Судя по современной военной доктрине НАТО, наряду с пятью известными сферами ведения боевых действий — на земле, в воздухе, на воде, в космосе и в киберпространстве — с 2020 года официально явлена новая область противоборства: шестой домен (сфера человеческого разума и сознания, признанная самостоятельным театром военных действий). Именно в этом пространстве разворачивается когнитивная война против Русского Катехона, где объектом первичного поражения выступает не территория, а нейробиологический субстрат (физическая основа процессов мышления в мозге) и сознание русского народа.
В данной операционной среде противник реализует стратегию деструктивного инжиниринга (целенаправленное разрушение традиционных социальных и ментальных структур), заменяя органическую память народа синтетическим суррогатом (искусственным заменителем подлинных смыслов). Цель агрессора — осуществить принудительную трансформацию когнитивных способностей (самих механизмов обработки информации, памяти и принятия решений), фактически воплощая в жизнь доктринальные установки Аллена Даллеса, возглавлявшего Центральное разведывательное управление (ЦРУ) США в 1953–1961 годах. Методология когнитивного взлома опирается на пакостную онтологию (учение о низменной природе бытия) человеческого подсознания, концептуально восходящую к «Легенде о Великом Инквизиторе» Достоевского, где человеческая природа рассматривается как порочная и готовая променять свободу на «хлебы».
Текстуальным доказательством этой долгосрочной агрессии служат заветы Даллеса, заложившие фундамент современного нейровзлома: «Мы бросим всё, что имеем, — всё золото, всю материальную мощь на оболванивание и одурачивание людей! Человеческий мозг, сознание людей способны к изменению. Посеяв там хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить... Мы будем насаждать пьянство и разврат, насилие и предательство. Честность и порядочность будут осмеиваться и станут никому не нужны, превратятся в пережиток прошлого».
Нынешний этап сей гибридно-ментальной войны подтверждает пророческую констатацию Тютчева: «Не плоть, а дух растлился в наши дни». Подобная духовная деградация ныне технологизирована. Для реализации стратегических директив Даллеса задействуется милитаризация нейронаук (использование достижений биологии мозга в качестве боевого инструмента), направленная на углубление тютчевского синдрома «ночной тени». Под этим термином следует понимать принудительное погружение народа в состояние семантической энтропии — управляемого хаоса, где через отрицание абсолютных истин и насаждение релятивизма (взгляда на мораль как на нечто относительное) планомерно уничтожается сама способность отличать правду от сконструированной лжи.
Такой подход позволяет агрессору проводить скрытое перепрограммирование алгоритмов восприятия реальности в сознании народа. Для окончательного размывания дефиниций (точных определений понятий) «правда» и «ложь» нейроспецами психолингвистики подсунута лукавая «муть» — так называемая постправда. С точки зрения нейролептики (область знаний о воздействии на нервную систему для изменения психического состояния) и когнитивной психологии, постправда работает как когнитивный депрессант (средство, подавляющее активность критического мышления). Она апеллирует не к фактам, а к эмоциям и личным убеждениям, вызывая информационную десенсибилизацию (снижение чувствительности мозга к достоверности данных).
В этом состоянии нейронные связи, отвечающие за верификацию (проверку истинности), атрофируются под лавиной эмоциональных стимулов, превращая сознание в податливый воск. Постправда — это антропологический яд, который парализует лобные доли мозга, ответственные за волевой выбор, заменяя их автоматическими реакциями на навязанные раздражители. Это позволяет превратить Русский Катехон из оплота смыслов в территорию «мерцающих истин», где любая подлость может быть оправдана «целесообразностью момента».
Катехон Русского мира как удерживающая сила атакуется через внедрение семантических вирусов (информационные блоки, намеренно искажающие логику мышления и подменяющие базовые понятия), что призвано парализовать волю к сопротивлению на подсознательном уровне. Этот штурм антропологических рубежей обеспечивается концентрацией глобальными элитами ресурсов обращения денежных активов и инструментарием социального контроля (система методов и стратегий, с помощью которых власть управляет поведением толпы).
Конечным вектором атаки является достижение когнитивного доминирования (состояние превосходства, при котором агрессор полностью контролирует мыслительные процессы и волю противника), лишающее народ внутренней субъектности. Однако практическая реализация этого проекта наталкивается на нарастающую энтропию (мера хаоса и распада системы) внутри самого западного альянса. Этот процесс деградации этического фундамента Запада был жёстко обличен вице-президентом США Джей-Ди Вэнсом, который прямо указал на деструктивный характер современной европейской политики: «Европа под руководством её нынешних элит совершает акт культурного и экономического самоуничтожения... Этот отказ от коренных этических воззрений и христианского наследия превращает некогда великую цивилизацию в пустое пространство».
