Отношения России с Китаем крепнут с каждым часом. Визит министра Лаврова в Пекин приносит оптимистичные вести. Скоро в КНР, по словам главы МИДа, отправится Президент Путин. Усиливается наше содружество. И было бы очень хорошо, если бы оно усиливалось, принося большую пользу двум нашим странам. Говорят, что дружба с Китаем открывает нам сегодня большие возможности. В чем эти возможности? Неужели в продолжающихся поставках российского сырья в КНР?
Нам говорят, что у нас с Китаем близкие духовно-культурные ценности. Но как можно всерьез заявлять об этом, если в Поднебесной по сути запрещена проповедь Православия? Даже приезжающим в Приморье китайцам кем-то мягко не рекомендуется слушать православных миссионеров и вникать в глубину православной веры. Так в чем же наша духовная и культурная близость? На какой основе мы должны укреплять наше стояние плечом к плечу, спиной к спине? Русская культура без Православия – это не русская культура. А без культурной близости на одних лишь экономических и политических выгодах далеко не уедешь. Да ведь и то, что политически или экономически выгодно Китаю – перефразируя поговорку, в некоторых случаях «для русского – смерть».
Опыт показывает, что Китай всегда и везде преследует преимущественно свои интересы. И пытаться здесь обрести что-то «для себя» в справедливой пропорции у России вряд ли удастся.
Надо дружить с Китаем, тем более что история наших отношений очень давняя. Китай – наш близкий сосед. Но дружить надо с достоинством, как равные взаимоуважающие державы. Если Китай уважает нас, то пусть откроет хотя бы широкий простор для православной миссии в своей стране, разрешит постоянные богослужения в православных храмах, превращённых ныне в музеи.
Но пока, улыбаясь друг другу, дружим на довольно простой и примитивной основе – мы им сырье, они нам – слабую информационную поддержку в мировой политике или солидарное молчание в ООН по тем вопросам, по которым США подымают большой агрессивный шум. Мы им – нефть, они нам – право называть их своим «большим китайским братом» перед злобным оскалом Запада. Конечно, и это сегодня немало, но, может быть, не такой ценой?
Вот ныне в Приморском крае рядом с российско-китайской границей собираются строить атомную электростанцию. Для кого? Кому кроме Китая и других азиатских соседей нужна эта АЭС на территории Приморья?
Уже я писал об этой затее на портале «Русская народная линия» в статье «Строительство АЭС на вулкане может угробить Приморье» и в более полном варианте – в газете «Русский Вестник» в статье «Атомная бомба под Приморье».
Рассказывать о больших потребностях в атомной энергетике самого Приморья, пожалуй, не стоит. Неубедительно. В крае в постсоветский период закрыты, разрушены десятки, а то и сотни крупных предприятий. Сейчас АЭС планируют построить в 14 километрах от города Уссурийска. В Уссурийске после развала Союза уничтожены предприятия-гиганты, такие, как знаменитый танкоремонтный завод, сахарный комбинат (единственный такого масштаба завод по производству сахара во всей Сибири и на Дальнем Востоке), кожевенно-обувная фабрика и т.д. Но когда в советское время эти предприятия работали, электроэнергии для них вполне было достаточно. Сейчас нет таких потребителей, а население – чуть ли ни в два раза меньше… Неубедительно звучат рассказы о том, что Приморье нуждается сегодня в АЭС.
Но, может быть, вопрос со строительством станции не вызывал бы такой особой тревоги, если бы его не стали «продавливать» там, где это грозит тяжелыми последствиями. АЭС хотят строить в непосредственной близости с потухшим вулканом. Недалеко от русла реки Раздольной, часто затапливающей огромные пространства. Кроме того, строительство планируют на месте культурно-исторического памятника средневековья – так называемого «Краснояровского городища» – останков поселений Золотой Империи Чжурчженей. Причем в экологически уникальной зоне…
На днях в Уссурийске были организованы «общественные слушания», на которых общественность якобы единодушно поддержала строительство АЭС рядом с городом, в зоне, которая вызывает сомнения с точки зрения сейсмоугроз.
В Приморье проживает около 2-х миллионов человек. На слушаниях присутствовало около 700 представителей общественности. Кто эти люди, по каким критериям их приглашали? Почему их мнение должно отождествляться с мнением всех жителей Приморья? Жители села Красный Яр, где планируется АЭС, тоже единодушно «за»? Есть люди, которые категорически против строительства станции. Теперь они планируют уезжать из Уссурийска или покидать Приморье. Мнение этих людей учитывается?
