Возобновление переговоров в Абу-Даби в начале февраля 2026 года и новые ожидания радикальных перемен в ходе СВО вновь стали главным информационным событием.
Страна далеко ещё не изнемогает, но замерла в напряжении. Не только в числе тех, кто уже существует в иной реальности боевого соприкосновения, но и тех, кто, не понимая своего счастья прямого или косвенного неучастия в трагедии, вот-вот прикоснётся к ней всеобщим примыканием тыла к страданиям фронта.
Надежды на мирное завершение противостояния, как бы ни было это обидно кому-то, вызывают лишь улыбку.
Достаточно вспомнить завещание Слободана Милошевича, говорившего: «...Посмотрите на нас и запомните - с вами сделают тоже самое, когда вы разобщитесь и дадите слабину. Запад – цепная бешеная собака вцепится вам в горло. Братья, помните о судьбе Югославии! Не дайте поступить с вами так же!».
Запад бульдогом сцепил челюсти и повис на шее славянства, и нет никаких рычагов и способов его сбросить. Каждое мгновение ослабления попыток сбросить бульдога заканчивается тем, что он замком своих челюстей на сантиметр перехватывает шею жертвы, приближаясь к ее артериям и горлу.
И сейчас иллюзорный мир, которого чают существенно утратившие русские корни и мышление элиты России, послужит, если состоится, лишь передышке врага, очередной консолидации его сил, и более жестокому давлению на Россию.
Запад находится на пике своих тысячелетних усилий по подавлению славянства и смешно даже думать, о том, что такой исторический шанс им будет добровольно упущен. Раздор между родственными народами и есть тот уникальный механизм уничтожения славянства, который самим Западом, создавшим и запустившим этот механизм, никогда не будет остановлен в своей работе. Любой мир, только передышка в целях смазки и ремонта механизма нашей гибели.
СМИ полны экспертными мнениями, что Европе нужно пять лет для перестройки своего ВПК. А совокупный потенциал Европы, не считая США, в разы превысит российский. То есть, остановка войны, означает неизбежное для нас поражение в перспективе.
Нечто подобное происходило уже на пике Второй мировой войны, когда наступление наших войск, взламывавших немецкую оборону и уничтоживших промышленность и научные центры, предотвратило достижение немецкими нацистами результатов в развитии вооружений, способных изменить ход войны в целом.
Историческая ловушка, в которой оказалась Россия сегодня, вообще, беспрецедентна. На мой взгляд, ни переговорщики, ни те, кто их посылает с нашей стороны, не учитывают происходящего в целом, замыкаясь на утилитарных целях сиюминутного выживания. Беспрецедентность ситуации, как уже сказано, в том, что остановка войны грозит нам уничтожением превосходящими силами совокупного Запада в обозримом будущем.
Но парадокс в том, что и продолжение войны приведёт к тому же результату, только в иной форме которая, как я понимаю, наиболее приемлема для Запада и для той части нашей олигархической элиты, которая хочет выжить любой ценой.
Уже давно, с 2022 года, приходится со всеми предосторожностями говорить, что СВО, в текущей динамике, будет идти не менее десяти лет. Такое мнение возникло у меня не столько на основе аналитики общедоступных фактов, но больше интуитивно, и вскоре оказалось подкреплённым договором Киева и Лондона о военной помощи на тот же срок – десять лет.
Парадокс продолжения войны в том, что оставление текущей ситуации в качестве нормы выразится, в конечном итоге, в практически полном уничтожении украинского мужского населения и снижении численности русского населения России до значений 70-80 миллионов, так как люди на войне не только убывают, но в силу известных обстоятельств и не рождаются.
Как бы ни упражнялись мы сегодня в новоиспечённом интернационализме современного дугинского россиянства, при всей эффективности дружного взаимодействия народов России – есть непреложные факторы, которые никакие благодатные идеологические надстройки, никогда не изменят.
