«Я убедил его отречься от престола»

Николай Владимирович Рузский (1854—1918)

Андрей Иванов 
100-летие революции 1917 года 
0
16.05.2016 1501

Как сообщалось, в рамках рубрики «Исторический календарь», мы начали новый проект, посвященный приближающемуся 100-летию революции 1917 года. Проект, названный нами «Могильщики Русского царства», посвящен виновникам крушения в России самодержавной монархии ‒ профессиональным революционерам, фрондирующим аристократам, либеральным политикам; генералам, офицерам и солдатам, забывшим о своем долге, а также другим активным деятелям т.н. «освободительного движения», вольно или невольно внесшим свою лепту в торжество революции ‒ сначала Февральской, а затем и Октябрьской. Продолжает рубрику очерк, посвященный командующему Северным фронтом генералу Н.В. Рузскому, сыгравшему одну из ключевых ролей в свержении царского самодержавия.

Н.В.Рузский

Николай Владимирович Рузский родился 6 марта 1854 года в дворянской семье, жившей в Калужской губернии. Не совсем обычная фамилия генерала объясняется тем, что по преданию, род Рузских берет свое начало от дворянина А.М. Лермонтова, жившего в XVIII веке в подмосковном городе Руза. Отец будущего генерала ‒ Владимир Виттович Рузский служил чиновником и скончался, когда Николай пребывал еще в детском возрасте, в связи с чем мальчик был взят под покровительство Московского опекунского совета.

В 1865 году Николай поступил в 1-ю петербургскую военную гимназию, которую окончил по первому разряду (1870). Затем последовало обучение в Константиновском военном училище, которое он также закончил по первому разряду (1872). Молодой человек был зачислен в лейб-гвардии Гренадерский полк. Ротным командиром он принял участие в Русско-турецкой войне 1877‒1878 гг., отличился при взятии крепости Горный Дубняк, был ранен в ногу. За отвагу и мужество, проявленные в боях с турками, Н.В. Рузский был награжден орденом Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость».

Н.В.Рузский

Желая продолжить образование, отличившийся молодой офицер в 1878 г. был прикомандирован к запасному батальону для подготовки к поступлению в Николаевскую Академию Генерального Штаба, обучение в которой открывало большие возможности для карьерного роста. Окончив академию по первому разряду (1881), Рузский был назначен помощником старшего адъютанта штаба Казанского военного округа. Карьера талантливого офицера складывалась более чем успешно. В 1882 году он был уже старшим адъютантом штаба Киевского военного округа; с 1887-го служил начальником штаба 11-й кавалерийской дивизии, а с 1891 года был начальником штаба 32-й пехотной дивизии. В 1896 г. Рузский некоторое время командовал 151-м пехотным Пятигорским полком, но в конце того же года получил чин генерал-майора и должность окружного генерал-квартирмейстера штаба Киевского военного округа. А в 1903-м «за отличие» Рузский был досрочно произведен в чин генерал-лейтенанта.

Однако, пользовавшийся расположением командующего войсками округа генерала М.И. Драгомирова, ценившего своего подчиненного за ум и характер, Рузский далеко не у всех вызывал такую же высокую оценку. Генерал Генерального штаба Адариди так отзывался о Рузском: «Трудно понять, как такой знаток людей, каким был Драгомиров, мог его выдвинуть, так как ни особым талантом, ни большими знаниями он не обладал. Сухой, хитрый, себе на уме, мало доброжелательный, с очень большим самомнением, он возражений не терпел, хотя то, что он высказывал, часто никак нельзя было назвать непреложным. К младшим он относился довольно высокомерно и к ним проявлял большую требовательность, сам же уклонялся от исполнения поручений, почему-либо бывших ему не по душе. В этих случаях он всегда ссылался на состояние своего здоровья».

Русско-японская война застала генерала Рузского в должности начальника штаба Виленского военного округа. Имевший хорошую репутацию и авторитет, генерал был направлен на театр военных действий начальником штаба 2-й Маньчжурской армии. Он участвовал в сражениях при Сандепу и Мукдене и, по мнению Генерального штаба, проявил себя как один из лучших генералов и ценных работников. При отступлении Русской армии от Мукдена, находясь в арьергарде армии, Рузский, упав с лошади, получил травму, но, несмотря на увечье, остался в действующей армии.

Генерал Н.В. Рузский

После окончания войны Н.В. Рузский, как ценный штабной работник, был привлечен к разработке «Положения о полевом управлении войсками в военное время». В 1907 г. его ввели в состав Верховного военно-уголовного суда по расследованию дела о сдаче Порт-Артура. А в 1909-м Рузский был назначен командиром 21-го армейского корпуса, но вскоре был отстранен от командования ввиду слабого здоровья. Для генерала снова началась штабная служба: он был членом Военного совета при военном министре, занимался разработкой уставов и наставлений, был одним из авторов Полевого устава 1912 г. В 1909 г. Рузский был уже «полным генералом», получив чин генерала от инфантерии. За два года до начала Первой мировой войны он был назначен на пост помощника командующего войсками Киевского военного округа генерала Н.И. Иванова и должен был, в случае военного конфликта с Германией и Австро-Венгрией сразу же взять на себя командование армией, сформированной на базе округа.

