Памяти Нины Архиповой
Прирожденного курянина Преподобного Серафима Саровского чудотворца в мiру звали Прохором. Прохор имя древнее, греческое. Означает оно — руководитель хора.
Что за Прохор дал имя сему святому прославленному месту, Единому Богу и ведомо, нам же грешным одно известно, что уж его-то имя не изглажено из Книги Живота Вечного. И славит его небесный сводный хор ангелов и мучеников-воинов по-над простором этой дивной равнины.
Николин день. Майский чернозем прозяб нежными ростками будущего хлеба. В добрую землю пало зерно. Умерло, успело и возродилось мириадами зеленых огоньков. Добрым будет урожай. Как здесь чудесно рухнули твердыни и чужеземного германского и чужеродного коммунистического здешнего богоборчества!? Посредь плодородной нивы встала белая-белая трепетная свеча — неопалимо золотом горит ее вершина — Матерь Божия Своим теплым огненным Покровом осенила нашу Русскую Державу, Дом Свой, Хлеб наш насущный, Хлеб этого года, Хлеб сорок третьего года. Как и эти обновленные ростки Хлеба Жизни, восстанет из родной земли на зов Архангельской Трубы к Страшному Суду и Праведная Русь, искупленная подвигами, телом и кровью сонма прохоровских святых, Телом и Кровь Христа Спасителя...
Наш малый Крестный Ход вышел к белокаменной Прохоровской Покровской Звоннице под мелкий теплый дождь. Легкий ветер ласково раскрылял шелковые державные стяги и шевелил кистями хоругвей. Небесные капли увлажняли наши лица, и мы имели вид как бы плачущих, но с выражением радости. Вдохновенное шествие под мерный благовест торжественно обошло дивную новостройку. Виделось и не верилось, что это возможно — вместо мрачных громад бетонных капищ, которыми последние десятилетия уродовали места сражений и подвигов наших соотечественников в годы Великой Отечественной Войны, чуть ли не впервые на нашей земле в камне и золоте отобразился искренний порыв русской души — Звонница.
Она как пение великого хора, запечатленного на ее рельефах, реет высокой нотой, знамением древнерусского чистого гласа в грандиозном пространстве возрождающегося Отечества. Так этот образ в памяти и запечатлевается — звучно, гласом.
Пришедшие помолились, сказали подобающие слова. Потом журналисты под стрекот кинокамеры расспрашивали Вячеслава Клыкова — расспрашивали автора на фоне его удивительного создания.
— Три великих Поля в России — Куликово на Дону, Бородинское под Москвою и это Прохоровское здесь. Они освящают собою всю нашу землю и являются подлинными православными святилищами Русского Народа, которые с Запада стоят неодолимым духовным заслоном на пути враждебных сил к сердцу нашего Отечества. Прославленные у Бога эти места должны быть подобающе прославлены и в сердце каждого русского, каждого современного россиянина. Духовно соединив эти великие пространства, эти Три Поля России, собрав воедино эту святыню в своем сознании, в своей памяти, мы одолеем и нынешнее разделение, царящее сейчас в Русском Народе. Только подлинная соборность Земли Русской победит нынешнюю смуту. Я в это свято верю...
Голос у Клыкова резковатый, мужицкий — будто топором лесину тешет — уверенный голос русского человека. Вот вроде бы и все сказано — для журналистов. Большинство участников Международного Кирилло-Мефодиевского праздника славянской письменности и культуры от дождя потянулись к дальним автобусам. Мы с хоругвями и знаменами стоим рядом со Звонницей, рядом с местным батюшкой, рядом с Клыковым. Уходить почему-то не хочется.
Клыков нам говорит:
— Подождем. Сейчас обязательно выглянет солнце. При солнце надо посмотреть. Давайте отойдем к деревьям. Там в конце аллеи будут изваяния трех воинов — героев Куликовской битвы, Бородина и Курского сражения. Дождемся там солнца.
О солнце он говорит так же веско и уверено, как и о соборности. Прошлись по непаханной земле с яркой буйной травой под купы деревьев. Встали кружком и горькой стопкой помянули павших в Прохоровском сражении. Краткое слово произнес священник. Потом пустили по кругу чашу — За Веру, Царя и Отечество, за победу русского духовного оружия...
Солнце вышло вдруг, нечаянно — в сплошной серой хмари открылась пронзительная синева, и вершина звонницы запылала золотом еще жарче и радостней. От края до края поля встала высоченная Радуга Завета — встала поющим, ликующим куполом нерукотворного храма. Огласилась земля надеждой...
Белгород-Москва, Май 1995 г.