Секретарь Совбеза России уже заявил, что ни один регион у нас сегодня не защищен. Так, может быть, преждевременно говорить о строительстве АЭС рядом с крупным городом, да еще на границе, в геополитически значимой зоне? Мы видим, под какой угрозой сегодня оказываются АЭС в зоне конфликтов – в Иране, на западной окраине России…
Нам говорят, что строительство АЭС даст новые рабочие места. Но кто будет трудиться на этих новых местах? Когда шли стройки к саммиту АТЭС во Владивостоке в 2012 году, тоже заявляли о новых рабочих местах. И эти места занимали приглашенные турки, узбеки, таджики… Что будет теперь? Опять мигранты? А местное, наше коренное население Приморья будет, по всей видимости, активнее паковать чемоданы и переселяться куда-нибудь подальше от вероятных радиоактивных угроз.
Вообще оправдание каких-либо сомнительных затей появлением новых рабочих мест выглядит как-то очень уж убого. Ведь и казино, и публичные дома – тоже рабочие места дают. И открытие игорных зон в России всерьёз обосновывают «новыми рабочими местами»…
Да дайте хотя бы возможность фермерам из России землю возделывать на тех местах, где АЭС запланировали. Пригласите людей в село Красный Яр, с жильём помогите, с инвентарём. Пусть люди российские здесь скот разводят, сою, а то и виноград выращивают. Кто об этом позаботился? Бессистемная и нецелевая раздача «дальневосточных гектаров» – это, как видим, не решение проблемы укрепления России на дальневосточных рубежах и не совсем та забота о народе, которая требуется сегодня.
Кто торопит реализацию атомного проекта в Приморье? Кто потенциальный потребитель этой энергии, если объективно край обходился без АЭС даже в советское время мощного производственного роста?
Может быть, мы опять кому-то хотим угодить? Может быть, мировому сообществу, соседям?..
Известно и то, что в районе устья реки Туманной, где находятся участки границ России, КНР и КНДР давно реализуется интересный трансграничный проект «Туманган», который сегодня переименован в «Расширенную Туманганскую инициативу». Против этого проекта еще в 1990-е годы выступали представители нашей Пограничной службы. Проект на какое-то время заглох. Но сейчас он уже обретает черты некого трансграничного и транснационального административно-территориального образования со своим правительством. Для России проект не слишком выгоден, скорее наоборот. В нём мы участвуем немалой частью своей территории в Хасанском и Надеждинском районах Приморья. В орбиту этого международного проекта втягивается по планам даже Якутия. Основной двигатель Туманганской инициативы – Китай. Но парадокс в том, что проект разработан американцами. Активное участие в разработке проекта «Туманган», ныне РТИ (Расширенная Туманганская инициатива) еще в начале 1990-х принимал американский Гавайский центр «Восток – Запад». Реализуется проект по сей день при поддержке Программы развития ООН. Так что не всегда китайские интересы противоречат американским. На практике чаще выходит наоборот. А тут взаимные интересы США и Китая касаются территорий российского Дальнего Востока.
Кое-что о проекте «Туманган» написано мною в декабре 2020 года в материале «Туманганская инициатива» оккупации Дальнего Востока».
Под проект «Туманган» давно планируется большое строительство, оно уже идет. Мощные транспортные хабы, портовая инфраструктура, производственные комплексы, зоны развлечений, туризма… Огромные международные инвестиции. К тому же в Приморье уже выстроена отличная транспортная трансграничная инфраструктура, связующая китайские производственные узлы, их населённые пункты с портами Российского Приморья. Конечно, «Туманган» потребует больших объемов электроэнергии. При этом надо понимать, что в рамках проекта уже осуществляется мягкий вывод российских территорий в зону контроля международных структур. Возведение ядерных энергоблоков станции, которое планируется уже в 2027 году, будет осуществляться как раз в направлении туманганской площадки. До границы с КНДР примерно 70 километров, до Китая по прямой – примерно 40 км, до китайской станции Хуньчунь – 230 км.
Но как бы там ни было, а строительство АЭС вблизи вулкана рядом с крупным, по сути, пограничным городом Уссурийском, в долине реки, на которой часто случаются масштабные наводнения, – это довольно сомнительная затея. И явно, что не 700 местных жителей-представителей общественности вместе с представителями Росатома и местной власти должны решать столь важный вопрос, связанный с национальной безопасностью России на ее восточных рубежах. Необходимо более взвешенно и обдуманно подходить к проблеме.
Прошу людей заинтересованных, патриотов и специалистов по данной теме в России и Приморье, высказать своё мнение на портале «Русская народная линия» или на других доступных информационных ресурсах. Решение о строительстве АЭС под Уссурийском близ потухшего вулкана в сорока километрах от границы должно обсуждаться не на полузакрытых слушаниях уссурийской общественности, а более широко. Причём, к обсуждению надо привлекать не абстрактную общественность, а именно экспертов, разбирающихся в проблеме, понимающих возможные экологические и геополитические угрозы, размышляющих с позиций государственных интересов, а не только коммерческой выгоды.
Игорь Анатольевич Романов, директор Центра церковно-государственных отношений «Берег Рус», доктор социологических наук