Искры

Когда разразилась Мировая война, Рузский возглавил 3-ю армию. Пользовавшийся личным доверием и расположением Императора, в сентябре 1914 года Рузский был произведен в генерал-адъютанты, а за успешные бои с австрийцами и взятие Львова был награжден сразу двумя степенями высший воинской награды ‒ ордена Святого Георгия (4-й и 3-й). За Галицийскую битву, в ходе которой русские войска заняли почти всю восточную Галицию, Буковину и осадили Перемышль, Рузский был удостоен ордена Святого Георгия 2-й степени, став, таким образом, одним из трех русских военачальников, награжденных тремя степенями военного ордена. (Помимо Рузского три степени ордена Св. Георгия за Первую мировую войну имели лишь Верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич и командующий Юго-Западным фронтом генерал Н.И. Иванов). В это время Рузский обрел всенародную славу как «завоеватель Галиции», его портреты печатались на страницах всероссийской прессы, подвиги генерала изображались на лубках и прославлялись в незатейливых стихах, присылаемых их авторами в газеты.

Находясь на пике славы, в сентябре 1914 г. Рузский вместо Я.Г. Жилинского был назначен Главнокомандующим армиями Северо-Западного фронта. Под его командованием солдаты Русской армии сражались в Варшавско-Ивангородской, Лодзинской и Августовской операциях. Но в ходе них выяснилось, что Рузский допустил целый ряд серьезных ошибок, дорого стоящих нашей армии. Во время Лодзинской операции Рузский, несмотря на достигнутый нашими армиями успех, отдал приказ об отступлении, из-за чего группа германских войск смогла выйти из окружения. А в Августовской операции именно его действия стали причиной катастрофы 10-й армии генерала Ф.В. Сиверса. Кроме того, как отмечали современники, у Рузского была привычка обвинять в своих ошибках и неудачах подчиненных, которые, как правило, и расплачивались за стратегические провалы командующего фронтом. А некоторые успехи Рузского позже были оценены военными историками как желание генерала стяжать себе славу, а не как продуманные действия, направленные к общему успеху.

Генерал Н.В.Рузский

Генерал А.П. Будберг вспоминал: «Генерала Сиверса обвинили и покарали ‒ он командовал 10 армией и ответил полностью за постигшую ее катастрофу. Следователем, судьею и экзекутором явился Главнокомандовавший Севевро-Западным фронтом генерал-адъютант Рузский, фактически несравненно более виновный в разгроме нашей армии (...). Ведь все самые подробные данные о положении наших корпусов и дивизий и об обнаруженных против них неприятельских силах были отлично и своевременно известны оперативному отделу штаба фронта... (...) Эти сведения не могли оставлять сомнений в том, какая опасная для 10 армии операция была начата против нее неприятелем. Затем, штабу фронта было отлично известно, что на всем 170 верстном фронте 10 армии не имелось ни одного батальона в резерве, и что, следовательно, в руках генерала Сиверса не было ни малейшей возможности встретить немецкий обход соответственным контрманевром, т.е. активными действиями своего резерва против обходящего неприятеля. При таких условиях само фронтовое Главнокомандование обязано было трезво оценить всю опасность положения 10 армии, взять на себя руководство и ответственность и само приказать генералу Сиверсу немедленно и со всей поспешностью увести его растянутые и безрезервные корпуса из под уже неотвратимого и неостановимого и в высокой степени опасного флангового удара, и не считаться при этом уже ни с чем другим, кроме избавления целой армии от нависшей над ней и неоспоримой угрозы двойного обхода...» Но наказание понес только генерал Сиверс, отстраненный от командования, Рузский же вышел сухим из воды.

Генералы Н.В.Рузский и М.Д.Бонч-Бруевич

Генерал А.А. Брусилов оставил о Рузском следующий отзыв: «...человек умный, знающий, решительный, очень самолюбивый, ловкий и старавшийся выставлять свои деяния в возможно лучшем свете, иногда в ущерб своим соседям, пользуясь их успехами, которые ему предвзято приписывались». А известный военный историк А.А. Керсновский, анализируя взятие Рузским Львова, писал, что штаб 3-й армии, упорно не желал считаться с создавшейся на театре войны обстановкой: «Генерал Рузский был всецело под влиянием своего начальника штаба генерала В.М. Драгомирова, а этот последний твердо решил искать лавров на штурме "первоклассной крепости" Львова. С 13 по 20 августа расплывчатые директивы штаба фронта (полупросьбы, полуприказания) указывали на всю важность и решительность событий на люблинском и томашовском направлениях и на всю срочность помощи 5-й армии. Рузский и Драгомиров оставались глухими к этим доводам, преследуя лишь свои узкоэгоистические цели. Отписываясь на уговоры фронта двигаться главными силами на север от Львова и направить XXI корпус и конницу в тыл Ауффенбергу, штаб 3-й армии все продолжал ломить фронтально на никому ненужный Львов...»

