Россия. Третий Рим. Формула и символы

Благодарен Борису Яковлевичу Рапопорту, за предложенную тему (статья «Политические вызовы России: история и современность») и за то, что в разговоре о нашем общем будущем он вывел обращение к уваровской триаде на государственный уровень обсуждения.

Триада, мессианство (учение о пришествии в мир Мессии, которое уже частью исполнено первым пришествием Христа), справедливость, соборность, суверенитет, традиция, государственные социальные гарантии, «семья семей», антихрупкость – всё это признаки одной большой системы, имеющей свои цели и предназначение (миссию). Это, примерно, как увидеть часть мощного бронированного корпуса, силовой установки, вооружения, но не увидеть самого корабля. И всего-то осталось, сделать несколько шагов назад и взору откроется самый совершенный в истории человечества военный корабль, с его гербом, флагом, названием и указанием порта приписки: «Москва – Третий Рим».

Поэтому, всем известная триада «Православие, самодержавие и народность» (см. записку С.С. Уварова 1833 года «О некоторых общих началах, могущих служить руководством при управлении Министерством Народного Просвещения») не так проста, как может показаться на первый взгляд. Как оказалось, эта «удачная формулировка» несёт в себе глубокие смыслы и даже тайны, в которых еще предстоит разбираться пытливым умам. И происхождение её не так очевидно. Кто-то считает, что она является переложением девиза А.С. Шишкова «За веру, Царя и Отечество», кто-то находит иные корни. Мы же с друзьями-единомышленниками упёрлись в её понимание много лет назад. Открытия и выводы, к которым пришли, оказались для нас неожиданными.

Начну с того, что триада нам представляется рождённой вместе с самим Третьим Римом. Как его суть, как формула, являющая его устройство (тот самый бронированный корпус, силовая установка и вооружение). Считать её автором Уварова конечно можно, но условно. Это примерно то же, что утверждать, что 1-й Вселенский собор придумал догмат о «Святой Троице», а три века до того, Церковь о нём не догадывалась. Очевидно, что Сергей Семёнович лишь сформулировал триаду. В лучшем, на сегодняшний день, её виде. Но красота и лаконичность формулировки не отменяет обязательности доказательств, обоснований и, тем паче, обстоятельных разъяснений. Особенно теперь, когда после пяти веков боевого применения, назрел серьезный ремонт нашего корабля. Без чертежей и проектной документации здесь не обойтись.

Убеждены, что Первый, Второй, Третий Римы – это не только и не столько хронологический порядок, сколько уровни развития государства. Где Третий Рим высшая ступень этого развития. В том числе и поэтому, четвертому Риму не бывать.

Известно упрощение: Первый Рим – юристы, Второй – богословы. В предложенной логике Третий Рим, видимо, должен иметь в себе то и другое и развить это в нечто «своё». Чтобы перейти к этому «своему», обратимся к символам этого корабля – к нашим государственным символам. Попутно будем разбираться и с развитием наследия.

Двуглавый Орёл. Этот таинственный символ нам достался в наследство от Византии без пояснений. Толковать его у нас пытались и пытаются по-разному. К тому же, в разное время он был с одной, двумя, тремя коронами или вовсе без них. И каждый раз эта символика имела, в разной степени, сомнительные объяснения. Например, считалось, что три короны символизируют три покоренных царства: Сибирское, Астраханское и Казанское. Две головы – духовную власть и светскую, «диархию» Царя и патриарха. Или короны – это троевластие законодательной, исполнительной и судебной ветвей власти, а две головы у орла, потому, что Россия простирается на две части Света. Всё это, как и прочее подобное, очевидно, принято вне соответствия «с глубокими цивилизационными константами – проверенными веками идеологическими ориентирами» без «опоры в истории». Соответственно и оказываются «долгосрочно не устойчивыми» (см. ст. Б.Я. Рапопорта), придуманными на злобу каждого дня истории. Они никак не объединяют не то, что три Рима в единую логику развития, но даже в нашей отечественной истории не прослеживается преемственность. Иначе говоря, объяснения каждый раз оказываются «притянутыми за уши».

Между тем, связь с триадой есть, и она вполне прямая и очевидная. Судите сами.

Православие. Третий Рим – это библейский Катехон, Удерживающий, Божий полюс мiра, оплот Православия на Земле, а Москва – «град Царя и синклита». Да и сами русские, из двух сотен языческих племен, родились в один народ в крещенской купели Днепра. Это главные причины мессианства в нашем цивилизационном коде, о котором пишет Б.Я. Рапопорт.

