Звучит, может быть, и страшно, но справедливо: даже такая мерзкая вещь, как война, может помочь увидеть свет в душе человека. Там, где выбор «или – или», люди, выбирая добрую сторону, сами становятся добрее. Человечнее.
Человек испытывает естественную потребность в делании добра, доброделании. Без этого, как показывает практика, мы превращаемся в обычный гламурятник-скотомогильник. Вспомним религиозные призывы «брать от жизни всё», «любить себя», «побаловать свои пяточки» и прочую ересь – во что превратилось наше когда-то человеческое общество, искренне следуя этим призывам? Инстинктивное отторжение этого самоубийственного для души, ума и тела агрессивного гедонизма, слава Богу, заметно. Люди сопротивляются.
Я говорю о всё возрастающем количестве тех, кто участвует в добровольческом движении в восстановлении Донбасса. О тех, кто использует малейшую возможность, чтобы помочь пострадавшим от нацизма на нашей земле. Благотворительные проекты – Православной Церкви и светские – находят всё больший отклик и понимание в людях. Тысячи, десятки тысяч едут в ДНР и ЛНР, чтобы ухаживать за ранеными в госпиталях, строить дома, разносить по адресам продукты, устраивать концерты, поработать в пострадавших от войны монастырях…
Однажды, во время очередной своей поездки, я посмотрел на карту, где руководитель группы добровольцев флажками отметила места, откуда же приезжают участники добровольческого движения. Знаете, самой карты я и не увидел: она была похожа на огромного ежа, принявшего очертания России. То есть добровольцы были решительно отовсюду: Анадырь, Якутск, Питер, Грозный, Мурманск, Южно-Сахалинск, оба Новгорода – из всех, считай, городов и весей страны. Самые разные национальности: русские, корейцы, якуты, чеченцы, немцы, украинцы – в общем, вся Россия во всем многообразии. Никогда не слышал столько языков и наречий в одном месте – впечатление незабываемое.
Сибиряки и жители Дальнего Востока поражают: «Смена длится неделю, максимум десять дней, а я летел/-ла через всю страну! Не-ет: остаюсь еще на две-три недели!»
Скромные девушки из нашего Нечерноземья ничуть не уступают: «Понимаете, у меня сейчас отпуск, и я подумала, что стыдно было бы его провести, валяясь на каком-нибудь турецком пляже или на этих, как их, Мальдивах. Стыдно же – я лучше нашим людям помогу, правда?»
Молодые парни, казалось, совсем местные, улыбаются: «Это мы недавно стали местными! Приехали на пару недель полгода назад, поработали в госпитале, а потом, знаете, как-то сроднились с Донбассом. Вот и остались. Даже местный говор усвоили. Хотя и родной вятский не забыли».
А вот приятели, суровые такие северные мужики (потребовалось время, чтобы пошли на разговор), объясняют свое присутствие:
- Понимаешь, с одной стороны, ты здесь ближним хоть как-то помогаешь, чем можешь. А с другой, ты себя спасаешь. Да-да, чего удивляешься? Всё просто: если бы я остался дома, то, похоже, валялся бы на диване, пил бы беспробудно и проклятиями сыпал – советами бы всякими с телевизором делился. У нас сейчас какой-то ужас начался в смысле пьянства: на каждом шагу – «наливайки», алкомаркеты, ларьки пивные. Народ мрет просто. Вот мы и сбежали, чтобы спастись. Здесь, хоть и бесплатный, но труд, а не пьянка. И ты видишь, что люди тебе благодарны, – вот и вся хитрость. Потом, когда домой приезжаешь, смотришь совершенно другими глазами на ту, мутную, реальность, на развязную молодежь, хамоватых чиновничков, в себе души не чающих, и думаешь: «Вас бы, голуби мои, сюда, поближе к фронту, хоть на месяцок-другой – ох, как бы заговорили».
Кто-то приехал по обету:
- Мы с супругой пообещали Богу поработать в какой-нибудь нашей обители. Да, сами из Донецка Ну, то есть из Авдеевки, это рядом. А, знаешь? Ну хорошо тогда. Просим молиться. Разумеется, о всех наших тоже молимся!
Вот так – встретишься, поговоришь с людьми, послушаешь их истории – и приходишь к выводу: Святая Русь – не прекраснодушная маниловщина, не благочестивые бесплодные мечтания, а действительность. Причем, действительность светлая. Да, воюющая, борющаяся – как иначе. Понятно, те, кто борется, далеко не всегда в светлых латах, чистых халатах, выглаженных рабочих костюмах и блестящих ботиночках. Кстати, эти люди и не считают себя кем-то особенным, рассуждать о высоких материях и святости в свой собственный адрес уж точно не будут (суровые северные мужики вообще бы обиделись, думаю). Но вы бы видели их глаза, когда их от души благодарят жители Донбасса за помощь!
Повторяю: как это ни странно, а то и страшно звучит, война дает нам возможность открыть в себе те качества, благодаря которым мы можем называть себя людьми. Если мы запремся в своем эгоизме, усвоим «заповеди» самоублажения, будущее у русских самое печальное, на мой взгляд. Именно здесь идет война: народ мы или так – в «наливайку» вышли. Выбор за нами.
Петр Михайлович Давыдов, публицист
_2.jpg)