Подводя итог первого года войны, Керсновский резюмировал: «...Было сорвано наше "наступление в сердце Германии". Генерал Рузский, на немощные плечи которого была возложена эта грандиозная задача, с нею не справился. Не сумев ничего организовать, не желая ничего предвидеть, ни даже видеть совершившееся, он сделал все от него зависевшее для осуществления неслыханной катастрофы. Катастрофы этой не произошло благодаря стойкости войск и энергии штаба 5-й армии, возглавлявшейся мужественным Плеве. Тактический позор Лодзи ‒ позор Брезин ‒ выправлялся крупным стратегическим успехом. Германская армия ретировалась из-под Лодзи растерзанной. (...) Армиям Северо-Западного фронта оставалось преследовать ее и даже просто следовать за ней, дав тем временем возможность Юго-Западному фронту нанести решительный удар австро-венгерским армиям у Кракова. Но генерал Рузский не желал видеть этих выгод. Растерявшийся, деморализованный, он все свои помыслы обратил на отступление ‒ отступление сейчас же и во что бы то ни стало. Рузскому удалось навязать свои взгляды стратегически пустопорожнему месту, именовавшемуся "Ставкой Верховного главнокомандующего", ‒ и Ставка целиком пошла по плачевному камертону штаба Северо-Западного фронта. Всю свою вину генерал Рузский свалил на подчиненных».

Генерал Рузский, лубок времен Первой мировой войны

В марте 1915 года Н.В. Рузский, сославшись на болезнь, покинул фронт, сдав командование генералу М.В. Алексееву. Его ближайший помощник, начальник штаба Северо-Западного фронта генерал М.Д. Бонч-Бруевич, вспоминал: «Весной 1915 года генерал Рузский заболел и уехал лечиться в Кисловодск. Большая часть "болезней" Николая Владимировича носила дипломатический характер, и мне трудно сказать, действительно ли он на этот раз заболел, или налицо была еще одна сложная придворная интрига». Получив назначение членом Государственного и Военного советов, Рузский на некоторое время отошел от непосредственного командования войсками, однако уже в июне 1915-го он, по личному решению Императора Николая II, несмотря на выявленные недостатки и ошибки, вновь получил командование армией, а с августа того же года был поставлен на пост главнокомандующего армиями Северного фронта. Впрочем, с декабря 1915 по август 1916 года Рузский по состоянию здоровья сдавал командование фронта, а вернувшись на этот пост, отличался большой осторожностью и избегал решительных действий.

А.А. Керсновский крайне нелестно отзывается о полководческих талантах Рузского: «Стоит ли упоминать о Польской кампании генерала Рузского в сентябре ‒ ноябре 1914 года? О срыве им Варшавского маневра Ставки и Юго-Западного фронта? О лодзинском позоре? О бессмысленном нагромождении войск где-то в Литве, в 10-й армии, когда судьба кампании решалась на левом берегу Вислы, где на счету был каждый батальон... И, наконец, о непостижимых стратегическому ‒ и просто человеческому ‒ уму бессмысленных зимних бойнях на Бзуре, Равке, у Болимова, Боржимова и Воли Шилдовской? (...) Один лишь Император Николай Александрович всю войну чувствовал стратегию. Он знал, что великодержавные интересы России не удовлетворит ни взятие какого-либо "посада Дрыщува", ни удержание какой-нибудь "высоты 661" (...) но, добровольно уступив свою власть над армией слепорожденным военачальникам, не был ими понят. Все возможности были безвозвратно упущены, все сроки пропущены. И, вынеся свой приговор, история изумится не тому, что Россия не выдержала этой тяжелой войны, а тому, что русская армия могла целых три года воевать при таком руководстве!»

Командование Северного фронта, в центре Н.В. Рузский

Зато в событиях февраля 1917 года генералу Рузскому довелось «отличиться». Поддерживая связи с думской либеральной оппозицией (которая, заметим, всячески его прославляла как выдающегося полководца) и являясь одним из активных участников военного заговора против Государя, Рузский сыграл крайне важную роль в отречении Императора Николая II. «Вожди армии фактически уже решили свергнуть царя, ‒ вспоминал хорошо осведомленный о планах российской оппозиции британский премьер Д. Ллойд-Джордж. ‒ По-видимому, все генералы были участниками заговора. Начальник штаба генерал Алексеев был безусловно одним из заговорщиков. Генералы Рузский, Иванов и Брусилов также симпатизировали заговору». Об этом же писал и генерал Бонч-Бруевич: «Мысль о том, что, пожертвовав царем, можно спасти династию, вызвала к жизни немало заговорщических кружков и групп, помышлявших о дворцовом перевороте. По многим намекам и высказываниям я мог догадываться, что к заговорщикам против последнего царя или по крайней мере к людям, сочувствующим заговору, принадлежат даже такие видные генералы, как Алексеев, Брусилов и Рузский».

