Ответ утвердительный! Мало того: некоторые приходы страдают определённой «болячкой» под названием «свой-чужой». Если человек не принадлежит определённому «костяку», схожему с сектантской «верхушкой», считающей себя «избранными», то ему не место в жизни прихода, если таковая имеется. Легче всего такая тенденция прослеживается на небольших приходах, где прихожан-то, человек тридцать или чуть больше.
Что подразумевается под «жизнью» прихода? Это определенный круг людей, который не хочет ограничиваться просто одной Литургией: пришёл, отстоял, пообнимался с друзьями-подружками во время Евхаристического канона, поумилялся, посюсюкался, поковырялся в носу и ушёл. Приход превращается в клуб по интересам. Вместо внимания к Богослужению – обсуждение насущных проблем. А если ещё сделать вид, что ты такой «участливый», показать себя «заботливым» и начать выстраивать очередь к Чаше, не имея на то благословения, тогда вообще, можно считать, что ты благодать заработал.
После Литургии необходимо общение по вопросам, волнующим многих. Хотя бы о последовательности суточного круга Богослужений, значении того или определённого момента, как-то Шестопсалмия на вечерней службе и соединения с Утреней. Для чего нужны Девятый, Шестой, Третий и Первый часы, о символизме возгласов на Литургии «Святая святым», и о других. Это обязательно должно доноситься до каждого, кто переступил порог храма!
Важны вопросы духовно-нравственного состояния общества, ибо противостоять вызовам растущей ненависти людей друг к другу, раздражительности и чванства становится всё труднее. А о значении Христианских праздников, их историко-духовных факторах, разбирая «по полочкам», должно говориться, как и изучение Житий святых. Например, устраивая скромное чаепитие в воскресенье, читать Четьи-Минеи, а потом вести разъяснительную беседу.
Самым опасным явлением на приходах можно назвать возникновение так называемой «приходской элиты», кучки из трёх-четырёх человек, где возникают свои правила, основанные на симпатии или антипатии: если не понравился человек, его сразу элита приписывает к «посторонним».
Могут ли в Церкви быть посторонние? Делил ли Господь наш Иисус Христос в Нагорной Проповеди на «своих» и «чужих»? А как же забота о сирых и убогих? Или с прихода убудет с куска хлеба и чашки чаю? Вот эти «приходские элиты» начинают брать на себя функции настоятеля, и опять же, применяя принципы, выстроенные чисто на человеческих качествах, забывая о Христианской любви, как в детском саду, где «мы возьмём тебя в свою игру, а тебя – не возьмём, потому что у тебя нет крутых кроссовок или планшета». Мы перед Господом все равны.
Кучкование на «приближённых» и «посторонних» ведёт к разъединению христианской общины, коей является каждый приход, где каждый из нас, объедененный Чашей, Евхаристией, должен доносить до приходящего Евангельскую Истину «Да любите друг друга». Всем известна притча о мытаре и фарисее, где ясно показано, кто ближе к Богу, а кто делает вид, что Его любит, насмехаясь над рваной одеждой и босыми, натруженными ногами, кои изранены острыми камнями нелёгкого пути к Спасителю.
Получается, что приступая к Чаше Спасения, приобщившись Святых Таин, мы называем себя христианами, а выйдя из храма, вытаскиваем из себя гордыню, лишаясь Благодати.
Оказавшись в Церковной Ограде, необходимо отбросить свои мирские понятия, страсти и привычки. Если мы не любим брата своего, любим ли мы Бога?
Михаил Юрьевич Красильников, православный журналист, Приморский край, Находка
.jpeg)
