Главная интрига современной истории

Отклик на статью «Холодное лето 1953 года. Размышления писателя Вениамина Шкляева о последствиях хрущевского госпереворота». 

Обратиться к этому материалу заставил не сколько сам текст, сколько беспокойная запись в комментариях к нему о том, что переворот 1953 года удался его устроителям невероятно легко.

 

Следует заметить, что госпереворот 1991 года был осуществлен так же невероятно легко. Можно считать, что это звенья одной и той же интриги.

Сталин и Берия были стратегами высокого полета, каких в истории не только России, но и человечества не так уж много. Уровень планирования, который они своей политикой демонстрировали, позволяет считать, что все происходившее после их смерти или событий оглашенных, как смерть Берии, так же могло быть частью их же плана.

Естественной и главной проблемой России, в том числе и советской, было устранение англо-саксонского доминирования в мире. Было понятно, что в перспективе США, в которых уже на начало 20-го века было сосредоточенно до половины мирового экономического потенциала, будет мощным мировым жандармом, которому противостоять никто не сможет. 

Косвенные данные говорят о том, что это в России понимали еще в двадцатых годах и, возможно, много раньше. И формировали будущего союзника в таком противостоянии постепенно. Влияние России на формирование китайской истории, китайской элиты периода 20-50 годов, то есть на протяжении жизни целого поколения, не афишируется. Но множество косвенных данных указывает на то, что такое влияние было весьма масштабное. 

Как показывает история, Россия могла противостоять кому угодно в военном отношении, но не могла позволить себе того же одновременно в экономическом плане. Потенциал национального богатства позволял создать только краткосрочную оборону. На этом, как исторически доказано, богатства иссякали. Возникала пропасть в уровне жизни с западным противником, который всегда оказывался состоятельнее и подавлял преимуществом в уровне жизни. Соответственно смысл противостояния подвергался мощной ревизии. 

Такие качели русской истории не могли не понимать те, кто отвечал у нас за стратегию. Чтобы преодолеть англо-саксонское доминирование, в перспективе которого для России было только распад и уничтожение, нужно было иметь надежного союзника, способного противопоставить западу экономическую мощь. Тогда Россия могла бы противопоставить западу свои военные возможности, не отставая на порядки в уровне потребления, так как вопросы экономического соперничества решались бы другим участником тандема.

Эта единственно возможная стратегия и была, как следует полагать, взята на вооружение. И стратегическим партнером стал Китай. Надо полагать, что десятилетия шла подготовка соответствующей китайской элиты, как и элиты СССР.

Новую актуальность эта стратегия приобрела после корейской войны, когда была осознана невозможность применения атомного оружия.

Боевое развитие противостояния СССР и США было практически исключено, при том, что осталось развитие военного противостояния как такового, то есть гонка вооружений.

Россия в лице СССР впряглась в эту гонку. Так как оружие - это то, что русские умели делать всегда. Но вакансия союзника, занятого экономическим противостоянием с США, долго оставалась не занятой. 

Ни откуда союзника, готового к экономическому противостоянию с США, было не взять. Таких стран вообще не существовало. Такую страну могли создать только сами Соединенные Штаты. К чему их вся политика Китая и побуждала. К слову сказать, не планировалось ничего нового. Таким же образом Европой посредством экспорта капитала и технологий была в свое время построена капиталистическая Россия.

Это естественное свойство капитала утекать туда, где меньше затраты, дешевле ресурсы и большой рынок сбыта.

Однако, чтобы коммунистический Китай мог стать площадкой для экспорта капитализма США, его нужно было отделить от СССР. Это можно было сделать только после смерти Сталина, интерпретируя его политику. Эту задачу блестяще решил Хрущев, который, надо полагать, действовал по плану, заранее утвержденному Сталиным, так как никакой необходимости в таких его действиях не было, а без авторитета Сталина высший истеблишмент таких действий никогда не поддержал бы.

Разделив СССР и Китай идеологически, затем превратив их опять же немотивированно резко в военных противников после постановочных событий на Даманском, те наши структуры, которые отвечали за выполнение стратегических планов, создали результат в виде привлекательного для США Китая, который был врагом их врага, а также был отсталым и неразвитым, готовым принять капиталы, обладая неограниченными дешевыми трудовыми и природными ресурсами. Состояние страны не позволяло считать ее даже в отдаленном будущем сколько-нибудь серьезным противником. Так началось накачивание Китая деньгами и технологиями, которое развивалось тем более успешно, что параллельно шло картинное ослабление военного потенциала СССР.

Военный потенциал, заточенный на противостояние огромных армий в условиях смены технологий, был не только неэффективным, но и затратным. При наличии мощной ракетной техники держать десятки тысяч танков в центре Европы было в военном отношении очевидным анахронизмом, а в экономическом плане просто неподъемной тратой ресурсов. Демонтаж этого военного механизма нашего европейского присутствия был разыгран демонстративно, с чем блестяще справились Горбачев и Ельцин. Мы все помним о демонстративных ошибках Горбачева на переговорах со странами НАТО, как Ельцин на параде ухода войск из Германии дирижировал оркестром. Но не понимаем скрытый смысл этого экспромта..., а ведь это явный знак того, кто реально дирижирует участниками событий...

Американцы, втянувшись в ситуацию внезапно свалившейся на них победы в холодной войне, принимая под свой контроль ранее недоступные территории стран восточной Европы и частей бывшего СССР, на волне эйфории приняли для себя модель отношений, в которой они ощущали себя с Россией Ельцина безусловным гегемоном. То, что это была, как следует полагать, гигантская по масштабу операция «Трест», американцам объяснили только сейчас. 

Зато теперь налицо ситуация стратегического противостояния американской военной мощи в условиях нашего преимущества с одновременным противостоянием Китая американской экономике на равных. Таким образом, результат стратегического партнерства СССР и Китая диапазоном в 1918-2018 гг. получен! Что по лицу Д. Трампа на встрече президентов России и США в Хельсинки было нетрудно наблюдать.

Кстати, труп Л.П. Берии никогда никому не был предъявлен. А его фактическая роль правителя СССР нарушала всем известный политический диагноз Сталина о невозможности быть в России во власти второму грузину подряд. В то же время фантастический скандал с уходом Берии был хорошей прелюдией к 20-му съезду...