Первый революционный комендант Петрограда

Борис Александрович Энгельгардт (1877—1962)

Как сообщалось, в рамках рубрики «Исторический календарь», мы начали новый проект, посвященный приближающемуся 100-летию революции 1917 года. Проект, названный нами «Могильщики Русского царства», посвящен виновникам крушения в России самодержавной монархии ‒ профессиональным революционерам, фрондирующим аристократам, либеральным политикам; генералам, офицерам и солдатам, забывшим о своем долге, а также другим активным деятелям т.н. «освободительного движения», вольно или невольно внесшим свою лепту в торжество революции ‒ сначала Февральской, а затем и Октябрьской. Продолжает рубрику очерк, посвященный Б.А. Энгельгардту - гвардейскому полковнику и депутату Государственной думы, сыгравшему хоть и короткую, но крайне важную роль в революционных событиях весны 1917 года. 

Энгельгардт Б.А.

Борис Александрович Энгельгардт не принадлежит к числу самых известных участников Февральской революции, однако ему довелось сыграть в ней не последнюю роль. Именно он стал первым революционным комендантом Петрограда, тем самым взяв на себя значительную долю ответственности за происходившие в столице империи революционные выступления.

Б.А. Энгельгардт родился 7 июля 1877 года в православной дворянской семье Смоленской губернии, имевшей швейцарские корни. Его отец Александр Петрович Энгельгардт (1836‒1907) был видным военным деятелем, генерал-лейтенантом и выдающимся артиллерийским конструктором, создателем первой в мире полевой мортиры. Окончив привилегированный Пажеский корпус (1896), Энгельгардт начал свою воинскую службу в лейб-гвардии уланском полку. Затем последовало обучение в Николаевской академии Генерального штаба (1903), по окончании которой он был назначен командиром эскадрона 2-го Нерчинского полка. Когда началась война с Японией, в звании есаула Энгельгардт отправился на театр военных действий в качестве помощника старшего адъютанта управления генерал-квартирмейстера 1-й Маньчжурской армии. В 1907 г. Энгельгардт состоял старшим адъютантом штаба 8-й пехотной дивизии, но уже в мае следующего года по состоянию здоровья вышел в отставку.

Энгельгардт Б.А.

Поселившись в родовом имении в Могилевской губернии, крупный землевладелец Энгельгардт занялся сельским хозяйством, прославившись тем, что практиковалпочерпнутые им во время поездки в Данию новейшие достижения агрономии и агротехники, а также образцовыми винокуренным заводом и сыроварней. Одновременно с этим Энгельгардт занимался и общественной работой, являясь уездным земским гласным.

Политическая карьера Б.А. Энгельгардта началась с 1912 года, когда он был избран депутатом IV Государственной Думы от Могилевской губернии. Незамеченный ранее в оппозиционных настроениях и, тем более, чуждый революционных устремлений, Энгельгардт вошел во фракцию центра, представлявшую собой объединение умеренно-правых депутатов, стоявших на монархических позициях, но выступавших за необходимость широких реформ (фракция занимала место между националистами и октябристами). В Думе Энгельгардт определенно не относился к числу ее лидеров и лучших ораторов, но активно работал в целом ряде комиссий, в том числе и в комиссии по военным и морским делам.

С началом Первой мировой войны офицер Энгельгардт посчитал своим долгом отправиться на театр военных действий, и в 1914‒1915 гг. в звании полковника занимал различные должности в штабе гвардейского корпуса, исполнял должность начальника штаба в боях под Ивангородом и Ломжей, был награжден Георгиевским оружием. Его воинская служба закончилась летом 1915 года, когда согласно Высочайшему указу депутаты, находившиеся на фронте, были возвращены к думской работе. Вернувшись осенью в Петроград, Энгельгардт активно включился в политическую и общественную работу, стал членом Особого совещание для обсуждения и объединения мероприятий по обороне государства.

Энгельгардт Б.А.

