Чтобы Бог даровал победу, солдаты должны сражаться. Жанна д'Арк
В своей статье «Непонятая Отечественная или спецоперация – до победного конца!» я выразил свою убеждённость, что сейчас на наших глазах идет не всеми понятая война с коллективным Западом за само существование исторической России, как субъекта мировой истории.
Война по значению равная Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. Освободительный поход нашей армии, протекающая военная спецоперация, есть просто один из моментов этой войны, начатой давно и не нами.
Отрадно, что большинство мне известных читателей этой статьи оказалось солидарно с автором в этом убеждении. Однако до сих пор и в моём виртуальном и даже личном – в широком смысле ‒ окружении, остались те, кто не понимает истинного значение происходящего. Считают, что автор в своём «православном видении истории» и «православном патриотизме» преувеличивает значение происходящего и сгущает краски в оценке коллективного Запада и его отношения к нам. Что-де веди мы «политкорректно и толерантно», и не трогай мы нашу самостийную соседку, то и было бы все в ажуре. Тишь да гладь.
Поэтому приведу в этой работе слова ‒ очень сходные по своим выводам с моими ‒ военного эксперта, разведчика, в недавнем прошлом руководившего израильской спецслужбой «Натив», хорошо известного нам Якова Кедми. Слова, высказанные им 03 марта 2022 года в эфире вечернего политического ток-шоу Владимира Соловьева на телеканале «Россия-1». В квадратных скобках небольшие комментарии по ходу. Рассказ Кедми для легкости восприятия разбит подзаголовками:
ВЫ – ВНЕ ЗАКОНА В ИХ ОБЩЕСТВЕ. ИХ ЗАКОНЫ НА ВАС НЕ РАСПРОСТРАНЯЮТСЯ. «Соловьев. Расскажите о военно-политической обстановке.
‒ Кедми. Об обстановке чуть позже… Лавров сказал, что он надеется, что всё-таки на Западе одумаются и начнут серьезные переговоры. Он выразил надежду. Но я еще с детства знаю – надежды юношей питают, а Лавров давно уже не юноша.
Вот сколько раз ваш президент разговаривал с этим петушком Макроном? Сколько раз объяснял он этому петушку подробно, что происходит.
И что? Что он повторяет, что он кукарекает этот петушок сегодня, после всех этих объяснений? Столько раз повторять – тупой бы уже понял. Он не тупой, он не хочет понимать. И объясните ему еще сто раз, двести раз, ‒ он не поймёт.
Сколько раз разговаривали со всеми руководителями западных стран, и сколько раз им терпеливо и вежливо объясняли. И что? Как об стенку горох. Они на это не реагируют. Не потому, что они не понимают – они не хотят понимать.
Это не значит, что с ними не надо говорить, вежливо – не надо опускаться до их уровня – надо разговаривать, если они попросят. И объяснить им в сто пятый раз.
Надеяться на это – нет, потому, что против вас ведется война на уничтожение. На уничтожение вашей цивилизации, на уничтожение вашей культуры.
Запрет Достоевского в Италии – это не ошибка. Вы мешаете вашим существованием везде. В спорте, в культуре, в науке, в жизни. И поэтому на вас ополчились.
И война с Россией, последняя ее стадия, началась не 1990 году, она началась в 1941-м, и она продолжается. Был технический перерыв, по техническим, не зависимым от них причинам. Пережили они его скрипя зубами.
[Прошу обратить внимание, что с 1941 года, ‒ по мнению Кедми, ‒ началась не сама война на уничтожение России, на уничтожение русской цивилизации и культуры, а последняя стадия этой войны! Начало же войны теряется в веках. Собственно сам Кедми в одном из предыдущих выступлений, не помню по какой программе, отметил, в частности, что «нас евреев гонят 2,5 тысячи лет, а вас русских – тысячу, как слово русский или рос услыхали»].
А теперь перерыв кончился. Они уже вам ничего не должны. И война перешла в новую стадию. В какую стадию? Вы – вне закона. Вы – вне закона!!!
