Недавно на «Русской народной линии» были опубликованы два важных идеологических, историософских текста, с некоторыми тезисами которых я согласился и дал свои комментарии – речь о статьях Константина Шестакова «Что ждёт от нас Бог?» и Евгения Вертлиба «Императив православной историософии».
Авторы совершенно не связаны друг с другом (один – эмигрант третьей волны давно живёт во Франции, другой – социолог, живёт в Тюмени), но оба, размышляя на близкие темы, придерживаются в общих чертах сходных методологических позиций. А это значит, что мы имеем дело с общей интеллектуальной позицией русского самосознания, которой не мешают различия возрастные, профессиональные, региональные.
И Е.А. Вертлиб, и К.А. Шестаков, которых объединяет разве что православное вероисповедание, размышляют о миссии России как Третьего Рима, о предназначении России, о путях развития России. И ключевое место в их размышлениях занимает осмысление событий 1917 года и в целом советской эпохи.
Так в чём же я с ними не согласен?
Но начну с того, в чём мы, наверное, согласны. Эти общие сведения позволят лучше понять существо проблемы. Как известно осведомлённым читателям, во Втором послании Апостола Павла к Фессалоникийцам (глава 2-я) содержатся известные и одновременно загадочные слова об Удерживающем (по-гречески Катехон). По обыкновению, когда говорят об этом, цитируют только седьмой стих из второй главы Послания, который неполно передаёт смысл того, что хотел сказать Апостол Павел своим ученикам.
Процитируем слова Апостола подробнее (выделено мною): «Молим вас, братия, о пришествии Господа нашего Иисуса Христа и нашем собрании к Нему, не спешить колебаться умом и смущаться ни от духа, ни от слова, ни от послания, как бы нами посланного, будто уже наступает день Христов. Да не обольстит вас никто никак: ибо день тот не придёт, доколе не придёт прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога. Не помните ли, что я, ещё находясь у вас, говорил вам это? И ныне вы знаете, что не допускает открыться ему в своё время. Ибо тайна беззакония уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь. И тогда откроется беззаконник, которого Господь Иисус убьёт духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего» (2Фес. 2:3-8).
О чём говорит здесь Апостол Павел? Очевидно, христианская община Салоник искушалась мыслью о том, что скоро грядёт Второе происшествие Иисуса Христа. Апостол Павел предостерегает их от сего обольщения, говоря чётко и ясно, что это произойдёт только тогда, когда в мир явится «человек греха, сын погибели». И не просто явится в мир, но и объявит себя богом, сядет в храме Божием и будет заставлять других поклоняться себе как богу. Препятствием же для «сына погибели» является некий Удерживающий, и пока он существует, не совершится тайна беззакония, пока Удерживающий теперь «не будет взят от среды».
По поводу понимания Удерживающего в православной традиции существует два мнения. Некоторые древние Отцы Церкви и современные подвижники (напр., прп. Иустин Челийский) считали, что под Удерживающим понимается Дух Святый. Мол, когда перестанет действовать благодать Святого Духа, тогда наступит конец света и явится антихрист.
Однако другие Отцы, и среди которых известнейший учитель Церкви, автор Божественной Литургии и множества молитв, святитель Иоанн Златоуст был убеждён, что Апостол Павел под Удерживающим имел в виду Римскую Империю. Пока существует Империя – беззаконник не сможет явиться в мир, ему будет препятствовать имперская государственность. Среди прочих аргументов святитель Иоанн приводил одно очень тонкое наблюдение, что, если бы Апостол Павел имел бы в виду действие Духа Святаго, он не выражался бы так неясно, намёками.
А выражался Апостол так неопределённо и неясно именно потому, что он имел в виду Империю и не хотел смутить своими словами умы учеников. Считается, что Второе послание к Фессалоникийцам Апостол Павел написал примерно в 50-51 годах от Рождества Христова. В это время Римским Императором был Клавдий, при котором произошло большое гонение против иудеев, которых жестоко изгнали из Рима. Тогда Римская власть ещё не делала различия между христианами и иудеями. Можно предположить, что изгнание коснулось, в том числе тех представителей еврейского народа, которые приняли Христианство.
