В Песнопениях Великой субботы говорится о «всесмехливом аде». Причём же здесь смех, смех в самом жутком и грустном месте земли?
Смех ведь бывает разный. Радостный и беззаботный смех ребёнка, вступающего в жизнь. Всегда волнующий девичий смех, когда в сердцах властвует весна. Смех над поверженным врагом, когда на развалинах Берлина пела звонкие частушки Клавдия Шульженко. Весь спектр смеха в русской классике от осторожного юмора до пламенной сатиры.
Но бывает и так, что смех становится глумлением на всем самым святым, что есть у человека. Над ближним, над родителями. Над собственной историей, подвигом предков и их верой. Над родным языком и культурой.
Не будем скрывать, что такого «добра» еще совсем недавно было невпроворот на нашем телевидении. Псевдоюмористические программы с убогими кривляниями, одесско-блатным жаргоном, матом и шуточками ниже пояса и плинтуса. Сейчас вроде их стало поменьше. Часть заядлых юмористов свалила в дальние города и веси. Другие сочли за благо замолчать (как они все ещё думают, временно).
Совсем недавно наша элита совместно с украинскими коллегами по цеху активно набивала карманы на этом поле баснословных финансовых чудес. На хлебах этой тусовки на «украине» выросли и современные «звёзды мирового масштаба», как то Зеленский, Шефир, Корявченков, незабываемый в роли Люси Зайцевой Арестович.
Если российская смехотусовка заметно поблёкла, то её украинская сестра стала дамой в полном расцвете сил. Нет ни одной стороны адского смеха – глумления, измывания, кощунства, посмеяния – которую не взяли бы на вооружение укросмехачи. Здесь нет рамок, пределов, красных линий и запретов. Смеются над кровью и страданиями, над предсмертными стонами умирающих, над плачем детей и женщин, над стариками и инвалидами.
К укронацистам примкнули и отечественные предатели, свалившие за бугор и изливающие на свою бывшую родину словесный понос. Имя им легион, они пришли к нам из ада, живут в аду сейчас и вскоре туда вернутся.
Укронацисты своим гнусным смехачеством пытаются заговорить самих себя, хоть на день оттолкнуть от себя липкий страх в преддверии своего неминуемого краха. И крах их не будет величественной трагедией, а лишь жалким посмешищем в наших глазах.
Константин Борисович Ерофеев, правовед, публицист