В раскрытие термина «Православие» укладывается и особая роль Русской Православной Церкви в становлении и развитии государства России, и Её особые права в нашем Отечестве. Права эти заключаются в Её основы-полагающей роли в государстве. Она же, вся Русская Православная Церковь, является еще и первой ветвью учредительной власти в нём. К последнему утверждению вернемся ниже.

Самодержавие. Это единственная, предписанная Богом, форма организации народов: «…поставь над собою царя, которого изберет Господь, Бог твой; из среды братьев твоих поставь над собою царя; не можешь поставить над собою [царем] иноземца, который не брат тебе» (Втор. 17:15).

Известно утверждение, что Самодержец не ограничен никем и ничем, только Богом. Но, на наш взгляд, говоря об ограничениях, одного этого утверждения недостаточно. Есть еще и предварительные ограничения, следующие из приведенного выше Божественного Откровения. И самое важное из них: Царь должен быть избран исключительно и только Господом Богом. Поэтому только Богом он и ограничен. Кроме того, обязательно, чтобы был не иноземец и из братьев (в новозаветное время, очевидно, христианин). Как этот принцип реализовывался в нашей истории на практике? По-разному. Подробности здесь оставим.

В прошлом труде указывался единый (сквозной) принцип устроения Вселенной – принцип устроения семьи. По этому принципу устроена семья, Церковь, Царство. Относительно «избрания» Царя был употреблён забытый, но единственно применимый в данном случае русский термин «обрание», близкий по смыслу к понятиям «собирание плодов» и «обретение». По верному утверждению нашего доброго друга историка Л.Е. Болотина (см. его выступление на конференции «Русского Собрания» в Суздале 2025 г. «О Соборах 1598 и 1613 годов»): «словосочетание «обрание Царя» содержит цивилизационный код Русского Народа, наше грядущее...». Леонид Евгеньевич приводит значение греческого оригинала «собирание винограда». На наш взгляд, в русском языке значение этого понятия шире. Для любого верующего вполне понятна мысль «Богу только самое лучшее и самое дорогое». Это касается и «каждого первенца, разверзающего всякие ложесна» и домашних животных (Исх. 13:2), и начатков урожая (Исх. 23:19). Поэтому, это не вообще «сбор винограда», а обирание первых, самых лучших, плодов с лозы. Такое «обирание» вполне соответствует принципу выдвижения ставленников на выбор Богу, после чего, это уже «обретение». «Обрание» – ёмкий, самобытный и самостоятельный исторический термин, описывающий этот процесс.

Народность. На наш взгляд, «Народность», это не народный характер, обычаи, нравы или то, что теперь именуют «традицией». Вообще, все эти модные досужие разговоры о «традиционной семье», «традиционном обществе», «традиционных ценностях» без упоминания собственно русской религиозной традиции, пошлы в своей примитивной пустоте или манипулятивности. «Говорить о традиции, не называя имени этой традиции – лить воду в решето […] – вся Великая Русская Культура, это один огромный комментарий к Евангелию» (см. видеоконференция «Причины отсутствия мира. Павел Щелин. Протоиерей Андрей Ткачёв», 2025). Это, и только это, наша историческая традиция. Посему, для понимания того, что есть «Народность» в контексте формулы устройства Третьего Рима, в контексте исторической традиции, необходимо рассмотреть важнейшую функцию этой «Народности» в «обрании» Православного Самодержца. Здесь крайне важно выделить три принципиальных решения.

Первое решение. Правовое. Здесь наследие Первого Рима, его римское право и созданный им достаточно совершенный механизм государства. Сюда же отнесём признание источником власти Бога и идею «Божественного Откровения», как основу права Второго Рима – Византии (в пику современным «правам человека», где центром является человек – в пределе, падший человек, за спиной которого, враг рода человеческого). Решение это: установление двух ветвей государственной учредительной власти – высшее правовое развитие первых двух Римов в Рим Третий. Первой ветвью должна являться православная община Империи (Поместная Церковь), членом которой только и может быть Самодержец. Второй ветвью учредительной власти – Земства.

Второе решение. Богословское. Обе учредительные власти, на основании Божественного Откровения (Втор. 17:15), осознанно и добровольно, от имени своих избирателей, передают выбор Самодержца Богу. Организуют этот выбор. Выборные от всех земель (Земств) избирают самых достойных из народа, ставленников, на выбор Богу. Господь жребием (Пс. 30:16) или иным образом, но прямо и очевидно для всех, указывает Земскому собору своего избранника.

Третье решение. Богословско-правовое. Обе представительных ветви государственной учредительной власти принимают решение о заключении народами Империи завета с Богом. В согласии между собой и в единении с Богом, вручают власть над собою Избранному Божию. Обе учредительные власти, от лица представляемых ими народа Божия и народов Империи, принимают Богом избранного Самодержца как обретение и приносят ему верноподданническую присягу.