Ваша страна, ваша культура, ваши спортсмены, ваша история. Вы – вне закона в их обществе. Их законы на вас не распространяются. Вы продолжаете на это смотреть и думать, а как мы будем соблюдать те законы, которые на нас не распространяются? И как же вы будете жить в этом беззаконии? По законам, которые нарушаются, чтобы вас удушить? Какой ваш ответ?
[Кедми предлагает нам очень разумный и логичный вариант ответа]:
Если законы на вас – русских – не распространяются, так они и не законы для вас. Вы их не обязаны соблюдать. Никакие их законы вы не обязаны соблюдать!
Соединенные Штаты не соблюдают никаких законов, кроме американских. Правильно? Только американские. А вы что? Для вас должны существовать только ваши законы. Законы ваших врагов, которые хотят вас уничтожить, для вас не должны существовать!
[И ведь действительно – просто и очевидно!]
Так делайте то, что вы считаете необходимым и нужным для вашего выживания, самосохранения в этом мире беззакония.
А не пытаться выжить по их законам. Они направлены на то, чтобы вас изжить.
Такова ситуация сегодня. Она была и вчера, ее затушевывали. Она была и позавчера, ‒ вы не хотели ее увидеть. И теперь вам показали.
Когда русского ребенка избивают или унижают в школе во Франции, это потому, что пришло время относиться к этому русскому ребенку вопреки всем понятиям цивилизованного, ‒ по их мнению, ‒ мира. Цивилизация для них, а не для русских. Для ваших детей нет закона. Нету… Для ваших больных – нет закона, для ваших инвалидов – нет закона. Вы – изгои.
Так вы и должны смотреть на это ‒ реально».
ВРЕМЯ ДИАЛОГА С ЗАПАДОМ НАСТУПИТ ТОЛЬКО ПОСЛЕ НАШЕЙ ПОБЕДЫ.
«Одно хорошо в том, что происходит – это вам показали, кто вы в этом жестоком мире. Потому что иначе вы не хотели понимать, а теперь вы это понимаете. Теперь тем представителям России, которые думали, что они могут стать «белыми», если они будут говорить хорошо по-французски, и разбираться во французских винах и ходить в парижскую оперу, им сказали – нет! Вы презренные русские, мы вас больше терпеть не хотим. С вашим французским, который лучше французского, и всем прочим-остальным.
Ну, так пора это усвоить и пора перестраивать свою жизнь в этом сволочном мире так, чтобы вы выжили, если вы хотите выжить. Если вы хотите. У вас другого выхода нет.
И Лавров прав в том, что да, наступит время диалога. Когда вы победите. Если вас победят ‒ никакого диалога не будет! Если вы уступите хотя бы миллиметр, ‒ с вами никто говорить не будет. Любая уступка сегодня политическая – это только подогреет их, и даст им надежду: вас можно сломать. Вы ломаетесь, вы гнетесь, потому что, иначе – как уступать?
Они-то уступают когда? Только когда у них сил нет, когда их заставляют. Когда было в истории, чтобы кто-то пошел навстречу России? Когда?
‒ В 1945-м, когда советские войска взяли Берлин.
‒ В 1814-м, когда русская армия вошла в Париж.
‒ Когда Суворов проходил через Швейцарию. Тогда – да! А так – нет.
Тогда Запад слушал Россию и говорил с ней, но во всех остальных случаях, когда Россия хотела диалога, ее не слышали.
Россия может победить Запад только тогда, когда вы лишите их надежды, что когда-нибудь они смогут вас победить. Только это залог того, что вы останетесь. Пока у них есть надежда или вера, что вас можно победить, безполезно пытаться убедить их, что они несправедливы, что это безнравственно, что это нехорошо».
О НАШИХ ЗАПАДНЫХ ПАРТНЕРАХ И СОБЕСЕДНИКАХ. «С кем вы говорите? С кем вы говорите? ‒ продолжает Кедми. – С бандитами с большой дороги, которые грабили весь мир всегда. Которые совершили зверства чудовищные за всю свою историю, и продолжают их совершать сейчас, в XXI веке.
