Дорога в Адлер
Как бы не давили неотложные дела здесь в Питере, но свершено необходимо ощущалась мысль (ах, да, конечно, всё можно увидеть по ТВ или в инете...), что надо побывать там - на Донбассе и увидеть всё своими глазами... Принять хоть какое-то посильное участие... Не только словом.
- Мы едем завтра двумя машинами.
- Хорошо. Место будет?
- Для вас - будет.
Целый день мы промотались по городу на шикарном кроссовере, собирая гуманитарку и прочее, что пожертвовали добрые люди для людей вежливых. Дело к вечеру - я уже немного забеспокоился - темнеет, на трассах ледок, а впереди две тысячи километров... Наконец, прибыли на последнюю точку, где ожидал нас старый, ржавый эвакуатор...
- Второй машины не будет - сломалась. Грузи всё на эвакуатор.
- А этот... - я наивно полагал, что этот шикарный лимузин и доставит меня в Новороссию.
- Это так... по городу... - оказывается он не едет никуда, а места в кабине эвакуатора, только на двоих, а нас - четверо: я и трое ополченцев... - О, Русь! Не ты ли, как та необгонимая тройка!... - я предполагал, что мы помчимся этак под сто шестьдесят (тут и я сгожусь, как шофер - на пересменок), а, оказывается, поползёт этот громыхающий эва-куатор - пожиратель бензина... и прочие эпитеты.
Увязали всё собранное и закупленное на эту сомнительную платформу, проводили товарищей, на два дня выбравшихся домой в Питер, и отправились на вокзал:
- Два плацкарта до Каменской на адлерский поезд.
Дорога в Адлер - дорога отпускников... И вот: «тук-тук... тук-тук...» едем с отпускниками. Только где они - пол поезда пустует? Да и слава тебе Господи, что в теплом вагоне, а не вместо наших героических товарищей на этом самодвижущемся механизме под названием эва, куатор! Дамы в вагоне, увидев гитару - спойте... насилу отговорился, но на следующий день - деваться некуда, ехать долго - концерт... На энской станции входит масса ребят в форме - вот где они наши отпускники... Едут из учебки в Крым. Глянул на их сухпайки - о, мы такого в наше время и не видывали... этак, воевать можно... Пошли по вагонам весёлые разговоры, смех, кое-где с матерком... На замечание - застеснялись... Хорошие, на самом деле ребята - с такими можно воевать...
Снова ночь, лежу на полке, в голове какие-то бестолковые стихи:
Гоните прочь печаль-тоску,
Коломенскую грусть...
Мы в ночь проехали Москву
И снова - Русь да Русь!
Ведут колёса свой рассказ
Вторые сутки прочь,
Когда вдали всплывёт Кавказ
И снова скроет ночь...
Но это так - для поэзии: мы выходим ещё до Ростова - не нужен нам берег Кавказский и Адлеры нам не нужны.
Ночь на вокзале.
Едва сходим с поезда, как ощущается уже прифронтовая полоса. Уезжают и приезжают люди в камуфляже. И даже если по гражданке кто - сразу узнают - все братья, все друзья... Делятся всем...
- Я у Мозгового.
- Из казаков. У Косицина...
При входе на вокзал меня, - хоть я и в штатском и гитара на плече, - вежливо попросила полиция:
- Пройдёмте, всё из карманов на стол... - Прощупали всё, даже фонариком во внутрь гитары посветили...
- Зачем вам туда? Пули не выбирают...
Придётся ночь пережидать на вокзале - ждать своих. Ни буфета, ни туалета... да ладно... Полиция признаёт иных в лицо - не в первый раз уже едут, но всё равно проверяют: «Оружие, наркотики есть?» В принципе - правильно. Казак из Красноярска - до его поезда ещё сутки... - притомился. Разговариваем:
- Ополченцы валят домой... (Хотя, как выясняется, не меньше и туда - А. Г.) Если команду не дадут наступать - многие уедут...
Другой - местный шахтёр, по совместительству - поэт, позывной «Пегас», - увидал мою гитару - Кто вы, что? Тут же вытащил из сумки свои стихи - Оцените, как? - Стихи душевные, может и безыскусные, но в них правда-матка как раз и есть. Ведёт, оказывается, ЛИТО для детей... В третьем часу ночи читает мне на вокзале стихи двенадцати и четырнадцати летних девочек и мальчиков... Замечательные стихи, такие только во время войны и произрастают. Просит прибыть на Первый фестиваль авторской песни «За Новороссию» в Молодогвардейск (это там, где Молодая гвардия... - и вот она передо мною вновь - уже в стихах!) и в Луганск. Входит компания ребят в камуфляже - уже чуть навеселе, уже начали гулять свой отпуск... Идут к нам как к родным, знакомимся... - нет, уже как бы знакомы век... Им сейчас уезжать... Тоже с матерком... Я и слова не сказал, а то ли возраст мой (им в отцы) то ли борода православная... но засмущались до анекдотичности: узнав, что нам до утра кантоваться: - Давайте на Комсомольскую улицу , дом такой-то. Мы щас оттуда - день перебивались... там девчонки замечательные... - и опять, глянув на меня, застеснялся, как ребёнок, - Нет-нет, не подумайте чего не «ше» какие-нибудь... Это «ше» меня просто умилило... «шлюха» слово в общем-то литературное... Боец просто перестарался... Не буду рассказывать, как мы туда ходили... Но вернулись обратно - все эти доблестные «не ше» уже спят. Снова вокзал, снова разговоры с новыми ребятами - те уехали - новые приехали... Поезда проходят - и на север и на юг...
Наконец, утро - приехали наши герои на своём эва-куаторе... решаем, как быть. В итоге, мы идём через границу «по-белому» - то есть такси до Изварино через Донецк (наш, российский Донецк):
Протопи, ты мне баньку по-белому...
Холодно. «Корчма на литовской границе». Попили чаю и на пункт досмотра... стоим в очереди, пробую украдкой снимать. Тут же подходит сотрудник:
- С какой целью снимаете?
- На память. - не находится с ответом... проверка документов и багажа...
- С какой целью приехали?
- С концертом...
РФ кончилась... Путь в Новороссию, в общем-то прост, - открыт для всех. На пропускном пункте ЛНР замерзшие ополченцы кивнули нам, как друзьям и даже не глянули документы - машут рукой: проходи... Свои. Навстречу очередь машин, большая очередь - уезжающие. Кто от обстрелов, но больше, как выясняем позже, от отсутствия работы: шахты, заводы сто