Немудрено, что «коалиция желающих» продолжать коллективное давление на Россию натыкается на сопротивление со стороны польского истеблишмента: попытка форсированного создания русофобского плацдарма спровоцировала глубокий когнитивный диссонанс (психологический дискомфорт от столкновения противоречивых идей) среди стран-сателлитов (государств, находящихся под полным влиянием гегемона). Это подтверждается явным охлаждением отношений по линии Варшава — Берлин.
Фактическим доказательством раскола служат официальные заявления польской стороны. Председатель правящей партии Польши Ярослав Качиньский прямо обозначил антигерманский вектор: «Германия хочет превратить Европейский союз в четвертый германский рейх. Мы не позволим построить такой рейх на нашей территории». Его поддержал и премьер-министр Матеуш Моравецкий, подчеркнув: «Германия пытается доминировать над Европой, используя институты Брюсселя как ширму для своих имперских амбиций».
Вместо монолитного наступления на Катехон Русского мира, агрессор столкнулся с фрагментацией собственного управления. Скандал внутри НАТО демонстрирует потерю контроля над единым смысловым полем. Этот системный сбой обнажает уязвимость технологий управления сознанием перед лицом жёстких исторических фактов. Наличие внутренних противоречий на Западе создаёт для Катехона зону стратегического маневра. В этих условиях приоритетом становится укрепление когнитивного суверенитета (способности народа самостоятельно определять свои смыслы и защищать сознание от внешнего взлома), чтобы выдержать высокотехнологичное давление антропологической бездны (состояния окончательного распада человеческой личности и моральных основ).
Необходим строгий аудит остаточной базы и указания поимённо виновных за навороченное в стране, чтобы затем очистить её авгиевы конюшни и дезинфицировать русские глубинные смыслы — методом разъяснительно-принудительной дизъюнкции («отделения котлет от мух», по чакровому сознанию Лукашенки), по разделению «чистых» и «нечистых» — высвобождению подлинной национальной самости от навязанного дерьма чужебесия.
Цель одна – вернуть зрение русскому человеку до состояния Ивана, вспомнившего родство. Вернуть народу социально-историческую идентичность, гордое осознание своего рода-племени. Избавить русскую судьбу от доктрин порабощения такими метастазами, как гитлеровская директива плана «Ост» по восточной политике. Перестать быть геноцидной, колонизуемой «той территорией», с искусственно насаждаемым невежеством и примитивизмом «курка, яйко, матка»...
Кстати, предписанное гитлеризмом разрушение системы здравоохранения в оккупированной России было уже в «постсовковые» времена реализовано: сперва «монетизировано» (переведено на рыночные рельсы), а ныне окончательно «оптимизировано» (фактически закрыты медучреждения под предлогом эффективности), в результате чего число больничных организаций в РФ сократилось с 12 762 в 1990 году до ничтожных 5 000 к началу 2026 года... «Денег нет, но вы держитесь!»
В этех документах, таких как «Замечания и предложения по генеральному плану Ост» рейхсминистра Розенберга, прямо указывалось: «Для нас, немцев, важно ослабить русский народ в такой степени, чтобы он не был в состоянии помешать нам установить немецкое господство в Европе». В развитие этой мысли Гитлер в своих «Застольных беседах» настаивал: «Ни в коем случае не следует давать местному населению более высокого образования. Мы должны сделать всё, чтобы люди на Востоке были как можно более необразованными. Достаточно, чтобы они знали знаки дорожного движения, и чтобы их учили понимать немецкие приказы». Более того, в директивах подчеркивалось, что «единственным средством против славянского моря является превращение русского человека в безмозглую рабочую скотину». Наследники Соросо–Болонцев бдят, чтобы русские не были «шибко умными». Но хребет национальной экзистенции зажил и распрямляется для отпора либерал-экстремизму внутреннему и внешней супостатии.
Души и умы россиян очищаются от налипшей гадости идеологического мусора – сквозь тускловатое оконце засветила подлинно народная Правда (пусть пока и с откатом – закрытием единственно народовластной партии – Сергея Бабурина), пробиваясь к чистой доске православного зерцала (неискажённого духовного отражения правды), где словам возвращается их сакральная святая мощь. Для рывка к полному русскому национальному возрождению необходима чистка языка от результатов смыслового выхолащивания (опустошения внутренней сути глубинных цивилизационных смыслов), без чего замурованные живые понятия — лишь пустые скорлупки, не способные отозваться в душе.