В итоге, вместо того, чтобы защитить своего Императора и направить имевшиеся в его распоряжении силы для подавления вспыхнувшей революции, Рузский, забыв о присяге, активно посодействовал ее торжеству. А между тем, если верить генералу А.С. Лукомскому, Николай II, не чувствуя «твердой опоры в своем начальнике штаба генерале Алексееве», «надеялся найти более твердую опору в лице генерала Рузского». От генерала, таким образом, зависело очень многое. Как справедливо отмечает Г.М. Катков, «Государь был вправе ждать, что главнокомандующий Северным фронтом первым делом спросит, какие будут приказания». Но Рузский, по свидетельству дежурного флигель-адъютанта полковника А.А. Мордвинова, вместо того, чтобы поддержать Царя, бывшего к тому же Верховным главнокомандующим, повел себя совсем иначе: «Теперь уже трудно что-нибудь сделать, ‒ с раздраженной досадой говорил Рузский, ‒ давно настаивали на реформах, которые вся страна требовала... не слушались... теперь придется, быть может, сдаваться на милость победителя». Контр-адмирал А.Д. Бубнов писал о Рузском: «Этот болезненный, слабовольный и всегда мрачно настроенный генерал нарисовал Государю самую безотрадную картину положения в столице и выразил опасения за дух войск своего фронта по причине его близости к охваченной революцией столице...».

Н.В.Рузский и Император Николай II

Состоявший при министре Двора барон Р.А. фон Штакельберг, находившийся в эти дни в царском в поезде, отмечал в своих воспоминаниях: «Я твердо убежден, что действия, и поведение Рузского в эти исторические дни имели большие последствия на дальнейшее развитие событий. Чтобы иметь правильное представление о событиях и роли в них Рузского с момента нашего прибытия во Псков надо было точно знать содержание переговоров Рузского в эту ночь с Родзянкой, Алексеевым и другими командующими фронтами. К сожалению, это останется тайной Рузского, тайной, которая ляжет вечным проклятием на его совести. (...) Его поведение внушало нам большое недоверие. Опираясь на Родзянко и прочих своих товарищей единомышленников, он принудил Государя дать согласие на отречение от Престола. Мы не могли отделаться от чувства, что Царь находится в руках предателей».

Н.В.Рузский

В роковой для монархии день, 2 марта 1917 года командующий Северо-Западным фронтом генерал Н.В. Рузский, по словам министра Двора Ф.Б. Фредерикса, оказывал на Царя явное давление: «...Государь колебался и противился, (...) подпись под отречением была у него вырвана насильно грубым обращением с ним генерала Рузского, схватившего его за руку и, держа свою руку на манифесте об отречении, грубо ему повторявшего: "Подпишите, подпишите же. Разве вы не видите, что вам ничего другого не остается делать. Если вы не подпишете, ‒ я не отвечаю за вашу жизнь". ‒ Я попробовал вмешаться, ‒ рассказывал Фредерикс, ‒ но Рузский мне нагло заметил: "Я не с вами разговариваю. Вам больше нет здесь места. Царь должен был бы давно окружить себя русскими людьми, а не остзейскими баронами"». По свидетельству Штакельберга, в тот момент, когда депутат А.И. Гучков, приехавший к Императору, стал настаивать на том, что в сложившихся условиях отречение неизбежно, «Рузский имел бестактность, перед тем как Государь имел возможность высказаться, заявить: "Это уже случилось"». Сам же Рузский так трактовал свою роль в отречении Государя: «Я убедил его отречься от престола в тот момент, когда для него самого ясна стала неисправимость положения».

Отречение Императора Николая II от престола

В этот день Император Николай II записал в своем дневнике следующие строки: «Утром пришел Рузский и прочел свой длиннейший разговор по аппарату с Родзянко. По его словам, положение в Петрограде таково, что теперь министерство из Думы будто бессильно что-либо сделать, так как с ним борется социал-демократическая партия в лице рабочего комитета. Нужно мое отречение. Рузский передал этот разговор в ставку, а Алексеев всем главнокомандующим. К 2 1/2 ч. пришли ответы от всех. Суть та, что во имя спасения России и удержания армии на фронте в спокойствии, нужно решиться на этот шаг. Я согласился. Из ставки прислали проект манифеста. Вечером из Петрограда прибыли Гучков и Шульгин, с которыми я переговорил и передал им подписанный и переделанный манифест. В час ночи уехал из Пскова с тяжелым чувством пережитого. Кругом измена и трусость и обман!»

