Дмитрий Лекух, писатель
Вот не знаю, конечно, но что-то в последнее время начинаю понимать уже даже и безо всякого злорадства, что грустная поговорка про то, что беда не приходит одна, — это далеко не только русская народная, но и, так сказать, европейская народная поговорка. Уж очень впечатляющими темпами континент лишается сейчас теперь уже и физического доступа к энергоносителям.
И теперь к «акту саботажа» на российско-европейских трубопроводах на Балтике (один из которых, «Северный поток — 1», напомним, даже не подпадал ни под какие санкции, а историю с турбинами можно было бы рано или поздно и закончить), неудачным «арабским турне» европейских лидеров в поисках свободного СПГ и прочим радостям в условиях всё стремительнее приближающейся зимы, до которой остаётся всего каких-то полтора месяца, добавилась ещё и «приостановка» крупнейшего не только в Европе, но и в мире газового месторождения в нидерландском местечке Гронинген. Процесс добычи на котором был остановлен решением местного правительства не далее чем в минувшие выходные.
Тут всё просто.
Глава правительства Нидерландов Марк Рютте, несмотря на то что отметил необходимость помощи экономикам Евросоюза в поисках пути решения по стабилизации цен на природный газ, тем не менее был вынужден сообщить разочарованным журналистам, что соответствующие меры являются «окончательными». Очаровательный по-своему оксюморон «окончательные меры по временной приостановке» его при этом совершеннейшим образом не смутил.
Более того, они, эти меры, были приняты по причине вполне прагматической: на фоне прогноза сейсмологов о возможности сильного землетрясения или даже серии землетрясений, если работы по добыче на месторождении будут продолжены. Что, в общем, совсем неудивительно: сейсмическая обстановка вокруг хищнически в своё время разрабатывавшегося гигантского месторождения (помните, наверное, определение избыточных сверхдоходов как «голландской болезни»? Так это как раз про Гронинген!), мягко говоря, сложилась весьма тревожная. Последнее землетрясение магнитудой 3,1, самое серьёзное в текущем году (в прошлом, правда, было и 3,2) произошло в районе одной из деревень одноимённой провинции, причём прямо перед принятием этого самого «окончательного решения».
И, извините, если учитывать ситуацию с уязвимостью побережья Нидерландов, которые вовсе не случайно называют страной каналов и дамб, выглядит это «решение» как минимум весьма разумным и прагматичным.
Шутки шутками, но начиная с 1994 года район «сверхместорождения» Гронинген пережил уже, на секундочку, свыше 900 (!) землетрясений магнитудой до 3,6, и связь землетрясений с выработкой месторождения была полностью и однозначно доказана. А учитывая глубину залегания добываемого газа (и, соответственно, образующихся пустот после его откачки) — 2,5—3 км, — рано или поздно на «побережье дамб и каналов», даже чисто с точки зрения здравого смысла, можно ожидать и вполне себе «большую волну». И это вам не какое-то во многом пока ещё гипотетическое «изменение климата».
Это вполне себе реалистическая картина.
И это, простите, всерьёз.
Что здесь, пожалуй, самое забавное: буквально за несколько дней до описываемых событий аналитики американского агентства Bloomberg сразу после истории с подрывом наших «Северных потоков» подсчитали, что европейцам, оказывается, вовсе не нужен русский трубопроводный газ. Равно как и замена его арабским СПГ, который европейцам всё равно пока ещё не дают.
Или даже американским, которого им банально не хватает.
Технические мощности Гронингена, отметили в Bloomberg, позволяют добывать ежегодно 50 млрд кубометров газа. Что вполне сопоставимо с поставками «Газпрома» через Германию в прошлом году (примерно 46 млрд кубометров). Ну и что тут, спрашивается, огород городить и уважаемых заокеанских партнёров в разрушении собственной энергетики обвинять?
Вон, у вас и Гронинген есть, а не только «сланцы».
Которые вы тоже отчего-то не разрабатываете.
Ну подумаешь, Нидерланды совсем немножечко потрясёт. Да хоть вообще «немножечко» смоет: в мировом масштабе этому выдающемуся событию, может, найдётся место на первых полосах американских газет где-то между биржевыми сводками и лонгридом с историей какой-нибудь звёздной ЛГБТ-семьи.
И тут — такой вот афронт.
Почти как с ОПЕК+ и снижением добычи на 2 млн баррелей в сутки. Только труба пониже и дым пожиже.
Ну да ладно.
В принципе, и шут с ним, с этим самым Гронингеном, там к этому «окончательному решению», откровенно говоря, всё давно уже шло. Ситуация с сейсмологией там давно довольно критическая. Это уже стало настолько общим местом, что не учитывать его в расчётах как минимум непрофессионально и вообще довольно смешно. Тут куда интереснее другое: с остатками добычи на Гронингене или без неё уже сейчас понятно, что Европа может отказаться от поставок российского трубопроводного газа только путём массовой деиндустриализации.
И если они не согласятся с этим решением добровольно, то его можно принять и принудительно.
Зависит исключительно от политической воли старших товарищей.
Или кто-то сильно удивится, допустим, подрыву даже не «Турецкого потока», о чём сейчас многие, извините, «вангуют»: при всей дерзости исполнителей это не так просто сделать в Чёрном море чисто технически. Да и Эрдоган куда более рачительный хозяин, нежели нынешние власти Германии. Но самое главное, этого просто не нужно: достаточно будет рвануть кусок вполне подконтрольной «союзникам» украинской ГТС: эффект для энергетики континента будет даже чуть более конкретным, чем удар по турецким «веткам». И чисто политически можно будет, если что, легко на русских свалить.
Не поверят, конечно.
Но шансы пока что есть.
Вот, собственно, это и есть новая реальность: Европа — неважно, по каким причинам, от землетрясений до «актов саботажа» или, допустим, военного противостояния на севере Африки, — лишается не только правового (через те же санкции), но и чисто физического доступа к энергоносителям.
Как результат — в странах Европейского субконтинента прямо и непосредственно сейчас одно за другим закрываются предприятия: энергоресурсы оказываются либо дорогими, либо просто физически недоступными.
А значит, и производство оказывается нерентабельным.
Другие предприятия спешно переносят мощности в США и Китай — тут кому что предпочтительнее. Volkswagen, например, расширяет производство в Америке, а BMW перетаскивает мощности в основном всё-таки в КНР. Это, в общем, для германского автомобилестроения в любом случае одинаково неприятно: речь идёт о флагманах и символах немецкой автомобильной промышленности. Что уж тут о не настолько громких, но не менее значимых сферах европейской промышленности говорить. И что тут самое печальное — это уже даже не «близкие прогнозы», а то, что происходит прямо и непосредственно здесь и сейчас, на глазах не только европейцев, но и всего изумлённого человечества.
За полтора месяца до зимы.
