Решив бороться с беспризорностью, правительство России в феврале 2000 года издало постановление "Об утверждении положения о зачислении несовершеннолетних граждан РФ в качестве воспитанников в воинские части и обеспечении их необходимыми видами довольствия". "Сыновья полка" получили официальный статус, а у военных прибавилось забот - "усыновление" превратилось из акта доброй воли в "обязаловку". Самыми дисциплинированными оказались пограничники - почти каждый погранотряд пополнился воспитанниками. В марте этого года восемь "сыновей полка" появились в Алакурттинском погранотряде, охраняющем российско-финскую границу.
Неприличные буквы
Мише Ромочкину 14 лет, но на вид ему не дашь больше 12 - он маленький и щупленький. Мишины сверстники учатся в восьмом классе. Сам он читает по слогам и удивляется, почему это в школе на доске пишут неприличные сочетания букв. Родители Миши умерли летом прошлого года. С тех пор он жил один.
- Родители вино пили и допились: у мамы печень разложилась, - рассказывает Миша. - Но лучше одному, чем с ними. Я их трезвыми почти никогда не видел.
Пропитание приходилось добывать самостоятельно - Миша работал на лесопилке, вскапывал соседям огороды, колол дрова, собирал грибы и ягоды... В погранотряд Миша поехал, чтобы не идти в детдом:
- Там очень плохо. Там обижают. А здесь, мне говорили, учиться можно, лагерь летний есть - и не обманули. Если я окончу школу, стану прапорщиком. Я постараюсь окончить.
- Мне сначала Миша больше всех понравился, он самый маленький был, - рассказывает Сергей Часовской, один из двух сержантов, приставленных к воспитанникам в качестве няньки. - А теперь выяснилось, что он самый озорной.
В школу - на танке
Ни Миша, ни остальные воспитанники на пай-мальчиков не тянут.
- Моя бы воля - снял бы ремень да всыпал им всем, - говорит Часовской. - Не слушаются совершенно!
- Я думал, здесь будет лучше. А тут дисциплина строгая очень, - признается 13-летний Паша Зазубрин.
Наказать воспитанников за непослушание, признаются военные, практически нечем, разве только поговорить с ними по-отечески или влепить внеочередной наряд на мытье полов в казарме. А работать детишки не любят - сказывается детдомовское житье на всем готовом.
Сами "сыны полка" пока тоже не горят желанием перевоспитываться.
- У меня трудный характер, я упрямый очень, - объясняет один из них.
Пограничники с ним согласны - некоторых из попавших к ним ребят изменить действительно невозможно. Их надо как можно быстрее возвращать туда, откуда их прислали, пока они не подмяли под себя остальных, введя среди воспитанников полууголовные порядки.
- Видимо, детские дома и органы соцзащиты просто спихнули нам самых трудных детей, наобещав им здесь всяких небылиц вроде того, что они в школу будут ездить на танке, - рассказывает зам начальника погранотряда полковник Сергей Букашкин. - Ребята просто не представляли, куда они ехали и что их здесь ждет.
Букашкин призывает тех, кто будет подбирать им воспитанников в будущем, обращать внимание не только на их физическое здоровье и желание "сменить обстановку", но и на моральные принципы и способность адаптироваться к армейской обстановке.
- Мы все-таки не исправительная колония, - говорит он.
По правам и обязанностям "сыны полка" приравнены к "суворовцам", однако формально военными не являются. В День пограничника они будут приносить клятву воспитанника - аналог военной присяги, юридически, впрочем, ни к чему их не обязывающий.
"Они не любят военных"
День воспитанников расписан поминутно - подъем, зарядка, завтрак, школа, самоподготовка, личное время, а в 21.00 в распорядке дня обозначен пункт, над которым веселится вся группа - просмотр программы "Время".
- Но им же надо быть в курсе общественно-политической жизни, - объясняет командование.
Сами ребята больше любят смотреть фильмы и музыкальные каналы. Для них телевизор - едва ли не единственное развлечение в военном городке, окруженном лесами.
- Я раньше думал, что мой родной Муром - захолустье, - говорит Саша Кудряшов, - но по сравнению с Алакуртти он - центр цивилизации. Здесь даже нет ни одного светофора.
