Американские нотабли оценивали дело 6 января с великой скорбью.
Президент Клинтон: "Сегодня мы столкнулись с беспрецедентным нападением на Капитолий, нашу конституцию и нашу страну". Президент Обама: "История справедливо запомнит сегодняшнее насилие в Капитолии как момент великого бесчестия и позора для всей нашей страны". Президент Буш-младший: "Это тошнотворное и ужасающее зрелище. Так оспаривают результаты выборов в банановых республиках, а не в демократических странах". Лидер демократов в сенате Шумер: "Храм демократии был осквернен". Бывший посол США в Москве Макфол: "Сегодня был худший день в американской демократии в моей жизни. Я так зол. Так грустно".
То есть "Срамота!", "Сроду такого не было" и призыв, звучащий в финале "Короля Лира":
"Друзья мои, вы оба мне опора,
Чтоб вывесть край из горя и позора".
Причем так судят люди, которых трудно обвинить в том, что они поддались трампистской или — хуже того — враждебной заграничной пропаганде.
С этими скорбными речами сильно контрастируют оценки, даваемые нашими (впрочем, не только нашими, но и украинскими, и израильскими) патриотами заграницы.
"Высокая явка на выборы и вчерашний протест — хорошие знаки роста гражданского участия". "Америка все равно идет вперед. А мы с вечной стабильностью все стабильнее и стабильнее отстаем и от Штатов, и вообще от всех". "Рано радуется лживая кремлевская пропаганда: свобода и демократия, обеспечивающие основу развития США и их прогресс, останутся краеугольными камнями фундамента американского государства и общества". "Победа сегодня демократии в Америке приближает конец многих диктатур. Поэтому события 6 января в Вашингтоне — не позор Америки, но слава ее и надежда для всех нас".
Причем хвалебно-оптимистические оценки выдавались что в твоем фольксштурме. Как и весной 1945-го под ружье были поставлены и старики — забытые ныне ветераны ранних 90-х, и желторотики — 20-летние студенты, теперь сделавшиеся международными экспертами широкого профиля.
Зрелище несколько парадоксальное. Как если бы 4 февраля 1943 года, когда в рейхе был объявлен трехдневный траур по уничтоженной в Сталинграде 6-й армии и Германия прощалась со своими солдатами под звуки похоронного марша из "Гибели богов", подоккупационные газеты на траур нимало бы не обращали внимания. А вместо того писали бы, что Сталинград есть величайший триумф германского рейха, лишний раз подтверждающий гений победоносного фюрера (resp. "победоносной демократии").
Причем Сталинград еще совсем не был окончательным поражением рейха. До погребального костра Валгаллы оставалось еще два с лишним года, в том же феврале доктором Геббельсом была провозглашена — и реализована — тотальная война, да и отечественные историки связывают окончательный перелом скорее с Курском, то есть со второй половиной 1943 года.
Но психологическая победа, причем всемирного характера, была очевидной. В Сталинграде рейх утратил ореол неодолимости. На нейтралов и колеблющихся это произвело самое сильное впечатление и определило их дальнейшие действия — или бездействие, что тоже важно.
Поэтому самые большие патриоты США, издавна, как известно, проживающие в России, и напрягли все силы, чтобы даже вопреки позиции самих вождей США утверждать свой символ веры: Америка не бьется, не ломается, а только кувыркается. Отчего делается еще краше и сильнее.
Известный резон в такой позиции имеется.
Конечно, хорошо вслед за В. И. Лениным говорить, что сила партии (тем более — демократии) в признании своих ошибок. Декларировать так все горазды. Но на практике выходит всякое. Развенчание культа личности привело к довольно быстрой эрозии коммунистической веры, а горбачевская гласность, где признание всех и всяческих ошибок было и вовсе всеобъемлющим, закончилась гибелью СССР.
Вероятно, наши дальновидные патриоты США помнят об этих роковых ошибках и не желают, чтобы за океаном пошли гибельным путем Хрущева-Горбачева.
Их девиз — "Ни шагу назад!". Твердость, достойная приказа № 227.
