Вопрос в студию: почему клоуны – нелюди? В западной культуре есть устойчивый штамп: клоун равно монстр. Стивен Кинг просто зафиксировал то, что витало в воздухе: клоун – это страх, прикинувшийся гомерическим хохотом. Как в последнем голливудском «Джокере». В реальной жизни всё наоборот. Самые страшные люди современности – сплошь клоуны. Не в переносном смысле. В прямом. Зеленский – клоун, играющий президента. Его страна играет роль жертвы. Полтора миллиона мужиков превратили в компост, пару миллионов посадил в инвалидные коляски и поставили на протезы, ещё миллионы и миллионы рванули когти за кордон. Смешно? Одесситы из «Маски-шоу» – клоуны с российского ТВ, которые с самого начала АТО колесят по фронту и собирают деньги для ВСУ. Смешно? Они собирают бабки на наше убийство. И ржут. Раньше под хохот концертных залов убивали СССР.
Страна запойно ржала над Жванецким, Райкиным, Хазановым – и иже с ними, всех этих смешных дядечек с большой дулей в кармане. А потом страны, вдруг, не стало. От её убийства отвлекали те самые клоуны, которые сегодня сидят по заграницам и поливают Россию гноем.
Где Хазанов? В Латвии и Израиле. При этом он до сих пор худрук государственного Театра эстрады. Квартиры в Москве на сотни миллионов, дом в Подмосковье – всё заработано здесь. Всем обязан СССР и России. А теперь из прекрасного далёка рассуждает о «токсичности» Родины.
Где Макаревич*? В Израиле. Иноагент. В квартиру на Ленинском проспекте в Москве до сих пор приходит счета на его имя. Но сам он оттуда поливает говнищем Россию, забыв, что именно здесь стал «Макаревичем», а не глубоко вторичным лабухом из подворотни.
А где старик Козлодоев? Вау, в Лондоне! Кто бы мог подумать?! Кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» называет соотечественников «психически больными фашистами».
Вся его «аквариумная» философия выросла из ленинградского рок-клуба. Из той самой России, которую он теперь презирает. А где Примадонна и её карманный клоун Галкин*? Мечутся между Израилем, Кипром и Куршевелем. Но в марте 2026 мадам Брошкина планирует приехать в Москву – решать вопросы с недвижимостью и переоформить дом на детей. Когда речь о недешёвых квадратных метрах – Россия всегда нужна. Родина – она ведь не только для проклятий, но и для метража. Опять Воланд был прав.
Где Татьяна Лазарева*? В Испании. Вся её карьера в «ОСП-студии» – это Россия. Теперь можно жить на испанском солнышке и поливать помоями страну, которая тебя сделала. Артур Смольянинов* – в международном розыске, имущество арестовано. Роли в «9 роте», в культовых фильмах – всё дала Россия. Теперь желает ей превратиться в «радиоактивный пепел». И там же сонм помельче – с той же программой: раньше доили Родину, теперь доят ненависть к ней. И каждый продолжает держаться за российскую недвижимость, за счета, за возможность вернуться и заработать. Потому что там, на Западе, они никому не нужны.
Клоун без публики – просто загримированный старик в пустом зале. Кстати, про детишек КВН. Весёлые, остроумные, любимые миллионами. Сборная Пятигорска, Квартал 95, Одесские джентльмены. Сколько их было на экранах, сколько шуток про «нашу рашу» исторгли ртом? Слепаков*, Галыгин, Шац*, Лазарева*, Козлов, Соколов, Писаренко, Смольянинов*, Троянова* – и Зеленский. Десять имён. Десять человек, которых вся страна знала в лицо, смеялась с них, кормила их с ладошки. Сегодня они поливают эту страну из Лондона, Тель-Авива, Юрмалы и Киева. Когда у клоуна отбирают публику, он начинает кусаться.
И кусает ровно ту руку, которая его кормила. Зеленский – десятый номер. Самый известный клоун-кэвээнщик постсоветского пространства, доросший до президента-узурпатора. Именно сцена КВН сделала ему имя, дала узнаваемость, прокачала харизму и научила держаться перед многотысячными залами.
Вся его карьера – от студенческих игр до продакшн-студии – выросла из КВН-тусовки. А теперь этот человек, обязанный своей популярностью русскоязычной аудитории и советской школе юмора, запрещает русский язык, отправляет людей на убой и собирает сотни миллиардов долларов, чтобы продолжать убивать тех, перед которыми ещё вчера гримасничал со сцены и в студии.
Самый показательный. Все эти люди – от Хазанова до Галкина*, от Макаревича* и до Пугачёвой с Зеленским – обязаны абсолютно всем, что у них есть, именно СССР и России. Здесь родились, здесь получили образование, здесь стали народными артистами и миллионерами. Здесь им дали квартиры, звания, ордена, стадионы и всенародную любовь. А теперь они пытаются убедить себя и других, что Россия – «токсично», «страшно» и «чуждо». Без России они – никто. Пустота. Знаете психологический парадокс? Детские писатели – сплошь мизантропы. Андерсен ненавидел детей, просто писал для них, потому что кормило. А великие трагики в быту – душки, балагуры, пьяницы и весельчаки.
Человек, который каждый день умирает на сцене и на страницах своих текстов, ищет в жизни покой и радость. А человек, привыкший кривляться, жить без кожи, без лица, – он и в жизни пустое место.
Клоун – это человек без лица. А человек без лица – уже не человек. Это функция. Роль. Маска, под которой может оказаться кто угодно – от мелкого мошенника до военного преступника. И все они нелюди. Не потому, что смешные, а потому что за смехом – ничего. Пустота. А пустота не насыщается. Ей всё время мало. Мало крови, мало денег, мало смертей. Клоуны всегда хотят ещё. Им всегда мало места на арене. Им нужен весь мир. А весь мир в клоунаде – это огромный цирк, где публика в клетке, а звери ходят по залу с микрофонами и собирают деньги на оплату непрерывной работы газенвагена.
Глеб Леонидович Бобров, писатель
Впервые опубликовано на странице автора в социальной сети
*Иноагенты, экстремисты и террористы