Н.В.Рузский

«Имя Рузский, ‒ заключал Штакельберг, ‒ будет во всем мире символом измены русских генералов, русских дворян, русских солдат и всех слоев русского народа своему Императору». Позже рассказывали, что Государь, находясь под арестом, так отозвался о Рузском: «Бог не оставляет меня, Он дает мне силы простить всех моих врагов и мучителей, но я не могу победить себя еще в одном: генерал-адъютанта Рузского я простить не могу!»

Изменивший своему Императору генерал Рузский быстро сошел с исторической сцены. Воспользоваться плодами революции и, тем более, стать ее «героем», ему не довелось. Уже 25 апреля 1917 года он потерял пост главнокомандующего фронтом и уехал в Кисловодск. «Даже умный и образованный Рузский наивно полагал, что достаточно Николаю II отречься, и поднятые революцией народные массы сразу же успокоятся, а в армии воцарятся прежние порядки, ‒ вспоминал перешедший на сторону большевиков генерал Бонч-Бруевич. ‒ Поняв, что желаемое "успокоение" не придет, Рузский растерялся. Интерес к военной службе, которой генерал обычно не только дорожил, но и жил, ‒ пропал. Появился несвойственный Николаю Владимировичу пессимизм, постоянное ожидание чего-то худшего, неверие в то, что все "перемелется ‒ и мука будет". ...Рузский, насколько я знаю, не собирался после февральского переворота ловить рыбку в мутной воде и лезть в доморощенные Бонапарты. (...) Рузский не помышлял о контрреволюционном перевороте и не собирался участвовать в заговорах, в которые его охотно бы вовлекли. Однако хотя к царской фамилии он относился в общем отрицательно, ни широты кругозора, ни воли для того, чтобы сломать свою жизнь и пойти честно служить революции, у него не хватило. Он сделал, впрочем, попытку заявить о своей готовности служить новому строю. Почему-то он выбрал для этого такой необычный способ, как телеграмму, адресованную моему брату Владимиру Дмитриевичу (видному большевику. ‒ А.И.), связанному с Центральным Исполнительным Комитетом, но никакого отношения к Временному правительству не имевшему. Возможно, что не раз слыша от меня о моем брате, Рузский и решил обратиться к нему. Являвшегося в это время военным министром московского промышленника и домовладельца Гучкова он не выносил и считал, что тот губит армию. Телеграмма Рузского была напечатана в "Известиях Петербургского Совета рабочих и солдатских депутатов", но на этом и закончилась попытка Николая Владимировича определить свое дальнейшее поведение».

Могила Н.В. Рузского

Буквально сразу же после объявления большевиками красного террора, 11 сентября 1918 года, находившийся на лечении в Ессентуках генерал был арестован. После того, как Рузский отклонил предложение возглавить части Красной армии, 19 октября 1918 года он, в числе прочих заложников, был казнен на Пятигорском кладбище. Как показал белым один из свидетелей казни Рузского, убит он был чекистом Г.А. Атарбековым. «Рузского я зарубил сам, ‒ говорил Атарбеков, ‒ после того, как он на мой вопрос, признает ли он теперь великую российскую революцию, ответил: "Я вижу лишь один великий разбой". "Я ударил, ‒ продолжал Атарбеков, ‒ Рузского вот этим самым кинжалом (при этом Атарбеков показал бывший на нем черкесский кинжал) по руке, а вторым ударом по шее"»...

Таким образом, сыграв одну из ключевых ролей в торжестве революции, генерал Рузский вскоре стал одной из ее многочисленных жертв, успев незадолго до своей трагической смерти воочию увидеть реальные плоды, которые принес стране организованный при его активном участии государственный переворот.

Подготовил Андрей Иванов, доктор исторических наук
Заметили ошибку? Выделите фрагмент и нажмите "Ctrl+Enter".

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит»; M.News World — общественно-политическое медиа;Bellingcat — авторы многих расследований на основе открытых данных, в том числе про участие России в войне на Украине; МЕМО — юридическое лицо главреда издания «Кавказский узел», которое пишет в том числе о Чечне.