Как известно, 1915 год стал годом тяжелых поражений Русской армии и роста оппозиционных настроений в обществе. Этим воспользовался либеральный лагерь, перешедший от «священного единения» с Царем и правительством, объявленного в 1914 году, к «патриотической тревоге», а затем и к «штурму власти». В августе 1915 года возник Прогрессивный блок, объединивший шесть оппозиционных думских фракций (от кадетов до прогрессивных националистов), требовавший широкой программы либеральных реформ, а также введения в стране «министерства общественного доверия» (по сути, министерства, ответственного не перед Царем, а перед оппозиционным большинством Думы). Б.А. Энгельгардт, поддавшись этим настроениям, также оказался в рядах оппозиции. Перейдя по настоянию М.В. Родзянко во фракцию земцев-октябристов (1915), он с 1916 года стал активным участником Прогрессивного блока, сторонником министерства доверия и, кажется, искренне стал верить, что Император, якобы подпавший под влияние Распутина, не способен довести страну до победы и ведет ее к краху.

Граф А.А. Игнатьев так передает тогдашние настроения своего бывшего товарища по Пажескому корпусу: «"Неужели у нас помышляют о мире с немцами?" - спросил я Энгельгардта, выходя с обеда и прогуливаясь по Елисейским полям. (...) "Нет, (...) все (...) неприятности исходят от распутинской и тесно связанной с нею сухомлиновской клики. Она бесспорно сильна, но мы с ней справимся". "Но каким способом?" - спросил я Энгельгардта. "Да, пожалуй, придется революционным", - не особенно решительно ответил мой старый коллега. - "Опасаемся только, как бы "слева" нас не захлестнуло"».

Не удивительно, что Февральскую революцию гвардии полковник Энгельгардт встретил с полным сочувствием. Впрочем, не один он. Отмечая настроения, царившие во время крушения самодержавной монархии в привилегированном гвардейском Преображенском полку, Энгельгардт отмечал: «Настроение офицеров было повышенное, бодрое. В их отношениях к Царю чувствовалась большая перемена: видно было, что Николай II утратил симпатии даже среди офицеров наиболее близкого к нему полка. Они не только не рвались на его защиту, но ставили себя в распоряжение учреждения, которое не так давно многие из них считали "крамольным". Они включились в революционное движение, в тот момент, не давая себе отчета в том, чем грозит им революция».

Пользовавшийся особым расположением председателя Государственной думы М.В. Родзянко, Энгельгардт возглавил военную комиссию Временного комитета Государственной думы (ВКГД), занимавшуюся организацией восставших войск, и вскоре был назначен революционным комендантом Петрограда. «Энгельгардт привлек к себе внимание уже в первые дни Февральской революции, когда 26 февраля по просьбе депутатов Думы ездил в казармы Павловского полка с целью "принести оттуда точно проверенные сведения" о восстании павловцев, ‒ отмечает историк революции А.Б. Николаев. ‒ На решение поставить Энгельгардта во главе Военной комиссии, несомненно, повлияло и то, что он был офицером - полковником Генерального штаба».

ВКГД 

«Особенную энергию проявляет Военная комиссия, во главе которой становится Гучков, ‒ вспоминал жандармский генерал А.И. Спиридович. ‒ К ней неохотно, но присоединяется и тот, действительно, революционный "штаб", та небольшая революционная группа с Масловским, Филипповским и другими, которая первой начала вчера что-то делать. Но настоящий штаб формирует одевшийся в военную форму отставной полковник Энгельгардт. (...) Штаб уже знает, конечно, что на Петроград "двигается" Иванов... Штаб делает распоряжения о занятии революционными войсками вокзалов, дворцов и иных важных пунктов. О прекращении грабежей и разгромов, об аресте стреляющих с крыш из пулеметов. Последняя легенда была самой популярной тогда. Но особенно тревожит штаб оборона вокзалов и самого Таврического дворца. Кто знает, как будут действовать части, которые двинутся на столицу с фронта... С утра в Думу приводят и привозят арестованных видных деятелей царского режима Их арестовывает каждый, кто хочет. Но есть и список кого нужно взять, санкционированный, будто бы, Комитетом. Привозят арестованного, якобы, за измену престарелого Штюрмера и как бы для курьеза, чтобы скрыть все следы настоящих изменников и шпионов военного времени, Энгельгардт утром отдает приказ некоему "Наезднику Сергею Архипову", с нарядом в 50 человек, арестовать в д. № 41 по Знаменской улице Контрразведывательное Отделение Штаба Округа, с его начальником полковником Якубовым. Арестовали генерала Курлова, митрополита Питирима, председателя Союза Русского народа Дубровина, сенатора Владимира Трепова, всех офицеров Губернского Жандармского Управления, кроме начальника. Начальник Управления генерал Волков убит толпой. А управление подожжено».

