Остановка строительства трубопровода «Северный поток - 2» и рукопашная схватка российских и американских военных в Сирии произошли в один короткий промежуток времени.
Первое событие ударило по грандиозной российской стройке длиною в 2460 километров - трубопроводу «Северный поток - 2», провокационно остановив его в 160 километрах от завершения. Второе выразилось в вынужденном выдворении американских военных с территории контролируемой российскими частями.
Метод провокаций стар как мир и всегда свидетельствовал либо о намерении стороны устраивающей провокации активировать напряжение переводом его в фазу вооруженного противостояния, либо просто о раздражении противостоящей стороны, без намерения и возможности перевести конфликт в «горячую» фазу.
Здесь нельзя не вспомнить ситуацию ноября 2013 года, когда Россия прислала Черноморский флот во главе с крейсером «Москва» к берегам Сирии, предупредив США, что не допустит ракетного обстрела САР. Только в том случае у наших противников не было практически построенной трубы в виде запланированного ими газопровода Катар – Европа, предполагавшего пройти через территорию Сирии. Для чего США и понадобилась дезорганизация этой страны через гражданскую войну с последующим разрушительным вмешательством, подобно ливийскому в 2011 году.
Сегодня в Европе, как и тогда в Сирии, разумных возможностей к переводу проблем в военную плоскость ни у США, ни и у России практически нет.
Любую военную стычку между собой стороны априори считают недопустимой, так как даже малый конфликт может придать событиям характер, не управляемый политическими методами.
Остаются попытки дезорганизации противника методами демонстрации политико-экономических преимуществ. В данном случае такие преимущества у США, но это - преимущества финансово-промышленной массы и поверхностной стратегии, исходящей из самоуверенного сознания своего превосходства. Наши же преимущества состоят в интеллектуальном использовании противника.
При этом проблема торгово-промышленного противоборства с США, решение которой было «не по плечу» СССР, уже лет десять является не столько нашей, сколько китайской.
Из фазы внешне открытого соперничества, «с открытым забралом» периода СССР, наше противостояние с США переходит в фазу всё более проявляемой нашей скрытой стратегии, основным глобальным результатом которой можно считать выращивание самими США своего же противника, равнозначного им по промышленно-экономическому потенциалу, то есть Китая, возросшего по итогам ударной американской двадцатилетки 80-х-90-х годов прошлого века.
США сами создали глобального мирового игрока – торгово-промышленный Китай, который разделил с Россией, как носителем военной мощи, промышленно-экономическую часть мировой ноши противостояния англосаксам.
США, надо полагать, начинают понимать глобальную игру, начатую еще ранним СССР, а возможно еще и императорской Россией по выращиванию своего стратегического партнёра в противоборстве с англосаксами, упорно и последовательно подчинявшими себе весь мир.
Эта игра была оформлена послевоенным СССР в стратегию выведения Китая в глобальные мировые игроки через наделение его военно-промышленным комплексом и атомным оружием.
После вступления Китая в клуб ядерных стран возникла необходимость использования финансово-промышленного потенциала большего чем у СССР масштаба, который был в мире лишь один – потенциал США, для СССР, напрямую в принципе недоступный.
Этот недоступный для СССР потенциал США и был в той игре использован Китаем через демонстративное отпадение от сотрудничества с СССР. Это происходило посредством культурной революции и иных леворадикальных крайностей внутреннего и внешнего характера по типу немотивированного инцидента на Даманском в 1969 году и множества прочих убеждавших США фактов расставания Китая с Россией. Этакая в мировом масштабе, операция «Трест»… На успешные результаты которой одураченным американцам остаётся реагировать очевидными всему миру подростково-подлыми санкциями.
Тогда, в 2013 году, США у берегов Сирии в результате решительного отпора России и Китая остались без ожидаемого геополитического приза в виде энергетической зависимости Европы.
По итогам событий тех лет создаётся впечатление, что главное для американцев не прибыль от продажи, так как при продаже катарского газа основным получателем дохода были бы не американские корпорации. Главное для США - это альтернативная российской энергетическая зависимость Европы. За чем стоит очевидная цель - сокрушить Россию посредством умыкания её основного европейского рынка сбыта.
Для нашего экспорта, почти на сорок процентов формируемого от продаж углеводородов, европейский рынок является жизненно важным.
Тенденция последнего десятилетия, выраженная в существенном снижении углеводородов в структуре российского экспорта, требует времени для её развития, хотя бы еще десятилетия экономической стабильности, невозможной без европейского рынка, с которого США нас упорно вытесняют.
Каков же расклад в этой грубой фазе противостояния?
Рискнут ли США под любым предлогом остановить находящийся на Дальнем Востоке единственный в России трубоукладчик, надо полагать, уже следующий Северным морским путем к территориальным водам Дании, где эти оставшиеся 160 недостроенных километров «Северного потока - 2» и находятся?
Европа, судя по реакции канцлера Германии Ангелы Меркель, уже осознала, чем грозят ей эти ковбойские игры заокеанских друзей-оккупантов, которые, по присущему им подловатому обыкновению, устраивают чреватые войной провокации всегда вдали от своей территории…
Впрочем, нет серьезных сомнений, что наши расчётливые заокеанские «партнеры» уйдут от лобового столкновения, если таковое будет вероятным.
Санкции США против России сегодня - это демонстрация активности уже побитого пусть более тяжелого и крупного бойца, проигрывающего по очкам бойцу, уступающему по физическим возможностям, но более умелому.
Тем не менее эта фаза борьбы чревата неожиданностями…
Павел Иванович Дмитриев, правовед, публицист, Санкт-Петербург