Когнитивный суверенитет и гавань Правого Интернационала. Стратегический маневр Русского возрождения обретает плоть в условиях тектонического разлома западной консолидации, оказавшейся мнимой и предводимой оббанкротившейся и коррумпированной номенклатурой Евросоюза. В то время как ЕС тратят на поддержание русофобской истерии остатки ресурсов, силы европейского национального сопротивления — «новые правые» — всё отчетливее осознают в русских «комрадов» по консерватизму устойчивости — единственных хранителей подлинного европейского наследия, который Достоевский называл «священными камнями Европы». Несмотря на яростные попытки правящего истеблишмента удаления этих «маргиналов» от рычагов правления — примером чему служит политическая блокада партии Сары Вагенкнехт в Германии.
Чем интенсивнее идёт переформатирование мировой матрицы — базовой системы ценностей, тем изощрённее и зловещее действуют легионеры антихриста. Это заметно по свежим доктринальным утечкам евроатлантистов. Согласно концепции NATO «Cognitive Warfare Concept Note» (2025), Североатлантический альянс официально провозгласил «операционализацию» — перевод в боевой режим человеческого разума. В этих материалах прямо признается сдвиг по фазе: переход от простого информационного доминирования к целенаправленной «деградации рациональности» (лишению способности здраво мыслить) противника через нейробиологическое воздействие и алгоритмическое управление эмоциями.
И китайская доктрина «Интеллектуализированной войны» (Intelligentized Warfare 2025) внушительна. В ней развиваются идеи теоретика Цзэн Хуафэна о «превосходстве разума» (Mind Superiority): постулируется, что дух — это невидимый фундамент победы, и разрушение волевого центра означает аннигиляцию (полное уничтожение) государства ещё до первого выстрела. В данной операционной среде бессмертный принцип Сунь-цзы «покорить армию противника, не сражаясь» переосмыслен через концепцию управления сознанием, опирающуюся на три ключевых механизма деструкции.
Первый из них, «разрушение замыслов» (Фа Моу), наносит удар по стратегии и духу руководства, что наблюдалось в попытках взращивания «продажных элит» в РФ, использованных Западом для ослепления Катехона и лишения его смысла сопротивления «захвата благородными» (смердяковщина: «скорей бы война – да в плен»). Второй механизм, «разрыв союзов» (Фа Цзяо), направлен на изоляцию противника. Однако сегодня именно Россия реализует эту стратагему против Запада, вскрывая иллюзорность их единства через формирование союза национальных консерваторов. Третий вектор, «психологическое разложение» (Си Нао — буквально «промывка мозгов»), направлен на внушение мысли о неизбежности поражения через смысловое выхолащивание (опустошение сути) таких понятий, как «Отечество» и «Честь».
Китайские стратеги подчеркивают, что Дух (Шэнь) является высшей точкой управления войной, и контроль над когнитивным полем врага заставляет его сдаться, считая это «рациональным выбором». Но там, где бессилен сухой расчет, вступает в силу метафизический императив (безусловное повеление высшего порядка): фактическая победа над нео-Антантой на украинском ТВД доказывает, что русская ментальная броня оказалась крепче западных нейротехнологий, ибо «с нами Бог»: победный дух праведного дела подпитывается сакральной связью с Родом и чистой правдой неискаженной православной истины.
Миссия Катехона именем Господа Бога, в условиях предпорога Последней войны, переходит из стадии изнурительного ожидания в фазу неотвратимого пресечения, когда слова о ментальной гигиене заглушаются грохотом реализации Атомного Православия (сакрального союза высшей веры и сокрушительного ядерного щита). В этот час Ч над миром вновь воцаряется древняя логика «Ultima ratio regum» (последний довод королей) — знаменитое латинское изречение, которое по приказу кардинала Ришелье отливали на французских пушках, тем самым утверждая, что когда исчерпаны все слова и дефиниции (точные определения смыслов), единственным аргументом остается скрежет стали. Это и есть та точка невозврата, когда кончается дипломатия и начинается гром пушек, возвещающий, что Держава более не может позволить себе действовать постфактум, вознося молитвы над руинами ошибок, но обязана проявлять себя как Добро во всеоружии, утверждая право на бытие огнем во истину.
