В интервью The Times избранный президент США Дональд Трамп предложил России сделку - в обмен на снятие санкций с РФ «очень значительно» сократить российский ядерный арсенал.
Предвосхищая запросы СМИ на комментарии, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков призвал дождаться официального вступления в должность Дональда Трампа, прежде чем давать оценки его инициативам. С этим можно лишь согласиться, если речь идёт об официальной оценке намерений избранного президента США. Тем более что, как верно отметил председатель комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачёв, слова Д. Трампа не имеют «статуса официального предложения», они прозвучали как размышление, как вариант. Однако если официальные лица резонно не комментируют пока предложенную Трампом сделку, экспертному сообществу полезно уже сегодня внести в вопрос о «сокращении» полную ясность.
По сути, прозвучало предложение разменять военную безопасность России, уровень которой в решающей степени обеспечивают стратегические ядерные силы (СЯС), на экономические выгоды от снятия санкций.
«Я считаю, что ядерного оружия должно быть меньше, оно должно быть существенно сокращено», - пояснил Трамп. В отвлечённом плане с этим спорить трудно, мир безусловно отягощён переизбытком этого вида оружия массового поражения. Если говорить не отвлечённо, а конкретно, то корень вопроса в том, кто и на каких условиях сокращает или будет сокращать ядерное оружие.
За свой ядерный потенциал Россия держится не потому, что является милитаристской державой: потуги западной пропаганды представить её таковой безуспешны - достаточно сравнить размеры военных расходов крупных государств мира. Призыву Трампа Россия не последует по другой причине: она своей безопасностью не торгует.
«Причина давления на Россию, - заявил на одном из заседаний Совета безопасности РФ президент Владимир Путин, - понятна, мы проводим независимую внутреннюю и внешнюю политику, не торгуем своим суверенитетом. Не всем это нравится, но по-другому быть не может».
Возникает вопрос: на каком основании в окружении избранного президента США считают, что Россия должна сокращать свой ядерный арсенал? Может быть, она отстаёт по темпам сокращений от других членов «ядерного клуба»? Ничуть! Выступая 4 октября прошлого года в рамках общеполитической дискуссии на 71-й сессии ГА ООН, директор департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД РФ Михаил Ульянов привел говорящие сами за себя цифры: по сравнению с пиком холодной войны СЯС России сократились на 85 %, а тактические ядерные вооружения - на три четверти. Сейчас ядерные арсеналы России и США находятся на уровне конца 50-х - начала 60-х годов.
Отставание РФ от других стран в уменьшении своих ядерных арсеналов исключено по определению: кроме РФ и США, ни одна страна, обладающая таким оружием, не участвует в процессе находящихся под международным контролем сокращений. Наоборот, и старые, и вновь вступившие в ядерный клуб государства лишь наращивают свои арсеналы. Да и сам этот клуб негласно расширяется.
Тогда, может быть, Россия непропорционально опередила США по масштабам имеющегося ядерного оружия? Тоже нет. По данным на 1 сентября 2015 г., РФ имела 526 развёрнутых носителей и 1628 боеголовок на них, США соответственно - 762 носителя и 1538 боеголовок. Спрашивается, почему же именно от России в Вашингтоне ждут «очень значительного» сокращения своего арсенала? Там хорошо известно требование договора о сокращении наступательных вооружений СНВ-3 довести к 2021 г. число развёрнутых стратегических носителей (межконтинентальных баллистических ракет, баллистических ракет подводных лодок и тяжёлых бомбардировщиков) с каждой стороны до 700 единиц и до 1550 ядерных боезарядов на них.
Вернёмся к увязке Дональдом Трампом вопроса о сокращении российских СЯС с отменой санкций. Последние - напомним - были введены Западом в ответ на воссоединение с Россией Крыма и поддержку Россией Донбасса, не пожелавшего жить в условиях утвердившегося на Украине нацистско-олигархического режима. Сегодня, 16 января, это вновь подтвердил находящийся в Киеве вице-президент США Джо Байден: «Вместе с нашими партнерами из Евросоюза и „Большой семерки" мы дали понять, что санкции должны продолжаться, пока Россия полностью, подчеркиваю, полностью не выполнит свои обязательства по Минским договоренностям».
Выходит, Крым и Минские соглашения для будущей администрации США уже не актуальны, раз там готовы отказаться от санкций? Или санкции были заранее определены как инструмент, который позволит добиться от РФ уступок по глобальным вопросам и продолжают рассматриваться в таком качестве? Или Д. Трамп не видит риска в том, чтобы выступить в роли продолжателя дела Б. Обамы? А риск тут есть. Покидающий Белый дом политик видел в санкциях средство ослабления России, но со своей оценкой результатов этой политики, сделанной два года назад («Россия изолирована, а её экономика - в клочьях»), он сел лужу. Кроме того, Обама любой ценой стремился побудить Москву к продолжению переговоров с Россией о сокращении ядерных арсеналов и, как полагают эксперты, не без задней мысли: даже взаимное уменьшение числа носителей и ядерных боеголовок усиливало ударную силу американских высокоточных неядерных средств, сопоставимых по мощности с ядерными, в частности дальнобойных крылаты ракет.
Отвергая торг и односторонние уступки в этом вопросе, Россия предлагает такие условия укрепления стратегической стабильности, от реализации которых выиграет безопасность мирового сообщества в целом и каждой из ядерных и неядерных стран в отдельности.
Вот основные из этих условий:
- участие в процессе разоружения всех, без единого исключения, стран, имеющих ядерное оружие или стремящихся его получить. Пока, к сожалению, ни одно из таких государств даже не сделало попытки включиться в процесс сокращения ядерных арсеналов, предусмотрённый российско-американским договором СНВ-3. В первую очередь речь идёт о Великобритании, Франции и Китае;
- непосредственно в российско-американских разоруженческих усилиях учёт взаимосвязи между стратегическими наступательными (СНВ) и стратегическими оборонительными (ПРО) вооружениями, прописанной в преамбуле к договору СНВ-3, но до сих пор игнорируемой американской стороной (между тем последовательная реализация американской инициативы по созданию глобальной системы ПРО прямо грозит российскому потенциалу ядерного сдерживания);
- отказ США от дальнейших шагов, ведущих к коренному изменению ситуации в области стратегической стабильности, что вызвало в октябре прошлого года приостановку Российской Федерацией действия соглашения с правительством США об утилизации плутония, не являющегося более необходимым для целей обороны. В числе этих шагов - наращивание под предлогом кризиса на Украине военного присутствия США в Восточной Европе, создание шести новых передовых пунктов управления войсками в Болгарии, Латвии, Литве, Польше, Румынии и Эстонии; ввод подразделений Вооружённых сил США на территорию государств Прибалтики, увеличение количества базирующихся на прибалтийских аэродромах самолётов НАТО.
При Бараке Обаме США всеми силами уклонялись от принятия этих условий. И если Дональд Трамп не хочет в одном из важнейших вопросов международной безопасности остаться бледной тенью своего предшественника, ему стоит прислушаться к голосу Москвы.