Начальник отделения воспитательной работы подполковник Анатолий Иваненко оглядывает строй воспитанников. Первый пацан почти на голову выше последнего. Ребята хихикают и никак не хотят равняться.
- Да-а-а, с такими войсками мы врагов одолеем, - недовольно протягивает Иваненко.
Форма сидит на воспитанниках ладно: каждому ее подгоняли по фигуре в специальном ателье. Вместо кирзачей - армейские ботинки берцы. Но "сыны полка" все равно не любят форму. В ней приходится ходить практически постоянно, и на девчонок, по их словам, она не производит никакого впечатления.
- Не любят они военных, наверное, - жалуется Володя Пятало.
Воспитание по Макаренко
Алакурттинской школе, построенной финнами, может позавидовать даже Москва. На 600 детей - два компьютерных класса, два бассейна, лингафонные кабинеты, на пропагандистском стенде - статья под названием "Мы за безопасный секс".
Все воспитанники попали в Алакуртти, сильно отставая от школьной программы. Школа для них - тяжкая повинность.
Основная проблема, по мнению учителей и военных, в том, что воспитанники пока не очень понимают, какие преимущества дает им положение "сынов полка" - рекомендации при поступлении в военные вузы, а в случае нежелания становиться профессиональным военным - возможность отслужить в армии в родном отряде. Однако командование отряда не настаивает, чтобы воспитанники обязательно продолжали военную карьеру.
Директор школы Людмила Макаренко также считает принцип набора в "сынов полка" не совсем правильным. По ее мнению, восемь человек на отряд - это слишком много. И появляться в отряде они должны не одновременно, а с некоторым перерывом - когда предыдущий воспитанник уже успеет "пообтесаться". Кроме того, Макаренко считает нелишним проводить для будущих воспитанников тесты - как психологические, так и для выявления их настоящего уровня знаний. Поэтому охотнее мальчишки говорят не о школе, про которую забыли, лишь только начались каникулы, а о вещах более интересных.
- Я люблю рыбалку, - рассказывает Паша Зазубрин. - Карасей ловлю, ротанов. Мне на день рождения подарили деньги, и я купил себе удочку. Рыбу кошкам скармливаю. Но, бывает, сушу ее.
- А потом зимой ешь?
- Почему зимой? Она у меня и недели не провисит.
Алакуртти, Мурманская область
Неприличные буквы
Мише Ромочкину 14 лет, но на вид ему не дашь больше 12 - он маленький и щупленький. Мишины сверстники учатся в восьмом классе. Сам он читает по слогам и удивляется, почему это в школе на доске пишут неприличные сочетания букв. Родители Миши умерли летом прошлого года. С тех пор он жил один.
- Родители вино пили и допились: у мамы печень разложилась, - рассказывает Миша. - Но лучше одному, чем с ними. Я их трезвыми почти никогда не видел.
Пропитание приходилось добывать самостоятельно - Миша работал на лесопилке, вскапывал соседям огороды, колол дрова, собирал грибы и ягоды... В погранотряд Миша поехал, чтобы не идти в детдом:
- Там очень плохо. Там обижают. А здесь, мне говорили, учиться можно, лагерь летний есть - и не обманули. Если я окончу школу, стану прапорщиком. Я постараюсь окончить.
- Мне сначала Миша больше всех понравился, он самый маленький был, - рассказывает Сергей Часовской, один из двух сержантов, приставленных к воспитанникам в качестве няньки. - А теперь выяснилось, что он самый озорной.
В школу - на танке
Ни Миша, ни остальные воспитанники на пай-мальчиков не тянут.
- Моя бы воля - снял бы ремень да всыпал им всем, - говорит Часовской. - Не слушаются совершенно!
- Я думал, здесь будет лучше. А тут дисциплина строгая очень, - признается 13-летний Паша Зазубрин.
Наказать воспитанников за непослушание, признаются военные, практически нечем, разве только поговорить с ними по-отечески или влепить внеочередной наряд на мытье полов в казарме. А работать детишки не любят - сказывается детдомовское житье на всем готовом.
Сами "сыны полка" пока тоже не горят желанием перевоспитываться.
