Первая мировая война, вызвавшая поначалу мощный подъем патриотических чувств в русском народе, дала немало примеров подвигов, совершенных юными героями. Горя желанием отличиться на войне с «германцем», мальчишки убегали из дома на фронт, становились разведчиками, добывали ценные сведения и трофеи, спасали своих командиров. Но имена большинства из них сегодня, к сожалению, совершенно забыты, так как советская власть совершенно не нуждалась в героях осужденной ею «империалистической войны». Одним из таких забытых героев был казачонок Федя Фрикин, о подвиге которого 100 лет назад сообщали многие газеты.
Федор родился в семье зажиточного казака станицы Петропавловской. В 1914 году ему исполнилось 14 лет, и когда началась Великая война, подросток «почувствовал страстное желание отправиться на поле брани». После долгих и настойчивых просьб Феди, родители согласились его отпустить, договорившись о том, что их сын поступит в один из кубанских казачьих полков.
Когда Федор выехал на австрийский фронт, полк, в который ему предназначалось поступить, был уже около Перемышля. Не найдя свою часть на старом месте, юный казак пристал к одному из пехотных полков Русской армии, рассчитывая вместе с ним отыскать кубанцев. Тут-то и подвернулось «настоящее дело», о котором мечтал юный казак. Перед полком, к которому он присоединился, командованием была поставлена задача занять неприятельские окопы, находящиеся в 11 верстах от Перемышля. Но прежде чем приступать к штурму австрийских позиций требовалось произвести разведку, на которую Федя и вызвался «охотником», т.е. добровольцем.
Смышленый казачонок переоделся в платье местных крестьянских ребятишек, уселся на одолженную у крестьян деревенскую лошадь и в таком виде направился в сторону распоряжения неприятельского лагеря. Не доезжая небольшого расстояния до врагов, юный герой разогнал лошадь и отважно помчался прямо на австрийские позиции. Доскакав до самых окопов, Федя на глазах у изумленных австрийцев грохнулся с лошади на землю и, вымазав слюною глаза и изображая нестерпимую боль, принялся громко реветь. Ошарашенные таким представлением австрийцы выскочили из окопов и подбежали к «крестьянскому мальчику», непонятно как занесенного в район боевых действий. Попытки расспросить Федора о том, кто он, как и зачем оказался на позициях успехом не увенчались - юный разведчик лишь рыдал и потирал ушибленные места. Поняв, что от этого «бестолкового русского ребенка» добиться ничего не получится, австрийцы водрузили Федю на лошадь и прогнали подальше от позиций.
«Малышу-разведчику только этого было и надо: он уже успел рассмотреть сквозь "горючие слезы" окопы и, сидя на лошади, занес их в план на бумагу», - сообщал корреспондент «Биржевых ведомостей». «Небезынтересно отметить еще то, - отмечалось в газетной заметке, - что у Феди за рубашкой висел настоящий казачий кинжал. На вопрос нашего офицера, зачем он его взял с собою, Федя ответил, что в случае если бы австрийцы обнаружили его планы, то он хоть бы одного, а пырнул бы кинжалом».Благополучно добравшись до своих, юный герой сделал доклад командиру полка, в ходе которого представил план увиденных им укреплений и на следующий день австрийские окопы были взяты нашими войсками. За свою находчивость и смелость Федор Фрикин был представлен командиром полка к «Георгию» 4-й степени.
О том, как сложилась дальнейшая судьба разведчика-казачонка, к сожалению неизвестно. Газеты сообщали лишь о том, что Федор вскоре отыскал полк кубанских казаков и продолжил свою боевую службу среди своих земляков. Как информировало одно из столичных изданий, Федор «имеет лошадь, сам делает уборку и седлает ее, хотя она выше его в полтора раза. При разговоре Федя держит себя, хотя бы с начальством, просто, не стесняясь; отвечает весьма метко и толково, щеголяя такими словами как "авангард", "арьергард", "команда связей" и др.».
Подготовил Андрей Иванов, доктор исторических наук
