В Благовещенском алтаре нашего храма с правой его стороны среди настенных росписей главное место занимает изображение святых царственных мучеников, а с левой стороны при входе в алтарь — икона с частицей мощей святителя Макария, митрополита Московского — выдающегося просветителя нашего народа, одного из тех, кто сохранил верность государю Николаю II. Это напоминание всем нам, что и сегодня недостаточно участвовать в прославлении нашего царя торжественным богослужением, надо стараться хранить верность ему, и тому, что для него было дороже жизни.
Предчувствуя грядущие события, митрополит Макарий говорил в своих поучениях: «Мы переживаем смутные времена. Бывали на Руси лихолетия, но тогда было не так худо, как теперь. Тогда были все за Бога, все желали знать, что Ему угодно, а теперь не то. Тогда были за царя. Теперь опять не то. Теперь слышатся голоса хульные на Бога и замыслы против помазанника Его... В подметных письмах и листках их мы читаем, что они, как вестники ада, жаждут разрушения, беспорядков... Их желание — все перевернуть, чтобы голова стала внизу, а ноги наверху, чтобы честный человек ждал милости из рук бунтаря, которого они хотят сделать раздаятелем награбленного ими...» Владыка предрекал, обличая смутьянов: «Не хотите вы своей русской власти, так будет же у вас власть иноплеменная». Вскоре после революции 1917 года митрополиту Макарию, мужу поистине «яко единому от древних», было видение.
«Вижу я, — так рассказывает он, — поле, по тропинке идет Спаситель. Я — за Ним и все твержу: "Господи, иду за Тобой! " — а Он, оборачиваясь ко мне, все отвечает: "Иди за Мной! " Наконец подошли мы к громадной арке, разукрашенной цветами. На пороге арки Спаситель обернулся ко мне и вновь сказал: "Иди за Мной!" — и вошел в чудный сад, а я остался на пороге и проснулся. Заснувши вскоре, я вижу себя стоящим в той же арке, а за нею со Спасителем стоит Государь Николай Александрович. Спаситель говорит Государю: "Видишь, в Моих руках две чаши. Вот эта, горькая, для твоего народа, а другая, сладкая, для тебя". Государь падает на колени и долго молит Господа дать ему выпить горькую чашу вместо его народа. Господь долго не соглашался, а Государь все неотступно молил. Тогда Спаситель вынул из горькой чаши большой раскаленный уголь и положил его Государю на ладонь. Государь начал перекладывать уголь с ладони на ладонь и в то же время телом стал просветляться, пока не стал весь пресветлый, как светлый дух. На этом я опять проснулся. Снова заснув, я вижу громадное поле, покрытое цветами. Стоит среди поля Государь, окруженный множеством народа, и своими руками раздает ему манну».
Образ нашего святого царя — сильная проповедь христианства, ибо его жизнь, прожитая как самоотдача в служении ближним, является именно тем, что святые отцы называют решающим доказательством истинной веры. Это означает готовность умереть за Христа и правду Его. Ибо предмет нашей веры есть явление на Кресте самой великой любви Божией ко всем людям. Царь исполнил заповедь Христа, данную Его ученикам все оставить, чтобы стать рабом Божиим. Что означает это «царства земнаго лишение», о котором торжественно поет Церковь за богослужением? Ничего, кроме того, что жизнь и смерть государя стали сильным свидетельством ценности Креста. Он мог произнести, как свои, слова апостола Павла: «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня» (Гал. 2, 19—20).
Вера в силу любви и самоупразднение, чтобы дать действовать Христу, остается путем, которым мы должны следовать. Это не путь слабых, как полагают враги христианства, но путь мужества любви. Единственно убедительный! Потому что верят только любви. Быть мучеником любви Христовой — вот чему учит нас благочестивый царь Николай Александрович. Это значит в час смерти упасть в землю подобно пшеничному зерну, чтобы дать жизнь всем, кто ищет истину. Но также и тем, кто гонит христиан, будь это большевистский террор или нынешние устроители вакханалии греха как нормы, принуждающие христиан молчать, как если бы им нечего было сказать на новом повороте истории. Церковь всеми способами должна противостоять новому небывалому распаду, напоминать о бесценном вкладе великих христианских деятелей в нашу государственность и культуру. Но главное в христианском сражении со злом и просвещении мира — свет Христов. Потому что очень часто нам ничего не остается, кроме силы смиренной любви, чтобы пробудить вопрошание о сути жизни в сердцах, еще не ставших равнодушными ко всему на свете людей.
Да, мы знаем, что христианству есть еще что сказать миру — не только в его благовестии любви к ближнему, но также, и прежде всего, укорененностью этой любви в любви Божией. Исполненное небесной красоты свидетельство святого царя (как свидетельство всех новых мучеников и всех святых) причастно свидетельству его Учителя и Господа Иисуса Христа. Это свидетельство истины, веры, основанной на глубочайшем убеждении, что Бог есть любовь. Наш святой царь — это слово живое, которое продолжает говорить и привлекать ко Христу всех жаждущих истины, добра, красоты, любви в этом мире, умирающем из-за отсутствия любви, поклоняющемся идолам блуда, смерти и маммоны. Слова царя, столь часто цитируемые нами, которые он передал через великую княжну Ольгу, говорят сами за себя: «Отец просит передать всем тем, кто ему остался предан, и тем, на кого они могут иметь влияние, чтобы они не мстили за него, так как он всех простил и за всех молится, и чтобы не мстили за себя, и чтобы помнили, что то зло, которое сейчас в мире (то есть в революцию 1917 года), будет ещё сильнее (пророчество о сегодняшнем торжестве зла), но что не зло победит зло, а только любовь». Царь как бы просит нас: «Молитесь за меня и мне, и всем новым мученикам Российским, и всем нашим святым. Но без уныния и скорби. Расширьте сердца ваши в еще большей любви. Нет большего блаженства, чем любить всех людей, всех без исключения, даже тех, кто не заслуживает никакой любви. Они — самые несчастные. Умоляю вас, чтобы в ваши сердца не вошли никакая злоба, никакой яд горечи. Если мы примем что-либо подобное, мы уже не будем христианами». Только даром Духа Святого мы можем узнать, что эти слова не могут противоречить беспощадному обличению воинствующего зла святителем Макарием и известному нам завету святителя Филарета Московского «гнушаться врагов Божиих» и «поражать врагов Отечества». Это письмо показывает нам, что наш святой царь глубоко понимал, где находится сердце христианства, в чем заключается правда любви, закон Христовой любви. Он знал, в чем самая великая воля Божия — она в том, чтобы мы хранили верность благодати Божией, и чтобы наши дела были в согласии с Богом, Который есть любовь.
Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России
/Митрополит Тихон 15 марта_1.jpg)