- У меня трудный характер, я упрямый очень, - объясняет один из них.
Пограничники с ним согласны - некоторых из попавших к ним ребят изменить действительно невозможно. Их надо как можно быстрее возвращать туда, откуда их прислали, пока они не подмяли под себя остальных, введя среди воспитанников полууголовные порядки.
- Видимо, детские дома и органы соцзащиты просто спихнули нам самых трудных детей, наобещав им здесь всяких небылиц вроде того, что они в школу будут ездить на танке, - рассказывает зам начальника погранотряда полковник Сергей Букашкин. - Ребята просто не представляли, куда они ехали и что их здесь ждет.
Букашкин призывает тех, кто будет подбирать им воспитанников в будущем, обращать внимание не только на их физическое здоровье и желание "сменить обстановку", но и на моральные принципы и способность адаптироваться к армейской обстановке.
- Мы все-таки не исправительная колония, - говорит он.
По правам и обязанностям "сыны полка" приравнены к "суворовцам", однако формально военными не являются. В День пограничника они будут приносить клятву воспитанника - аналог военной присяги, юридически, впрочем, ни к чему их не обязывающий.
"Они не любят военных"
День воспитанников расписан поминутно - подъем, зарядка, завтрак, школа, самоподготовка, личное время, а в 21.00 в распорядке дня обозначен пункт, над которым веселится вся группа - просмотр программы "Время".
- Но им же надо быть в курсе общественно-политической жизни, - объясняет командование.
Сами ребята больше любят смотреть фильмы и музыкальные каналы. Для них телевизор - едва ли не единственное развлечение в военном городке, окруженном лесами.
- Я раньше думал, что мой родной Муром - захолустье, - говорит Саша Кудряшов, - но по сравнению с Алакуртти он - центр цивилизации. Здесь даже нет ни одного светофора.
Начальник отделения воспитательной работы подполковник Анатолий Иваненко оглядывает строй воспитанников. Первый пацан почти на голову выше последнего. Ребята хихикают и никак не хотят равняться.
- Да-а-а, с такими войсками мы врагов одолеем, - недовольно протягивает Иваненко.
Форма сидит на воспитанниках ладно: каждому ее подгоняли по фигуре в специальном ателье. Вместо кирзачей - армейские ботинки берцы. Но "сыны полка" все равно не любят форму. В ней приходится ходить практически постоянно, и на девчонок, по их словам, она не производит никакого впечатления.
- Не любят они военных, наверное, - жалуется Володя Пятало.
Воспитание по Макаренко
Алакурттинской школе, построенной финнами, может позавидовать даже Москва. На 600 детей - два компьютерных класса, два бассейна, лингафонные кабинеты, на пропагандистском стенде - статья под названием "Мы за безопасный секс".
Все воспитанники попали в Алакуртти, сильно отставая от школьной программы. Школа для них - тяжкая повинность.
Основная проблема, по мнению учителей и военных, в том, что воспитанники пока не очень понимают, какие преимущества дает им положение "сынов полка" - рекомендации при поступлении в военные вузы, а в случае нежелания становиться профессиональным военным - возможность отслужить в армии в родном отряде. Однако командование отряда не настаивает, чтобы воспитанники обязательно продолжали военную карьеру.
Директор школы Людмила Макаренко также считает принцип набора в "сынов полка" не совсем правильным. По ее мнению, восемь человек на отряд - это слишком много. И появляться в отряде они должны не одновременно, а с некоторым перерывом - когда предыдущий воспитанник уже успеет "пообтесаться". Кроме того, Макаренко считает нелишним проводить для будущих воспитанников тесты - как психологические, так и для выявления их настоящего уровня знаний. Поэтому охотнее мальчишки говорят не о школе, про которую забыли, лишь только начались каникулы, а о вещах более интересных.
- Я люблю рыбалку, - рассказывает Паша Зазубрин. - Карасей ловлю, ротанов. Мне на день рождения подарили деньги, и я купил себе удочку. Рыбу кошкам скармливаю. Но, бывает, сушу ее.
- А потом зимой ешь?
- Почему зимой? Она у меня и недели не провисит.
Алакуртти, Мурманская область
.jpeg)
