Головная беда постсоветской России

«Вся русская история обнаруживает слабость самостоятельных умозрительных интересов» (Николай Бердяев)

Современный этап развития человечества утверждается в действительности как «глобальный социум», функционирующий на основе реализации универсальных, всеобщих закономерностей «мира» и «войны», дружественных или же конфронтационных действий держав, исповедующих приоритеты созидания или разрушения бытия. Большая часть 1000-летней истории досоветской России прошла под знаком определяющего влияния установок мировоззрения православного традиционализма, нацеленного на воспроизведение изначального сословно-церковного опыта общественной жизни. Однако нарастающий вал глобальных изменений социальной реальности ХХ столетия заставил российские народы отказаться от привычного «круга жизни» людей с жёстко регламентированными границами социально должного поведения и коренным образом поменять свой идеологический настрой с православно-монархического традиционализма на научно-исторический коммунитаризм, обеспечивший построение советского государства как политического ядра стран социалистического содружества.

Однако динамический импульс научного мировоззрения в детерминации жизни советского общества оказался кратковременным, не был подкреплён соответствующими преобразованиями социальных институтов, способными преодолеть психологическую склонность людских масс к привычному, традиционалистскому образу жизни, что и привело в итоге к гибели Страны Советов с геополитическим распадом пространства большой России.

Первые годы существования постсоветской РФ обнажили существенные противоречия в приоритете властных полномочий между наследниками советской политической системы в лице коллективного разума парламентариев и индивидуальной волей новоявленного носителя президентских полномочий, «разрешённые» на практике расстрелом из танковых орудий Белого Дома сторонников парламентаризма. Танковая стратегия президентской команды была юридически закреплена принятием в декабре 1993 года новой Конституции РФ, существенно понизившей роль идеологического фактора в общении правящих кругов страны с народными массами.

В этом основополагающем документе новой, вполне капитализированной России юридически закреплялось идеологическое разоружение России. Так статья №13 запрещает своим 2-м пунктом россиянам иметь государственную идеологию, а статья № 14 отделяет во 2-м пункте церковные сообщества от государственных полномочий, утверждая статьей №15 в 4-м пункте приоритет международного права (договора) над национально-российским. Практическим результатом стало идеологическое безволие российского государства, оказавшегося неспособным предложить братскому народу Украины разумный проект достойного совместного будущего, показавшего свою неготовность к эффективному противодействию идеологической агрессии Запада, приведшей к разрастанию фашистских настроений в постсоветском украинском социуме, к истреблению русских корней украинской культуры. Пиком этого роста стал киевский майдан и последовавший за ним государственный переворот, почти полностью подчинивший Украину власти сатанинских сил Запада.

Общая беда постсоветского Русского мира как в украинском, так и великороссийском своих сегментах заключается ныне в их отказе от своей соборной, коллективистской природы и следовании по пути западной демократии с наделением верховной социальной властью индивидуального лица. В этом плане русская народная мудрость гласит: один ум – хорошо, а два – лучше. Нынешняя форма самодержавного правления была насильственно привита современной России в результате вооруженного свержения коллегиальной «власти советов» народных представителей.

Главная социо-культурная особенность российской цивилизации заключается в ее северной природной подоснове, отвергающей подобно традициям восточного мира логику западного индивидуализма в освоении действительности. Но если Восточный мир может успешно существовать и за счет изобилия даров природной среды, особо не утруждая себя познанием ее тайных возможностей, то поступательное развитие Северной цивилизации российских народов требует от ее граждан не только солидарных действий, но также значительных познавательных усилий. Если в историческом прошлом благополучие Русского мира определялось в основном сплоченностью его гражданских масс, то в условиях глобализации мирового сообщества определяющим фактором утверждения будущего России становится познавательный потенциал общественного сознания.

В настоящее время российское государство фактически лишено идеологически последовательной программы конструктивных действий, способных вывести страну, а с нею и все человечество, из исторического тупика глобального социума. По Конституции 93-года, оно не имеет права разрабатывать и предлагать своим гражданам общезначимую для них идеологию будущего; а с другой стороны, оно и не стремится найти и выделить среди интеллектуальных наработок свободной общественной мысли современной России наиболее оптимальную модель исторического роста, способную объединить и повести за собой россиян к светлому будущему. По моему мнению, наиболее весомый вклад в разработку полноценной современной общероссийской идеологии были внесены трудами Субетто А.И. по формированию научно-философской системы ноосферизма как стратегии созидания будущего и творческими усилиями Дугина А.Г. по освобождению российского философского самосознания от власти концептуальных стереотипов прошлого.

Лев Александрович Гореликов, д.ф.н., профессор, академик Ноосферной общественной академии наук