Вступил в силу закон Украины о государственном языке. Отныне во всех публичных делах - от обращения гражданина к чиновнику до выступления президента - можно пользоваться только поделкой, склёпанной за последние полтора века из южнорусских диалектов, щедро разбавленных прошедшими через польский язык латинскими да немецкими корнями.
Врачей и учителей предупредили печатной памяткой: даже за ответ по
телефону не на "ридной мове" схлопочешь штраф. Интересно, а как на
украинском звучит "алло"?
Закон установил штрафы от пяти до семидесяти необлагаемых налогом
минимумов дохода. Всего за пару недель у частного лица можно изъять
среднеукраинскую месячную зарплату, а у официального лица - годовую.
Открытым текстом напоминаю: ещё в две тысячи восьмом году легендарная
социологическая служба "Гэллап" с удивлением обнаружила, что пять из
шести граждан Украины в повседневной жизни пользуются обычным русским
языком, а не местными вариациями на его тему. То есть по сути - русские.
Эту суть и пытаются уничтожить те, кто хочет отделить Украину от
остальной России. От вожака рок-группы "Океан Эльзы" Святослава
Ивановича Вакарчука, в предвыборном раже предложившего сажать на
пятнадцать лет за переговоры с Российской Федерацией, до наших
хронических геостратегических конкурентов.
По инициативе Российской Федерации Совет безопасности ООН обсудил закон
Украины о государственном языке. Многие выступавшие, включая помощника
генерального секретаря ООН и сотрудника представительства Британии,
признали, что права национальных меньшинств нарушены. Но никакого
решения не принято и даже не поставлено на голосование.
Открытым текстом сообщаю: принудительное уничтожение особенностей народа
- этноцид - карается так же сурово, как истребление самого народа -
геноцид. Но тут этноцид есть, а наказания за него нет.
Не в интересах Британии с Соединёнными Государствами Америки защищать русских. Поэтому, когда Киев сочинит новые дискриминационныы законы, их так же не заметят те, кто называет себя "главными мировыми защитниками прав человека".
Но ведь кто-то должен защитить угнетаемых уже даже не за сами мысли, а за то, на каком языке они рождаются. Кто, если не мы?