После того, как ВКГД установила контроль над Главным телеграфом и Главным почтамтом, 1 марта 1917 года Энгельгардт отдал приказ задерживать все шифрованные телеграммы «вплоть до особого распоряжения». Энгельгардт как председатель Военной комиссии отдал приказ о занятии революционными войсками Адмиралтейства и по приказу Родзянко отправился в казармы Преображенского полка, проведя беседу с его командиром и офицерами, которые изъявили желание перейти на сторону Государственной думы. «Энергичный, юркий комендант передал Преображенцам поручение Комитета: атаковать отряд Хабалова и арестовать правительство, что, однако, выполнено не было. Около 3 часов ночи Энгельгардт приехал в офицерское собрание Преображенцев. Он передал благодарность Комитета. "Энгельгардт подчеркнул офицерам решающую, положительную роль Преображенского полка в борьбе Госуд. Думы и народа со старым правительством. - Знайте, господа, ваше геройское решение первыми придти к нам на помощь, прекратило все колебания Родзянки встать во главе Исполнительного Комитета Думы. Теперь можно сказать, что мы уже победили"», ‒ пишет в своих воспоминаниях А.И. Спиридович со ссылкой на книгу И.С. Лукаша «Преображенцы».

И именно Энгельгардт издал приказ, сыгравший далеко не последнюю роль в торжестве революции в Петрограде  запретил офицерам под страхом смертной казни разоружать восставших солдат.

«Этот приказ, ‒ отмечает историк А.Б. Николаев, ‒ пожалуй, явился наиболее важным эпизодом в деятельности Энгельгардта на посту председателя Военной комиссии. А.Ф. Керенский, сравнивая приказ Энгельгардта и приказ №1, вспоминал, что раздел приказа №1, "касающийся офицеров, заподозренных в контрреволюционной деятельности, был написан в значительно более мягких выражениях, чем те, которые использовал Энгельгардт". Керенский продолжал: "В нем не содержалась угроза смертной казни". Трудно сказать, имел ли приказ Энгельгардта практическое значение для сохранения хрупкого мира, сложившегося между офицерами и солдатами к 1 марта. Но то, что левые получили прекрасный пропагандистский козырь, неоспоримо. Достаточно привести слова Ю.О. Мартова, сказанные им 10 октября 1917 г. на заседании Предпарламента: "Часто, при страстной полемике напоминают знаменитый приказ №1. Но я позволю себе напомнить, что одновременно с приказом №1 был опубликован приказ, подписанный комендантом Петрограда, назначенным самочинно Врем[енным] комитетом Гос[ударственной] думы бар[оном] Энгельгардтом. Этот приказ гласил: солдатам предписывается разоружать контрреволюционных офицеров и в случае сопротивления не останавливаться перед расстрелом. Приказ № 1 этого не говорил"».

Революция в Петрограде 

«Крайне неприятное впечатление произвел приказ военного губернатора, члена Государственной Думы и подполковника генерального штаба Энгельгардта, грозившего всякими репрессиями офицерам за якобы отбирание оружия у солдат, что совершенно не имело места, а было как раз наоборот», ‒ отмечал в своих воспоминаниях генерал-лейтенант Э.А. Верцинский. «Этот юркий полковник, ‒ вспоминал А.И. Спиридович, ‒ из желания ли подделаться под настроение толпы или по растерянности, успел отдать по гарнизону приказ, воспрещавший офицерам отбирать у солдат оружие, причем грозили виновным строгими наказаниями до расстрела включительно. Такой приказ настраивал солдат на офицеров. Он был как раз на руку Исполкому и его главному идеологу Суханову-Гиммеру...». Сам же автор приказа объяснял его так: он был суровым предупреждением для тех, кто мог решиться на попытку «возврата к старому», а этого возврата гвардии полковник Энгельгардт не желал.