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

12. Отречение имеется

Давно была статья на эту тему. 2004г. Выдержки: "...Автор выдвигает следующую версию: «Не исключено, что документ (имеется в виду акт отречения) , который Гучков и Шульгин ( депутаты Государственной Думы, одни из вдохновителей идеи Временного правительства, активно участвовавшие в этом процессе) привезли в Петроград, был изготовлен ими самими. Николай передал им подписанный и переделанный текст. Но в таком виде документ не мог обрести законную силу, поскольку существовала строго регламентируемая процедура публикации закона. Манифест надлежащим образом оформлялся, к нему прикладывал печать министр юстиции, затем документ поступал в Сенат и после опубликования становился законом. Очевидно, Гучков и Шульгин понимали, что подписанный и переделанный даже самим царем текст не годится. Естественно предположить (предположить), что они решили изготовить беловой экземпляр сами. Николай, прежде чем уехать в Могилев, оставил в их распоряжении подписанный черновик с поправками, а также (внимание, братья и сестры, свидетельствование историка) два чистых листа большого формата со своей подписью и скрепой Фредерикса....» «…Телеграмма Гучкова и Шульгина, адресованная председателю Думы Радзянко, гласила: «Государь дал согласие на отречение от престола в пользу великого князя Михаила с обязательством для него принести присягу конституции.»». Впервые появляются некие документальные свидетельствования направленности процесса, в котором, как минимум, участвовали два деятеля буржуазной, как раньше бы сказали, февральской революции 1917 года. Проговариваются. О конституции шла речь тогда. Далее: «Гучкову и Шульгину надо было найти юридическую формулу, которая узаконила бы передачу власти в руки Временного правительства. Но при этом необходимо было учитывать, что, с одной стороны, Временный комитет Государственной думы хотел вписать первый общественный кабинет в рамки конституционной монархии, а с другой – Исполнительный комитет Совета рабочих депутатов добивался, чтобы до созыва Учредительного собрания форма будущего государственного правления не предрешалась.» «Депутаты получили на руки документ, который никоим образом актом отречения не являлся. Они не стали обращать внимание на «мелочи», полагая, что не это сейчас главное. … Как бы то ни было, но акта отречения, который не могли бы впоследствии оспорить юристы (подчеркиваю, юристы) на руках Шульгиа и Гучкова не оказалось. И этот важнейший факт нельзя списать на чрезвычайные обстоятельства. Несомненно, во всем этом был определенный умысел Николая: он составлял такие документы, которые можно было бы объявить недействительными. ». И не случайно, подписав и передав манифест, и тем самым открыв себе путь на Петроград, Николай отправился не в Царское, где томилась жена с больными детьми, а поехал в Могилев в Ставку, даже не дождавшись, пока манифест будет передан по телеграфу. Очевидно царь надеялся, что его отречение вызовет в войсках верноподданническое движение. Вместе с тем, подписывая с точки зрения Основных законов филькину грамоту, Николай рассчитывал, что она может внести некоторое успокоение в столице. По крайней мере (внимание, братья и сестры!) не даст левым элементам одержать верх над умеренными, не позволит им уничтожить монархию.». ...Составленный документ о непринятии Михаилом престола представлял собой шедевр юридической казуистики…. Великий князь не мог отрекаться от того, что не могло быть ему передано. Но главной целью составителей являлось, не прерывая монархической традиции, устами представителя правящей династии передать всю власть первому общественному кабинету, сообщив одновременно о предстоящем созыве Учредительного собрания. Этот документ не предрешал вопроса о будущей форме правления, но допускал возможность, что это будет монархия. Тем самым, благодаря такой юридической неопределенности, можно было рассчитывать на одобрение и монархистов, и республиканцев.». А что же было в том тексте, который можно было признать царским и авторским? Вот что интересно! Автор предлагает читателям вариант текста, который вначале, якобы, был авторским текстом государя-императора. Цитирую: «В соответствии с установленным основными законами порядком, мы передаем наследие наше дорогому сыну нашему Алексею Николаевичу и благословляем его на вступление на престол государства Российского. Возлагаем на брата нашего Великого князя Михаила Александровича обязанности правителя империи на время до совершеннолетия сына нашего . Заповедуем сыну нашему, а равно и на время несовершеннолетия его правителю империи править делами государственными в полном и ненарушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях на тех началах, кои будут установлены.». Вот вариант, который можно считать текстом манифеста. Так явствует из версии автора Михаила Сафонова. Если этот текст считать единственным достойным внимания и неким согласием государя-императора, последнего монарха России с теми общественными силами, которые подтачивали и империю, и монархическую форму правления, то воля государя, а именно она была проявлением источника власти и источника права, была направлена вот так, как было обозначено. Государь передавал власть наследнику Алексею Николаевичу, по существу обязывая брата своего выполнять роль регента при царствующем отроке. Восстановления монархии не требовалось бы, если бы не были совершены действия тогдашними политическими лидерами-демократами всех мастей. Не требовалось бы восстанавливать монархию! Что говорит государь по версии Сафонова? Он говорит о «нерушимом единении в отправлении власти с представителями народа в законодательных учреждениях на тех началах, кои будут установлены». Кем, хочу я спросить. А вот этим единением государя и народа в представительных законодательных учреждениях. Последней волей государя можно считать сегодня по большому счету проект конституционной монархии в России.

