Зависимость Украины от России в энергетической сфере остаётся высокой
Жителей Украины накрывает волной президентской избирательной кампании, которая продлится до 31 марта 2019 года. За ней последует вторая волна - в этом году украинским избирателям предстоит проголосовать и за новый состав законодательного органа. Результатов предстоящих выборов ждут не только в Киеве, но и в Брюсселе, и в Москве. При этом в Европе ждут с особым нетерпением.
Дело в том, что в мае 2019 года состоятся выборы в Европейский парламент, и до того часа, когда обновлённый парламент приступит к своим обязанностям, уходящему хотелось бы иметь гарантии в отношении украинского транзита российского газа в Европу. В Брюсселе рассчитывают, что после вступления в должность нового президента Украины (неважно, кто им станет) трёхсторонние переговоры по газу оживятся, наполнятся смыслом и приведут к результату в виде контракта между «Газпромом» и «Нафтогазом», желательно долгосрочного. Пока же подвижек в договорённостях нет.
Да и откуда им быть: украинская власть остаётся в плену собственной политики под лозунгом «Долой от Москвы!», не имея в то же время никакой возможности разорвать экономические связи с Российской Федерацией, особенно в сфере энергетики.
Чего хотел бы Киев? Чтобы американцы надавили на европейцев, а те в свою очередь заставили бы «Газпром» прокачивать по украинской трубе после 1 января 2020 года прежние объёмы газа, пока международные суды будут принимать решения о миллиардных компенсациях в пользу «Нафтогаза». А украинским деятелям будет достаточно жаловаться США и Евросоюзу на «страну-агрессора» да размахивать исками к «Газпрому».
Второй раунд трёхсторонних консультаций по газу (ЕС, Украина, Россия) в январе 2019 года завершился нулевым результатом из-за украинской несговорчивости: Киев хочет и прежних объёмов транзита, и денег по «Стокгольмскому арбитражу», и ещё дополнительно $2 млрд по новому иску о компенсации грядущих потерь (за то, что Россия рано или поздно перестанет использовать украинскую ГТС).
Десятилетний контракт между российским «Газпромом» и украинским «Нафтогазом», заключённый в 2009 году, закончится утром 1 января 2020 года. А дальше?
Пока что жителей Украины кормят байками о том, что в случае прекращения транзита российского газа через украинскую территорию РФ заплатит миллиарды долларов компенсации. Об этом заявил глава «Нафтогаза» Андрей Коболев в начале января, анонсировав судебный иск в отношении «Газпрома». «Главное основание этого иска - потеря стоимости нашей ГТС из-за того, что «Газпром» построит обходные потоки и не выполнит свои обязательства перед «Нафтогазом» как владельцем контракта», - попытался пояснить чиновник. Аргументация на редкость слабая: требовать денег за контракт, которого не существует в природе. Коболев и сам это понимает. «Фактически мы говорим российским коллегам: если вы строите обходные газопроводы и не хотите транспортировать, то компенсируйте. Если хотите транспортировать и готовы подписать долгосрочный контракт по европейским правилам, с гарантиями, что эти деньги вы нам заплатите, мы готовы от иска отказаться... или изменить его». И глава «Нафтогаза» уже готов снизить сумму исковых требований в шесть раз - с 12,5 до 2 млрд долларов, если россияне примут решение о транзите газа в Европу после 2019 года. Шантаж, причём смешной.
Смешно всё это ещё и потому, что даже при выполнении «Газпромом» условий, которые силится продиктовать «Нафтогаз», последний фантазирует о получении пары миллиардов долларов за... «доли расходов, не покрываемых сейчас по текущему тарифу». «Сам шучу, сам смеюсь», - комментирует эти заявления эксперт по энергетике Валентин Землянский в своём интервью каналу Ukrlife.
«Не совсем понимаю юридические перспективы этого иска, с точки зрения здравого смысла он выглядит весьма абсурдно», - признаётся Землянский.
По его словам, зависимость Украины от России в энергетической сфере остаётся высокой - «и реверсные поставки газа, и обеспечение украинских потребителей завязаны на транзит по украинской газотранспортной системе», но это не укладывается в логику власти, и пока противоречие не будет устранено, трёхсторонние встречи ничего не дадут. «Либо Украина окажется под очень мощным прессингом со стороны Брюсселя, особенно после выборов в Европарламент», - предполагает Землянский.