С апреля 1917 года Энгельгардт работал в Военной комиссии под председательством генерала А.А. Поливанова, созданной по приказу военного министра Временного правительства А.И. Гучкова для подготовки проекта реформ в армии; был членом Исполкома Совета офицерских депутатов г. Петрограда, его окрестностей, Балтийского флота и Отдельного корпуса пограничной стражи. Октябрьской революции он, естественно, не принял и летом 1918 года, после начавшихся вслед за убийством Урицкого арестов, бежал из Петрограда. Оказавшись вне досягаемости большевиков, Энгельгардт присоединился к белому движению. С осени 1918 года он был заведующим политической частью представительства Добровольческой армии в Киеве, с декабря того же года - в Одессе, а весны 1919-го ‒ стал помощником управляющего отделом пропаганды (ОСВАГа) Особого Совещания при Главнокомандующем Вооруженных сил Юга России. После краха белой борьбы, Б.А. Энгельгардт бежал за границу, жил в эмиграции во Франции, работал таксистом. Перебравшись в Латвию, бывший владелец скаковых конюшен стал тренером Рижского ипподрома.

Энгельгардт Б.А.

После вхождения прибалтийских республик в состав СССР, Б.А. Энгельгардт как белоэмигрант «не вредивший Советскому Союзу», был отправлен советской властью в административную ссылку, которую с 1940 по 1946 годы отбывал в Хорезмской области (по некоторым сведениям, мягкость приговора объяснялась еще и тем, что в эмиграции Энгельгардт сотрудничал с советскими спецслужбами). В это время Энгельгардт работал художником в Хиве, тренером Госконезаводства в Ургенче, на Ташкентском ипподроме и агрономом в Ташкенте. Во время Великой Отечественной войны, в 1943 году, он обратился лично к И.В. Сталину с просьбой отправить его как бывшего офицера в действующую армию, но эта просьба белоэмигранта была оставлена без внимания. Получив в 1945-м паспорт советского гражданина, Энгельгардт на законных основаниях вернулся через год в Ригу и устроился в Гидрометеослужбу переводчиком с французского, английского и немецкого языков. Последней его должностью стала работа секретарем судейской коллегии на Рижском ипподроме. Скончался Б.А. Энгельгардт 2 сентября 1962 года в Риге, где и был похоронен.

Подготовил Андрей Иванов, доктор исторических наук
Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Андрей Иванов:
«Это был очень искренний человек»
Вместе с тем, история В.М.Пуришкевича — назидательный рассказ о том, как незаурядный, одарённый человек в силу личных амбиций невольно стал одним из могильщиков того дела, которому служил
24.01.2020
На поприще исторической науки…
Авторы «Русской народной линии» протодиакон Владимир Василик и Андрей Александрович Иванов избраны профессорами СПбГУ
08.05.2019
«Пьянства и мордобоя не учинять — на то других дней хватает»
О «Старом новом годе» и традициях празднования новолетия на Руси
14.01.2019
Все статьи автора
"100-летие революции 1917 года"
Тайна молчания Государя
Ещё раз о загадке «отречения» Николая II
19.05.2020
Предал ли Государя адмирал Колчак в феврале 1917-го?
По поводу одной существенной ошибки
01.05.2020
На Россию нужно смотреть из вечности
Тогда всё станет на свои места
29.04.2020
Предисловие к «посткоронавирусной эпохе»
Наше природное прекраснодушие является первой помехой и преградой на пути успешного распутывания исторических клубков и петель криптоистории России
22.04.2020
Первая кровь Гражданской
Учим ли мы уроки прошлого?
04.04.2020
Все статьи темы
"«Могильщики Русского царства»"
«Это был очень искренний человек»
Вместе с тем, история В.М.Пуришкевича — назидательный рассказ о том, как незаурядный, одарённый человек в силу личных амбиций невольно стал одним из могильщиков того дела, которому служил
24.01.2020
Первый революционный комендант Петрограда
Борис Александрович Энгельгардт (1877—1962)
02.05.2016
«Обреченный лидер обреченной партии»
Владимир Дмитриевич Набоков (1869—1922)
25.04.2016
«Папаша» революции
Николай Семенович Чхеидзе (1864—1926)
18.04.2016
Все статьи темы
Последние комментарии
Влияние чипирования на духовную жизнь человека
Новый комментарий от Андрей Козлов
2020-05-25 20:32
Неужто волк?
Новый комментарий от Андрей Карпов
2020-05-25 20:25
Чипирование биообъектов по плану Собянина
Новый комментарий от Коротков А. В.
2020-05-25 20:25
«Чипирование через шприц»: возможно ли оно технически?
Новый комментарий от Коротков А. В.
2020-05-25 19:55
Никита Михалков встал на тропу войны с русофобским меньшинством
Новый комментарий от Советский недобиток
2020-05-25 19:49
Славянский салют
Новый комментарий от наталья чистякова
2020-05-25 19:47