11. О законах и не только

Согласно Законам о престолонаследии Российской Империи ( ст. 37-38,) отречение признается невозвратным, если оно было обнародовано и обращено в закон. Отречение за своих детей, имеющих право на престолонаследии законом не предусмотрено. Поэтому этот документ был составлен с нарушением Основных Заеонов и подписан не по форме. Поэтому отречение не могло быть обращено в закон, так как ему противоречило. Отказ от права наследования Престола и отказ от Престола - разные понятия. Что касается передачи Трона Великому Князю Михаилу Романову, который вступил в морганический брак и его потомство утратило право на наследование Престола, а он сам сохранил права личного наследования , то незаконность отречения Императора Николая 2 не дало ему права на вступление на Престол. 3 марта 1917 года Михаил Александрович, как третий в очереди наследования, подписывает отказ от восприятия Верховной Власти до созыва Учредительного собрания. Но, отказа от прав на Престол он не подписывал. Точно такой же отказ 3 марта 1917 года подписал Великий Князь Кирилл Владимирович, который никаких прав на престол не имел, так как был женат на двоюродной сестре и был лишен Императором Николаем 2 прав на Престол. Генерал Рузский был прекрасно осведомлен о тонкостях престолонаследия. Поэтому, теоретически заставить подписать Императора манифест об отречение Престола он мог, но требовать от него отказа от прав за своего сына Цесаревича Алексея он не имел права. Кроме того, требование генералом смены Императора во время войны, клятвенно обещающим служить правящему Императору, вообще согласно Законам Российской Империи было преступлением и изменой. Кроме того, какой смысл был в отречении Императора Николая 2 , не имеющего здорового и несовершеннолетнего наследника, в пользу своего брата Великого Князя Михаила Романова, который хоть и имел право на Престол, но его здоровые дети - не имели? В любом случае, смысла отрекаться от Престола не было, даже если все было сделано законно. Через некоторое время опять бы встал вопрос о наследовании Престола, в случае смерти Михаила Романова. Так что, единственным мотивом выступления против правящего Монарха было не смена мужской династической линии, хотя , как я писала ранее, если бы у Императора Николая 2 было 4 сына и одна дочь, то свержение Монархии могло бы и не быть. Или если бы Законы о престолонаследии были равноправны ко всем детям правящего Императора , как к мальчикам, так и к девочкам. А враги России знали самое слабое место правящего Императора и на этом и успешно провернули свои грязные дела.
Избицкая Е.Н. / 22.05.2016 14:37

10. Re: «Я убедил его отречься от престола»

Так всё-таки генерал Рузский? А как же злой дух с берегов Енисея? Антисоветчики, ау, вы где? Смотрите, что делается- историю переписывают средь бела дня!

9. Ответ на 8., Андрей Иванов:

А если допустить, что Император специально оформил этот акт в нарочито неправильной форме, тем самым как бы давая последний сигнал тем, кто этот документ увидит, что он дан под давлением, а не по доброй воле? Но все жаждали отречения и никого его форма не смутила, даже Сенат.

Сигнал, по сути, для чего - для начала гражданской войны? Ведь практически весь генералитет предал Государя. Все же передача власти Великому Князю Михаилу Александровичу была наиболее разумным шагом в сложившихся обстоятельствах. Поэтому провоцировать кого-либо на вооруженное вмешательство Государь не стал бы.
Андрей Киселев / 21.05.2016 09:52

8. Ответ на 5., Андрей Киселев:

...Для составления никак не отражающего реалии юридически ничтожного, подложного документа Государь им не нужен был вообще, в том числе и как свидетель этого подлога.

А если допустить, что Император специально оформил этот акт в нарочито неправильной форме, тем самым как бы давая последний сигнал тем, кто этот документ увидит, что он дан под давлением, а не по доброй воле? Но все жаждали отречения и никого его форма не смутила, даже Сенат.
Андрей Иванов / 20.05.2016 19:57

7. Ответ на 6., Серафим:

Ваша уверенность не основана на фактах, что император признавал факт отречения.

Из дневника императора, 2 марта 1917 г.: «Утром пришел Рузский и прочёл свой длиннейший разговор по аппарату с Родзянко. По его словам, положение в Петрограде таково, что теперь министерство из Думы будто бессильно что-либо сделать, так как с ним борется соц.-дем. партия в лице рабочего комитета. Нужно мое отречение. Рузский передал этот разговор в ставку, а Алексеев всем главнокомандующим. К 2½ ч. пришли ответы от всех. Суть та, что во имя спасения России и удержания армии на фронте в спокойствии нужно решиться на этот шаг. Я согласился. Из Ставки прислали проект манифеста. Вечером из Петрограда прибыли Гучков и Шульгин, с которыми я поговорил и передал им подписанный и переделанный манифест. В час ночи уехал из Пскова с тяжёлым чувством пережитого. Кругом измена, и трусость, и обман!». Тоже подделка? Тогда следует это доказать, а не просто провозглашать как нечто само собой разумеющееся.
Андрей Иванов / 20.05.2016 19:50

6. Ответ на 3., Андрей Иванов:

... сам Император скрывал это ото всех, хотя имел возможность общаться и переписываться после ареста.