Вы взываете к их совести? Они даже не смеются, когда вы говорите.
Вы говорите с пиратами, с бандитами с большой дороги, с насильниками, с ворами, с жуликами. Со спекулянтами, у которых нет ничего святого, никаких законов.
[А мы-то их, ‒ по извечной русской наивности, ‒ продолжаем считать президентами, премьерами, парламентариями, деятелями культуры и так далее. Спасибо объяснили, раскрыли глаза!]
А вы им объясняете – это неэтично, это некультурно, это как-то не вяжется с тем, что мы считаем вашей европейской культурой. Они на вас смотрят, как на идиотов. Полезных идиотов, которых можно использовать.
То есть у вас выхода – нет. Сейчас…».
ЭТО ЕСТЬ НАШ ПОСЛЕДНИЙ И РЕШИТЕЛЬНЫЙ БОЙ! «Кто-нибудь из вас помнит слова “Интернационала”?
‒ Соловьев. «Весь мир насилья мы разрушим…»?
‒ Кедми. Нет! “Это есть наш последний и решительный бой!”... Выхода у вас нет.
Перестаньте относиться к этим зверским, жутким дикарям, как будто вы имеете дело с культурными людьми, у которых есть какие-то законы, какие-то нравственные принципы.
Они с 1941 года ведут против вас войну, а вы удивляетесь, почему они сейчас поддерживают [нацистов на Украине].
А кого они должны поддерживать?
Фашизм в какой стране зародился как идеология? Во Франции… Родина фашизма – это Франция! Какие там он формы где принял – это другое. Но родина-то его – Франция. Это – французская культура. Так чего же вы удивляетесь, что этот петушок Макрон не понимает, что ему говорят, и продолжает кукарекать.
И последнее, что я хочу сказать. О пропаганде.
За пять лет нацистская пропаганда убедила всю Германию, что Германия находится под страшной угрозой уничтожения. И самый страшный враг немцев, который хочет их уничтожить, и если не уничтожить его, то Германия погибнет, – это евреи.
И все немцы в это верили... и это говорит о том какова сила промывания мозгов, пропаганды. А немцы – не самый тупой и безкультурный народ в мире и в Европе. Это был самый образованный, самый культурный народ в Европе. И ему за несколько лет так промыли мозги.
Так что, если кто-нибудь из нас, и я в том числе, думали, что 35 лет промывания мозгов на Украине не дадут того результата, который есть, ‒ это ошибка. То, что можно было промыть немцам, украинцам можно было также, тем более тут времени было много больше…
Так что вы боретесь за ваше выживание, вы продолжаете ту же самую Отечественную войну. Ваши солдаты продолжают ту же самую войну, которую вели их прадеды. Это ваш последний и решительный бой. Если вы его проиграете – больше у вас возможности не будет».
РУСОФОБИЯ КАК ПРИБЕЖИЩЕ ОПАСНЫХ НИЧТОЖЕСТВ. Отчетливо сказано! Единственно хотелось бы дополнить, что отнюдь не только Франция претендует на честь быть родиной фашизма – Англия вполне эту честь может оспорить. Любой может в этом легко убедиться, просто щёлкнув клавишей компьютера.
А уж родиной концлагерей точно были англосаксонские державы – США, во время Гражданской войны, загонявшие в таковые пленных южан, и, конечно, Англия.
В англо-бурскую войну будущий лорд Мильнер – английский куратор нашей Февральской революции, которая началась на этой неделе 105 лет назад – заморил в созданных им лагерях несколько десятков тысяч женщин и детей буров.
И ничего, никто в просвещенной Европе не вякал. Да и сейчас не вякает.
И еще. В качестве примера действенной русофобии Кедми избрал Францию, – видимо о ней шла до этого речь в ток-шоу. Но за лидера русофобии могут побороться и другие европейские страны. Так, в таком же ток-шоу, но уже от 7 марта, доктор Сосновский из Берлина свидетельствует: «Русофобия в Германии зашкаливает.