Весь сценарий завершения великого противоборства ныне диктуется суровой логикой геостратегического обнуления (полной ликвидации военного и политического потенциала противника до состояния чистого листа), где удержание киевского плацдарма признано безнадежным в случае падения двух ключевых замковых камней (центральных опорных узлов обороны, удерживающих всю структуру фронта) — Харькова и Одессы. Овладение Одессой в этой парадигме означает окончательную стратегическую ампутацию (принудительное отсечение жизненно важного органа системы) черноморского проекта НАТО, превращая остаточную территорию противника в нерентабельный сухопутный тупик, дальнейшее содержание которого для западных элит становится актом экономического суицида.
Победа в этом экзистенциальном столкновении куётся через стержневой рывок-подвиг принимателей решений, знаменующий переход от позиционной осторожности к пассионарному взламыванию самой ткани реальности, однако любая остановка у порога этих городов несёт в себе угрозу замороженной энтропии (состояния гниения внутри застывших границ). Если Катехон не совершит этот финальный топографический разрез, лимитрофный гнойник (пограничный очаг распада) неизбежно превратится в когнитивную гангрену, что сделает отказ от имперских узлов не компромиссом, а онтологическим отступлением (сдачей позиций на уровне самого бытия).
В ситуации, когда геополитический жест остаётся незавершенным, в действие вступает суровая Контр-доктрина внутренней крепости, ориентированная на закалку национальной идентичности через тотальную семантическую сегрегацию (отделение чистых смыслов от навязанного мусора). Что означает: при отсутствии капитуляционной военной победы Россия неизбежно трансформируется в закрытый военный лагерь. Вместо расширения влияния вовне начнётся жёсткое «закручивание гаек» внутри страны: будет введена бескомпромиссная государственная идеология и цензура, призванная полностью вытравить из сознания граждан западные ценности, моду и образ мыслей. Народ начнут целенаправленно воспитывать в духе жизни в «осаждённой крепости», где всё иностранное объявляется враждебной гнилью, а само выживание нации ставится в прямую зависимость от готовности людей окончательно отказаться от личного комфорта ради абсолютной верности возведённому в абсолют антизападному догмату.
Вплавляя волю в хребет эпохи, мы совершаем тотальную онтологическую реконкисту (возвращение бытийных прав на утраченное) тех духовных твердынь, что были временно отчуждены тленом; мы превращаем их в пульсирующий стигмат (незаживающий знак избранничества), пресекающий попытки социума соскользнуть в анабиоз под аккорды чужеродной ментальной энтропии (меры хаоса и распада смыслов). В затяжном стоянии на рубежах Атомное Православие кристаллизуется в Логос-форт (неприступную крепость воплощённого слова), откуда Россия транслирует яростный импульс сакрального порядка в рыхлую плоть Правого Интернационала. Если молниеносная виктория ускользает, стратегия подменяется метафизической блокадой, при которой супостатия (экзистенциальный противник) приговорена к самопожиранию внутри собственных кавернозных доктрин (пустотелых учений), пока её когнитивная арматура (внутренний каркас мышления) не переломится под гнётом накопленной пустоты. Катехон (держатель мирового равновесия) не ведает регресса, он лишь уплотняет эфир для грядущей тектонической вспышки (мгновенного высвобождения колоссальной энергии недр), что сожжёт пелену с очей русского человека, возвращая ему первородную вертикаль духа и кирасу (защитное облачение) неискаженной истины.
Когда вольтова дуга окончательно испепелит когнитивную завесу, перед взором прозревшего народа предстанет не просто обновлённое государство, но Номократия Духа (власть, основанная на высшем священном законе). Это будет триумф Русского Логоса, где каждое изреченное слово обретает плоть, а ментальная дезинфекция завершается полным восстановлением сакрального суверенитета (независимости духа от любых внешних доктрин). Мы входим в эпоху, где Катехон перестает быть лишь щитом, обороняющим границы, и становится Гравитационным Центром Истины, вокруг которого начнётся сборка новой, очищенной от либеральной коросты цивилизации. Русский Человек — отныне и вовеки станет не объектом манипуляций, а Творцом Истории, чья воля вновь сопряжена с Божественным Промыслом.
Евгений Александрович Вертлиб / Dr.Eugene A. Vertlieb, Член Союза писателей и Союза журналистов России, академик РАЕН, бывший Советник Аналитического центра Экспертного Совета при Комитете Совета Федерации по международным делам (по Европейскому региону) Сената РФ, президент Международного Института стратегических оценок и управления конфликтами (МИСОУК, Франция)