Вскоре Клавдия сменил знаменитый Император Нерон, при котором состоялось первое гонение на христиан и при котором были убиты первоверховные апостолы Пётр и Павел.
Таким образом, если Апостол Павел под Удерживающим имел в виду Империю, в то время языческую империю, которая принуждала христиан поклоняться языческим идолам, а несогласных гнала и преследовала, тогда понятно, почему Апостол высказывается столь неясно.
Далее, согласно христианской историософии, мировой центр, Империя перемещается в Константинополь, который назывался Вторым Римом. И Ромейская (или Византийская) империя сохраняла служение Удерживающего вплоть до 1453 года, когда под натиском турок Константинополь пал, а на его бастионах сложил свою голову последний Император Второго Рима Константин XI Палеолог.
Вскоре после падения Константинополя на Руси появляется идея (наиболее чётко она была сформулирована старцем Спасо-Елеазаровского монастыря Филофеем) о том, что после падения Рима Второго Третьим Римом становится Москва. Идея Третьего Рима укоренилась в русской интеллектуальной традиции и, что особенно важно, в русской государственной традиции, ибо понимание особого предназначения России как защитницы мирового Православия, двигало усилиями русских Государей – первого русского Царя Иоанна Васильевича Грозного, Государя Алексея Михайловича, Петра Великого и Екатерины Великой, Николая Павловича и последнего Императора святого Царя Николая.
Собственно, в изложенном, полагаю, нет особых расхождений в понимании миссии Удерживающего (Катехона) у меня с Евгением Вертлибом и Константином Шестаковым, как, впрочем, и с другими современными авторами, размышляющими на эту тему.
Расхождения начинаются именно в понимании событий 1917 года. Как в упомянутых мною публикациях, так и во многих других подобных статьях, утверждается, что Россия перестала быть Третьим Римом после отрешения от власти Царя Николая в феврале 1917 года.
На мой взгляд, это – принципиальная ошибка, и она связана с искажением трактовки учения об Удерживающем. Удерживающий – это не православная Империя. Удерживающий – это сам принцип миродержательной Империи.
В истории существовали два типа империй – подлинная (или миродержательная) империя, каковыми были в полной мере Первый, Второй и Третий Рим (в некоторой степени приближались к этому типу Священная Римская империя Германской нации и сменившая ее Австрийская Империя, которые были континентальными империями и унаследовали кое-какие черты от подлинной империи).
Более известен второй тип империй, которые создали германские племена – это колониальные империи: Британская, Французская, Германская, Испанская и т.д. Тут мы видим полное искажение смысла подлинной Империи, которую не смог понять и принять варварский германский дух. Искажение в самой идее Империи, поскольку колониальные империи уже изначально предполагали фундаментальные правовые различия между метрополией и колониями. По сути, империи германских племён были созданы для грабежа, чем и стала колониальная, а затем неоколониальная политика.
Ни Российская, ни Ромейская, ни Римская империи не предполагали такого правового различия между метрополией и колониями, отсюда и фундаментальное различие в характере колонизации, когда в одном случае к империи присоединялись народы, в другом – земли, которые зачищались от местного населения. Все граждане миродержательных Империй были равны. Отчасти была попытка реализовать этот принцип и в Священной Римской империи Германской нации, однако она не смогла развиться в полноценную империю именно из-за того, что её значительную часть составляли германские племена, которые не понимали смысла имперского служения.
В 1917 году Российская Империя пала и, образно выражаясь, была приоткрыта дверь для пришествия в мир «сына погибели». Налицо были многие признаки конца: войны, мор, брат поднял руку на брата, открытое гонение на христиан. В России установился революционный хаос. Однако это длилось примерно десятилетие, с конца 20-ых – начала 30-ых годов И.В. Сталину удалось победить своих политических противников, изгнать из страны своего главного противника – Троцкого. И Советский Союз, фактически, превращается в полноценную Советскую Империю. И можно с полным правом говорить о том, что Советский Союз становится Третьим Римом.