Таким непреложным фактором является критическое число государствообразующего русского народа. Сейчас трудно вспомнить, где прозвучало, но таким критическим числом уже было названо 70 млн. русского населения. Эта та численность русских, при которой никакая дружба народов не поможет. Русских просто не будут всерьёз воспринимать как несущую этническую часть России. И самое главное – отсутствие необходимого числа русских приведёт к невозможности сохранения целостности государства и его территории, которые без русских просто невозможно сохранить в существующем виде.
Потому, как ни равны государствообразующий русский и другие государство не образующие народы России, но служить общему делу, защищать, поддерживать, обеспечивать, лечить и учить без необходимого числа русских не получится! Утрата русскими этнического большинства моментально приведёт не только к деградации и распаду государства, но и к жёсткой дискриминации русских всеми азиатскими братскими народами.
Русские объективно не выдерживают экономической, культурной конкуренции со многими, особенно древними азиатскими, народами. Что, собственно было основной причиной пресловутой черты оседлости, так мешавшей известному народу и до такой степени разъярившей его против русских в период революционных событий начала 20-го века.
Таким образом, государство Россия в ходе длительных военных действий может естественно самоуничтожиться.
Вот в чём основная и желаемая Западом цель: вести войну как можно дольше, не доводя ситуацию до степени риска применения СЯО – сил ядерного сдерживания. В этой логике и достижение мира приведёт к продолжению войны после периода хрупкого и унизительного мира, и продолжение войны в любом варианте (с коротким миром или без него), приведёт в изничтожению русских и самораспаду России.
Беспрецедентность ситуации требует беспрецедентных решений.
Таковыми, о чём, в числе других, приходилось говорить и много писать, является только демонстрационное применение ядерного оружия по англосаксонским странам – США и Великобритании.
Бешеную собаку нельзя уговорить, но, даже висящего у горла бульдога, можно напугать. И такой его испуг есть естественный способ избежать уничтожения англосаксов, вместе с самими собой.
СССР владел такими секретами политики запугивания. Там были реальные политики, знавшие реальные войны в качестве их непосредственных участников.
Сегодня решения принимаются на основе виртуального военного опыта, которого, возможно, недостаточно.
И здесь мы подходим к самому щекотливому и трудному моменту данной версии рассуждений. А может ли в принципе возникнуть политическая воля такого уровня у нынешнего истеблишмента и данной элиты России?
Уже приходилось писать, что вехи противостояния с Западом в виде глобальных мировых войн характеризуются проигрышем нулевой мировой, то есть Крымской войны в 19 веке, и Первой мировой войны в начале 20-го века.
Оба проигрыша мировых войн были исторически недооценённой причиной смены вектора развития России, избравший смену формы собственности с частной на общественную, как основы нового способа концентрации национальных сил и государственных возможностей, в целях победы в неизбежно грядущей очередной мировой войне. И, как известно, такой способ концентрации национальных сил и ресурсов, при всех издержках, дал впечатляющий результат – Победу во Второй мировой войне.
Сейчас очевидна Третья мировая война, уже идущая. Ее первая и основная особенность – в опасениях эскалации из-за угроз применения ядерного оружия. Другой ее особенностью (настоящего ее этапа) является антирусская направленность мировой политики.
После просчитанного Западом падения России направленность мировой политики станет антикитайской.
Настоящие истеблишмент и элита России хотят выиграть в данной мировой войне на основе методов консолидации нации и ее ресурсов, которые были безуспешны в нулевой и Первой мировых войнах.
История против таких методов! История и здравый смысл за методы консолидации ресурсов нации и государства, проверенных победой во Второй мировой войне.
Но переделка страны, как смена коней на переправе, дело опасное, хотя и не невозможное.
На мой взгляд, попытка войти в пик такой войны на базе существующих экономических отношений бесперспективна.
В то же время смена вектора развития экономики и страны от частнособственнического к общественному в условиях войны была бы беспрецедентна. Впрочем, как и вся наша история!
Павел Иванович Дмитриев, правовед, публицист