Вы наверное шутите? Не переписка, ни встречи не были бесконтрольны. Ваша уверенность не основана на фактах, что император признавал факт отречения.
Серафим / 20.05.2016 19:36

5. Ответ на 1., monarhist:

Так отрекался Николай 2-й от престола или нет? И где тогда этот манифест,когда все ссылаются на какую-то карандашную подпись?

Тема недавно уже обсуждалась, поэтому продублирую, что уже писал тут ранее по поводу ситуации с отречением: Заговорщики прекрасно знали, в какой юридической правдоподобной форме должно происходить отречение, поэтому при согласии Государя на немедленное отречение, непременно потребовали бы составления манифеста на нужном бланке и в соответствии с правилами оформления такого рода документа. В то же время для составления никак не отражающего реалии юридически ничтожного, подложного документа Государь им не нужен был вообще, в том числе и как свидетель этого подлога. Его могли убить, выдав смерть за несчастный случай или диверсию германцев, например. Скорее всего, был достигнут приемлемый для заговорщиков компромисс, когда Государь, видимо, дал слово не делать попыток возвращения на царский престол, а также согласился в будущем подписать юридически значимое отречение при передаче власти своему брату Михаилу. При этом телеграмма об отречении сама по себе, скорее всего, все-таки подложная, т.е. не подписывалась Государем. Таким образом, со стороны Государя не было отречения, и не было его согласия с упразднением монархии, которое якобы выразилось в последующем отсутствии попыток освобождения путем передачи информации о том, что он не отрекался. Но было: 1) Нежелание давать повод для начала гражданской войны в ходе войны с Германией. 2) Признание того факта, что самодержавная монархия как система взаимоотношений царя и его подданных, в которой царь воплощает нравственный идеал, а народ ему преданно служит, перестала существовать. Но не царь был тому виновником, а «измена, и трусость, и обман» со стороны подданных, в подавляющем большинстве отказавшихся от нравственного идеала.
Андрей Киселев / 20.05.2016 19:17

4. собаке собачья смерть

И так будет с каждым предателем,Господь всегда попустит атарбековых на продажное племя.
боец / 20.05.2016 19:08

3. Ответ на 1., monarhist:

Так отрекался Николай 2-й от престола или нет? И где тогда этот манифест,когда все ссылаются на какую-то карандашную подпись?

Предлагаю для начала "отделить мух от котлет". 1. Был ли манифест об отречении? Не было. Была телеграмма на имя начальника штаба с карандашной подписью. В виде манифеста этот акт был уже представлен газетами, которые дали его со всеми необходимыми атрибутами. А позже - признан таковым Сенатом. Хотя, по сути, юридическая сила этого "акта" более чем сомнительна. 2. Было ли отречение? Некоторые общественные деятели и историки уверенно заявляют, что не было, но внятных доказательств не приводят, огульно называя всех свидетелей лжецами, а сам акт об отречении и запись Николая II в дневнике - подделкой. Доказывать же, что все это не подделка они предлагают тем, кто с ними не согласен, хотя по логике должно быть наоборот. Между тем, крайне сомнительно, чтобы отречения "не было", а никто об этом столько времени ничего не знал, а сам Император скрывал это ото всех, хотя имел возможность общаться и переписываться после ареста.
Андрей Иванов / 20.05.2016 17:33
Сообщение для редакции

Фрагмент статьи, содержащий ошибку:
Андрей Иванов
«Это был очень искренний человек»
Вместе с тем, история В.М.Пуришкевича — назидательный рассказ о том, как незаурядный, одарённый человек в силу личных амбиций невольно стал одним из могильщиков того дела, которому служил
24.01.2020
На поприще исторической науки…
Авторы «Русской народной линии» протодиакон Владимир Василик и Андрей Александрович Иванов избраны профессорами СПбГУ
08.05.2019
«Пьянства и мордобоя не учинять — на то других дней хватает»
О «Старом новом годе» и традициях празднования новолетия на Руси
14.01.2019
Все статьи Андрей Иванов
100-летие революции 1917 года
Николай II: «Кругом измена, и трусость, и
обман». 12-я серия фильма «Гибель империи. Российский урок»
06.11.2021
Газета «Коммерсант» от 7.02.1917: «Мандаринов на
рынке нет. Отсутствуют ананасы». 11-я серия «Гибель империи. Рос. урок»
21.10.2021
В России готовят революцию.
Что её остановит?
20.09.2021
Впереди крутой доворот
К тридцатилетию «августа 1991 года»
17.08.2021
Все статьи темы
Последние комментарии
И всё же QR-коды проталкивают
Новый комментарий от Калужанин
28.11.2021 10:19
Пост телесный для пользы душевной
Новый комментарий от Сант
28.11.2021 08:42
Что такое идеология?
Новый комментарий от Георгий Н.
28.11.2021 08:11
Концепция уранополитизма священника Даниила Сысоева
Новый комментарий от Сергей Швецов
28.11.2021 07:12