Таким образом, Третий Рим никуда не исчезал. Он и не может исчезнуть по самой своей сути. Абсурдно утверждение, что Третий Рим мог куда-то исчезнуть, замереть, спрятаться, а теперь мы должны ещё только снова стать Третьим Римом. Абсурдно, поскольку противоречит тому, о чём говорил Апостол Павел.
Если Удерживающего нет – значит, мы живём с 1917 года в антихристовы времена. Но живём ли мы в антихристовы времена? Странное предположение. Ведь нет никаких гонений на Православие – Православная Церковь существует, православных христиан не убивают. А именно это должно происходить в антихристовы времена, об этом говорил Сам Спаситель, разъясняя Своим ученикам, что будет происходить в последние времена (см. 24 главу Евангелия от Матфея, 21 главу Евангелия от Луки и 13 главу Евангелия от Марка).
Поэтому Советский Союз, несомненно, оставался Третьим Римом, как им и остаётся Российская Федерация. Можно лишь говорить о степени понимания правящим классом служения Третьего Рима, но правящий класс Рима ветхого тоже вряд ли понимал, что является Удерживающим.
Могут возразить, но ведь в 30-е годы ХХ века был самый пик гонений на Церковь в СССР, продолжились они и после войны, особенно после смерти И.В. Сталина.
Но давайте вспомним столетие нахождения у власти в Ромейской (Византийской) империи императоров-иконоборцов в VIII-IX веках, которые прямо преследовали православных христиан, почитавших иконы, многие были убиты, заточены в тюрьмы, изгнаны. Но разве можно на этом основании утверждать, что Второй Рим перестал быть Удерживающим. Но это же абсурд!
Вторая часть вопроса, вынесенного в заголовок: был ли Ленин антихристом? На самом деле эти темы связаны. Обычно, когда говорят, что Ленин был антихристом, этим усиливают мысль о том, что Советский Союз никак не мог оставаться Третьим Римом.
Так был ли Ленин антихристом? И да, и нет. Нет, потому что Ленин не был ТЕМ САМЫМ антихристом, который должен прийти в конце времён и который должен воссесть в храме и заставить всех поклоняться себе как богу.
Но можно согласиться с тем, что Ленин был антихристом в том смысле, в котором об антихристах говорил святитель Филарет (Дроздов), когда он называл Наполеона антихристом. В этом смысле Ленина можно назвать антихристом в ряду с Наполеоном, Гитлером, Лжедмитрием, императором-иконоборцом Константином Копронимом.
Но это не значит, что эти вышеперечисленные личности совершали исключительно разрушительные действия. Например, Наполеон победил Французскую революцию, восстановив порядок в государстве. А Ленин восстановил государственность, фактически создав Советский Союз на руинах разрушенной Российской империи, заложил основы Советского государства, которое при его преемнике – Сталине – стало уже полноценной империей, унаследовавшей основные смыслы служения России.
На мой взгляд, если мы будем так понимать 1917 год, значение советских вождей, то мы сможем сформулировать непротиворечивое учение о России, непротиворечивую идею единства Русской истории.
P.S. Кстати, то, что Советский Союз оставался Третьим Римом, уразумели наши Предстоятели – святитель Тихон и святейший Сергий, именно поэтому они попытались выстроить отношения с новым государством, с Третьим Римом, в условиях, когда Церковь оказалась гонимой, когда Церковь воспринималась властью как политический противник, как союзник политических врагов большевиков – «белых» правительств. И вот в этих условиях святитель Тихон и святейший Сергий выстраивали отношения с новой властью. Именно так нужно понимать то самое «сергианство», которое у нас пытаются неразумно клеймить.
Анатолий Дмитриевич Степанов, историк, главный редактор «Русской народной линии», председатель «Русского Собрания», член Союза писателей России
