского флота. В практической пользе от такой тренировки сомневаться не приходится.
http://nvo.ng.ru/wars/2006-09-15/1_livan.html
.jpeg)
