Из 205 российских военнопленных, опрошенных с марта 2023 года, 104 рассказали о пытках и других формах жестокого обращения, что свидетельствует о сохраняющейся тенденции.
Основными методами пыток были жестокие избиения, включая удары по коленям и суставам, угрозы убийства или физического насилия, а также удары электрическим током, передает РИА Новости.
Наши освобожденные бойцы говорят: то, что творят ВСУ, — это Дахау, Собибор и Гуантанамо вместе взятые.
«Сначала украинцы притапливали водой. Накрывали лицо и топили. Потом нагрели трубу и начали прижигать спину, ноги. Потом содрали кожу жженую и стали солить меня, присыпали солью».
«Украинцы стали бить меня прикладом и ногами. Хотели украсть обручальное кольцо. Оно не слезало, и они мне просто сломали палец. Выкрутили его, а потом кольцо сдернули. Потом привезли в свое расположение под Покровском, раздели догола, надели мешок на голову, вывели во двор и прострелили ноги из автомата Калашникова насквозь».
«В концлагере «Запад-4» в Львове было порядка 800 человек. Порядка 90% хохлы подвергали до этого пыткам. Нашу группу, которая попала в плен, били дубинками. Ребят на электрическом стуле пытали. Собак натравливали. Они были все покусаны. У одного из людей после натравливания собак [отсутствует] мизинец на правой руке».
Одна из излюбленных пыток, которые применялись к российским пленникам, называется «Багдад», пояснил Максим Григорьев. Это издевательство, придуманное американцами. Человеку на лицо кладут салфетку и льют на лицо воду. Дышать в таком состоянии невозможно.
Таких свидетельств множество.
Ни в чём нравственное противостояние Запада и Востока не проявляется ярче, чем в воинской этике.
В одном из древнейших художественных текстов повествуется о поединке двух эпических героев: Ахиллеса и Гектора. Гектор (троянец) предлагает Ахиллесу (ахейцу/данайцу) честный поединок с отданием всех воинских почестей павшему:
«…Ныне же сердце велит мне
Стать и сразиться с тобою; убью или буду убит я!
Прежде ж богов призовем во свидетельство; лучшие будут
Боги свидетели клятв и хранители наших условий:
Тела тебе я не буду бесчестить, когда громовержец
Дарует мне устоять и оружием дух твой исторгнуть;
Славные только доспехи с тебя, Ахиллес, совлеку я,
Тело ж отдам мирмидонцам; и ты договор сей исполни».
Ахиллес решительно отказывается:
«Гектор, враг ненавистный, не мне предлагай договоры!
Нет и не будет меж львов и людей никакого союза;
Волки и агнцы не могут дружиться согласием сердца;
Вечно враждебны они и зломышленны друг против друга, —
Так и меж нас невозможна любовь; никаких договоров
Быть между нами не может, поколе один, распростертый,
Кровью своей не насытит свирепого бога Арея!
Все ты искусство ратное вспомни! Сегодня ты должен
Быть копьеборцем отличным и воином неустрашимым!
Бегства тебе уже нет; под моим копьем Тритогена
Скоро тебя укротит; и заплатишь ты разом за горе
Другов моих, которых избил ты, свирепствуя, медью!».
Исход противостояния известен. Смертельно раненный Гектор умоляет противника:
«Жизнью тебя и твоими родными у ног заклинаю.
О! не давай ты меня на терзание псам мирмидонским;
Меди, ценного злата, сколько желаешь ты, требуй;
Вышлют тебе искупленье отец и почтенная матерь;
Тело лишь в дом возврати, чтоб трояне меня и троянки,
Честь воздавая последнюю, в доме огню приобщили».
Ахиллес беспощаден к умирающему:
«Тщетно ты, пес, обнимаешь мне ноги и молишь родными!
Сам я, коль слушал бы гнева, тебя растерзал бы на части,
Тело сырое твое пожирал бы я, — то ты мне сделал!
Нет, человеческий сын от твоей головы не отгонит
Псов пожирающих! Если и в десять, и в двадцать крат мне
Пышных даров привезут и столько ж еще обещают;
Если тебя самого прикажет на золото взвесить
Царь Илиона Приам, и тогда — на одре погребальном
Матерь Гекуба тебя, своего не оплачет рожденья;
Птицы твой труп и псы мирмидонские весь растерзают!..
Умирай! а мою неизбежную смерть я
Встречу, когда ни пошлет громовержец и вечные боги!».
Над телом Гектора начинается общегреческое глумление: сбежавшиеся греки дают волю своей трусливой ярости:
«Сбежались другие ахейские мужи.
Все, изумляясь, смотрели на рост и на образ чудесный
Гектора и, приближаяся, каждый пронзал его пикой.
Так говорили иные, один на другого взглянувши:
«О! несравненно теперь к осязанию мягче сей Гектор,
Нежели был, как бросал на суда пожирающий пламень!»…».
Но всех, конечно, превосходит Ахиллес:
«…он недостойное дело замыслил:
Сам на обеих ногах проколол ему жилы сухие
Сзади от пят и до глезн и, продевши ремни, к колеснице
Тело его привязал, а главу волочиться оставил;
Стал в колесницу и, пышный доспех напоказ подымая,
Коней бичом поразил; полетели послушные кони.
Прах от влекомого вьется столпом; по земле, растрепавшись,
Черные кудри крутятся; глава Приамида по праху
Бьется, прекрасная прежде; а ныне врагам Олимпиец
Дал опозорить ее на родимой земле илионской!
Вся голова почернела под перстию».
И всё это варварское действо разворачивается на глазах отца, матери и жены погибшего, наблюдавших за поединком с крепостной стены.
Таков стандарт поведения западного воина, «данайца» по своей духовной родословной. Мы же всё-таки «Третий Рим» и духовно принадлежим к «троянской» традиции, которая, в отличие от «быстроногого» (и только-то) Ахилла, основательно именует Гектора «благородным».
Подлость Запада, нынешнее гнусное поведение Запада в отношении наших пленных военнослужащих нас не должно удивлять. Потомки «данайцев» и не могут иначе, а только так:
«на обеих ногах проколол ему жилы сухие
Сзади от пят и до глезн и, продевши ремни, к колеснице
Тело его привязал, а главу волочиться оставил».
Эта почтенная воинская «традиция» пережила тысячелетия, войдя в плоть и кровь западного мира, преклоняющегося перед педерастической Элладой.
Вся наша политическая т.н. «элита» так и норовит следовать за данайской традицией, подражая Западу во всех его гнусностях. Но другой великий античный рапсод — римлянин Вергилий — из глубины веков подаёт нам, продолжающим наивно доверять продажным «вождям», важный совет:
«Бойтесь данайцев и дары приносящих».
Самое время прислушаться.
Константин Владимирович Путник, православный публицист