Вытесняется русский язык. В 30-е годы вешали желтые звезды на грудь, сегодня желтая звезда – это русский язык».
Насчёт Германии могу подтвердить примером из первых рук. Одна русская семья уже несколько лет живёт в Германии – не в эмиграции, а по работе. Дети соответственно учатся в немецких школах. До недавнего времени всё было «политкорректно». Но на днях восьмилетняя девочка пришла из школы в слезах. Девочка, надо сказать, очаровательная и больше похожая на арийку по самым строгим критериям, чем весь остальной класс, разбавленный вдобавок разномастными мигрантами, и говорящая по-немецки едва ли не лучше урожденных.
‒ Что с тобой? Что случилось? Кто обидел?
‒ На уроке нам сказали, что мы должны поддержать Украину и нарисовать в тетрадке украинский флаг. Я отказалась. А учительница говорит: «Почему ты не хочешь нарисовать? Ведь мы хотим поддержать Украину. И вообще мы за мир между Украиной и Россией».
‒ Если вы за мир, ‒ так рисуйте и русский флаг тоже.
И тут класс, как с цепи сорвался, стал кричать против России, оскорблять президента.
‒ А я им говорю: «Наш президент молодец, и все делает верно!» И нарисовала в тетради Российский флаг.
Вот так маленькая русская героиня пришла домой заплаканной, но непобежденной.
Делом подтвердив максиму Жанны д'Арк: «Чтобы Бог даровал победу, воины должны сражаться». Сейчас воинами становятся и дети. Право, стоит на высшем уровне учредить для таких детей почетный знак: «Юный герой России».
Описанный случай произвёл на меня тяжёлое впечатление и потому, что, как знают мои читатели, во всех своих исторических трудах посвящённых дореволюционной истории, я с большой симпатией и уважением отношусь к Германии, считая её естественным геополитическим союзником России в нашей вечной геополитической схватке «континента» и «океана». Многие русские государственные люди, равно как и германские, класса Бисмарка и Тирпица, считали также. Даже к Германии 3-го Рейха, мы, военные и послевоенные дети относились как к врагу, но врагу серьёзному, также сражающемуся до последнего.
И хотя за слово «немец», брошенное в школе 1950-х годов в лицо противнику, можно было сразу схлопотать в ответ «действием», бросалось это слово не хлюпикам, а вполне солидным ребятам, неприятным, быть может, но с безусловными мужскими качествами.
А ныне, после того, что творится в сегодняшней «демократической» Германии, не могущей защитить своих женщин от тех же мигрантов, но зато по-шакальи нападающей на русских детей, слово «немец» приобретает в русских глазах совершенно иной оттенок. Скоро употребление его в адрес «нехорошего человека» приобретет смысл, схожий с тем, с каким в Советском, не тронутом толерантностью Союзе, нормальные мужики произносили в определенный адрес определение «п…раст». В жизни не думал, что слово Германия может начать вызывать чувство брезгливости!
Право, жаль Германию!
Одно для неё «утешение», что на подобное определение с русской стороны годятся сейчас не только нынешние немцы из «политкорректно-либерастных», но и прочие их союзники по ЕС – от «маленьких, но гордых» и очень крикливых обитателей отторгнутых от России ее прибалтийских территорий, и далее на Запад. До Атлантики и за ней.
И всё же ещё о Германии – ведь найдись там нормальные государственные умы, с исторической памятью, то глядишь, возник бы на свет столетия чаемый союз России и Германии, от которого бы в гробу перевернулся Маккиндер. Пока точка в этой возможности не поставлена.
Сказанное не уменьшает военной опасности, стоящей за этим «новым» Западом. И тем более, не отменяет факта, что сегодня идёт «наш последний и решительный бой».
Бой, требующий мобилизации всех внутренних ресурсов, в первую очередь – идеологических!
Честь имею.
Борис Глебович Галенин, военный историк, Москва