На Украине есть и другие эксперты - те, которые видят светлое будущее глазами «Нафтогаза». Так, плодовитый аналитик Сергей Фурса (4-е место в общем рейтинге активности украинских экспертов) на днях заявил, что Украине нужно, чтобы «Газпром» обязался прокачивать через Украину «по полной программе». «Ведь сейчас ему нужна наша труба, а через пару лет не будет нужна. И чтобы через вот эти пару лет не потерять всё, что мы получаем от транзита (3 миллиарда долларов - это всегда 3 миллиарда долларов), Украине нужно обязать «Газпром» качать газ», - заявляет Фурса. По его мнению, принудить «Газпром» к новому долгосрочному контракту на украинских условиях должна Европа, которой «важен газ, идущий через нашу трубу». Ключевые слова в этом спиче - «Украине нужно». Эксперт всерьёз полагает, что ради этого «нужно» постараются и Брюссель, и Москва. А договариваться, идти на компромиссы украинской стороне необязательно.
Отвлечься от мысли, что украинская «труба» - великая ценность для Европы и всего человечества, правящему режиму и его обслуге не даёт многолетний самогипноз. Десятилетиями политики убеждали себя и избирателей, что «труба» - национальное достояние Украины наравне с чернозёмами; любое сомнение в этом сродни государственной измене. Осознать, что архитектура европейской ГТС меняется в связи с новыми трубопроводами - «Северный поток», «Северный поток - 2», «Турецкий поток» - украинским политикам невероятно сложно. И все силы брошены не на то, чтобы попытаться встроить свою стремительно теряющую ценность «трубу» в новую реальность, чтобы предложить и Европе, и России пакет выгод от долгосрочной прокачки газа через территорию Украины. Силы брошены на то, чтобы не дать новой реальности воплотиться и заставить «изменчивый мир» прогнуться под украинские интересы. Задача неблагодарная, но в Киеве убеждают себя, что время можно остановить.
По этой причине конкурировать с «Северным потоком - 2» украинская ГТС не готова: «Нафтогазу» вынь да положь 120-140 млрд кубометров транзитного газа, тогда и будем снижать цены на транзит. «Но все прекрасно понимают, что 120 млрд не будет. При текущей логике, которую исповедует руководство «Нафтогаза», невозможно сделать стоимость транзита через Украину в Словакию, Чехию, ФРГ ниже, чем даёт «Северный поток - 1». Технически это возможно, но «Нафтогаз» упорствует и требует 120 млрд транзита», - говорит украинский эксперт по энергетике Дмитрий Марунич.
Он считает пройденной точку невозврата в транзитном вопросе и не верит в изменение ситуации после украинских выборов. По его словам, российская сторона договороспособна, но Киев не считает возможным договариваться на российских условиях. Кроме того, «Нафтогаз» тратит десятки миллионов гривен, чтобы остановить строительство «Северного потока - 2».
Марунич объясняет провал второго раунда консультаций по транзиту газа в Европу ключевым противоречием в позициях Киева и Москвы: украинские власти ни под каким предлогом не хотят идти на мировую с «Газпромом» по решению арбитражного суда в Стокгольме - это решение подаётся населению как «великая перемога» стоимостью в $2,56 млрд, которые должен заплатить «Газпром». Российская компания обжаловала промежуточное и итоговое решения арбитража, судебные слушания по апелляции начнутся в октябре 2019 года, но «Газпром» не против заключения мирового соглашения по спору с «Нафтогазом» по схеме «отказ от претензий в обмен на новый контракт». Однако на Украине жертвовать «великой перемогой» не хотят. Основной смысл победы над «Газпромом» - политический, на фоне отсутствия иных «перемог» Киеву эта особенно дорога. Хотя совершенно не исключено, что осенью она обернётся «зрадой». Или разбирательство затянется на годы. А сейчас, во время избирательной кампании, Порошенко может гордиться «освобождением от российской газовой иглы». «В прошлом, 2018 году нам понадобилось импортировать лишь 10,5 миллиарда кубов, то есть в четыре раза меньше. И это был импорт из Европы, а мы у России газ не покупаем уже четвертый год», - хвалился на днях украинский президент. У здравой части экспертов такие заявления вызывают разве что недоумение. «Это же созвучно тому, что мы обвалили промышленность, ведь большую часть импортного газа потребляла именно промышленность... Это катастрофа», - говорит Валентин Землянский.
Реальность такова, что газовые договорённости между Украиной и Россией полностью зависят от политики. А украинская политика не допускает уступок «стране-агрессору», даже если ценой неуступчивости являются дальнейшее падение секторов экономики, зависящих от импорта российского газа, и страдания населения, вынужденного платить всё больше за «войну с Россией».
_1.jpg)