Как только Самодержец венчается и помазывается на Царство, он становится женихом, главой Поместной Церкви. Главой государства, мужем «семьи семей» и отцом народов. Поэтому «Царь-батюшка».

Каноническая задача патриарха Поместной Церкви печаловаться за народ Божий перед Царём. В семье это соответствует задачам матери. В той же логике семьи, задача Земств та же, печаловаться за иноверные народы и неверующее население Империи. Ситуация описана в Писании: «жена неверующая освящается мужем верующим. Иначе дети ваши были бы нечисты, а теперь святы» (1Кор. 7:14). В этом отличие Самодержавного управления многоконфессиональной Православной Империи от, например, монорелигиозного ветхозаветного Израиля, в котором только и возможна была теократия, т.е. прямое управление Богом через пророков.

Если всё так, то термин «Народность» в триаде описывает именно эту особенность Третьего Рима, вторую ветвь учредительной власти – Земства.

Возвращаясь к толкованию символизма государственного герба. Единственно возможным нам представляется следующее: две головы орла – это две ветви учредительной власти единого государства. Поэтому на обеих малые короны. Объединение их под единой большой короной, обозначает их сознательное и добровольное призвание и признание господином над собой Избранного Божьего.

Имперский флаг. Имперским флагом, некоторые называют черно-желто-белый триколор. Другие, и не без оснований, утверждают, что флаг злонамеренно перевернут. Каждые предлагают свою трактовку цветов флага, но все эти толкования выглядят столь же поверхностными, как и с гербом.

Как утверждалось выше, уваровская триада являет собой формулу устройства Третьего Рима, следовательно, и толкование символики флага Третьего Рима должно быть увязано с этой его формулой устройства: белый цвет символизирует чистоту Православия, что вполне соответствует условию самого графа о том, что должны охраняться все догматы Церкви, кроме того, это указывает на приоритет Православия в государстве; желтый цвет символизирует Золото Самодержавия, является указанием на единственную благословленную Богом и, следовательно, единственно же возможную форму государственного устройства Православной Империи; чёрный цвет символизирует Мудрость Земств – института, посредством которого, народы Империи заключили завет с Богом.

В заключение о символах государства. Не станем, в след за Конфуцием, утверждать, что «миром правят символы и знаки», но оговоримся: символов, ничего не означающих, не бывает по определению. Значение государственных символов – это не вопрос легкомысленных суждений, подогнанных под историческую конъюнктуру для подмены сути и мотивации событий прошлого. Такой подход, в самом деле, «заточен» на слом цивилизационного кода государствообразующего Русского Народа. Следовательно, обрекает и саму Державу на очередные провальные эксперименты и неизбежные катастрофы в грядущем. Это должно быть очевидно всем. Хотя бы на уровне здравого смысла.

О «константах», о «национальном и цивилизационном кодах», о «национальной идее», о «государственной идеологии». По сути – это одно и то же. Рассуждая об этом нельзя обойти вопрос цели и средств. Если цель – служение Богу, то средством к её достижению оправдана даже коммуна. Вспомним первую апостольскую общину с обобществлением имущества и самоотверженным служением Богу и ближнему. Но если из этого служения устраняется Бог, а служение ближнему становится средством достижения, например, коммунизма, как конечной цели, то сам коммунизм превращается в религиозного идола. Равно как и прочие «…измы» объявляющиеся целью. Верит человек в Бога или верит в «…измы», служение им, как целям, это всегда библейское творение кумиров.

Любая истина полностью воплощается только в пределе. Если целью объявлено построение Третьего Рима, в пределе – это декларация миссии библейского Удерживающего, спасения народов, служение Богу. Если целью объявляется какой-либо «…изм», то в пределе – неминуемая катастрофа, т.к. это уже служение врагу рода человеческого. Третьего пути не существует.

Сергей Иванович Халин, православный публицист, Ярославская область

От редакции. Напомним, что данная статья не первая, где обсуждалась статья заместителя начальника управления Президента по мониторингу и анализу социальных процессов Бориса Яковлевича Рапопорта. Ранее на РНЛ были опубликованы также таксты: В.Д. Евсикова «Триада Уварова и триада Рапопорта: какая убедительнее?»; А.В. Руденко «Администрация Президента придает новый импульс идеологической дискуссии»; Н.И. Юдиной «Русское дело ещё впереди»; того же С.И. Халина «О ценностно-смысловых линиях» и главного редактора РНЛ А.Д. Степанова «Какие смыслы должна нести новая идеология?».