На самом деле, конечно, лично я бы связывал «акт саботажа» (а это уже фактически официально заявленная позиция теперь и западных стран, случайностью это объяснить уже никак невозможно) на газопроводах «Северный поток» и «Северный поток — 2» не столько, как это сейчас принято, с проведением референдумов на новых территориях Российской Федерации.
Или, допустим, с интересным параллельным запуском по дну Балтийского моря польского газопровода Baltic Pipe, хотя, понимаю коллег, такое логическое построение просто в данном конкретном случае прямо напрашивается. Сколько с не сильно, мягко говоря, удачными итогами последнего визита германского канцлера Олафа Шольца в страны Аравийского полуострова, о которых мы уже писали ровно неделю назад.
Согласитесь, получение в результате обширного и довольно по разным причинам унизительного «арабского турне» (напомним, Шольц посетил сразу все три ведущие добывающие державы региона — королевство Саудовскую Аравию, ОАЭ и Катар. Он и в Ирак с Ираном, наверное, от отчаяния бы сгонял, но пока старшие не позволяют), вызванного острым энергодефицитом в Европе здесь и сейчас, одного (!) танкера с СПГ из Объединённых Арабских Эмиратов и неясных перспектив в будущем, — результат и в мирное время был бы, что называется, так себе.
А в текущих обстоятельствах так и вовсе должен рассматриваться как максимально близкий к катастрофическому.
Зима-то, простите, близко.
Да и следующей весной, согласно прогнозам, проще Европе совершенно точно не будет. А скорее даже совсем наоборот.
И в этой ситуации, просто от отчаяния, немцы, очевидно, всё чаще начали поглядывать в сторону не работающих по разным причинам, но тогда ещё вполне исправных «Потоков»: причём не только рядовые граждане и так называемые политические маргиналы из числа как левых, так и, напротив, правых — например, сторонников «Альтернативы для Германии». Но и люди вполне системные, вроде чиновников разного рода ведомств.
И даже глав некоторых федеральных земель.
Вот, собственно говоря, их этих иллюзий на будущее и лишили: если континентальной Европе старшими товарищами предписано пройти болезненный процесс деиндустриализации и регресса, в том числе и социального, то не надо ничего выдумывать. И энергетический кризис есть только один из этапов данного необходимого процесса. Ну а дальше всё просто. Всем хорошо известно, что если американский сержант командует: «Jump!» — то единственный вопрос, который ему имеет смысл задавать: «Как высоко прыгать?».
А всё остальное — мелочи.
И вообще нарушение основных демократических норм.
Поэтому выгодоприобретатели «акта саботажа» вполне очевидны, и тут даже не надо ничего додумывать. И когда российский энергетический вице-премьер Александр Новак говорит, что в выводе из строя «Северных потоков» прежде всего заинтересованы страны, и ранее официально занимавшие негативную позицию по отношению к этому проекту, он тоже ничего не додумывает.
А просто ещё раз обращает внимание аудитории на официально и неоднократно документально, в том числе под телекамеры, зафиксированные факты.
Или некто Джо Байден про то, что он «не допустит работы этих трубопроводов» и что у него «есть средства» не допустить работу «Потоков», извините, официально, под эти самые телевизионные камеры, не говорил?! Или Польша с Украиной в своё время не заявляли прямо, что «эта инфраструктура не будет работать», и не обещали всё сделать для этого?!
Нет, сейчас-то уже можно говорить что угодно.
И про коварство русских, самих себя подорвавших, в том числе.
Вот только, знаете ли, так сложилось, что это интересное документальное кино видели уже во всём мире.
И зачем же людей-то смешить?
Поэтому просто процитируем всё того же Новака: «Мы на сегодняшний день исходим из того, что нужно в первую очередь разобраться, кто это сделал, и мы уверены, что в этом заинтересованы определённые ранее высказывавшие позиции страны» (с). И согласимся с его довольно уверенной позицией: дело-то действительно громкое, его, как каких-нибудь неведомо чем отравленных Скрипалей или трусы Навального, под стол особо не запихнёшь. Даже в условиях военного времени. Хотя к этому и будут приложены все возможные и даже невозможные усилия, тут всё гораздо сложнее. И что, пожалуй, самое главное и опасное для самого Запада: как совершенно справедливо пишут в американском National Review, России в данном случае вовсе будет не нужно ни «мировое признание системы доказательств», ни решения каких-либо международных инстанций. Точно так же, как ей не сильно важно международное признание итогов референдумов на новых российских землях.
Что Россия, кстати, только довольно демонстративно, извините за невольную тавтологию, и продемонстрировала.
Ей важно разобраться самой.
А дальше — как суверенная держава (опять-таки цитируем National Review, там неглупые люди работают) — «Россия может начать относиться к Соединённым Штатам как к полноправной воюющей стороне и атаковать нашу инфраструктуру» (с). Согласитесь, не самый интересный — даже в режиме «гибридного противостояния» — для современного ведомого США «западного сообщества» результат.
Британия — она ведь тоже остров, извините.
И трансатлантические кабели по всей Атлантике не перекроешь.
И мы уже не говорим про Тайвань.
Но это ещё полбеды. Вопрос «Кто виноват?», конечно, относится к числу так называемых вечных русских вопросов.
Но вот только другой вечный русский вопрос, а именно «Что делать?» — в том числе что нам всем делать с ожидаемым уже этой зимой (максимум весной) катастрофическим энергодефицитом в Европе, — тут гораздо важней.
И вот здесь как раз и начинается самое интересное: тот же Александр Новак, с одной стороны, безусловно подтвердил вещь и без того профессионалам понятную: как бы ни были серьёзны повреждения в «Северных потоках», они вряд ли неисправимы. Хоть и, по предварительным оценкам, выглядят вполне себе даже катастрофическими. И тут мы снова процитируем российского вице-премьера, он всё-таки и информирован о происходящем много лучше прочих, да и вообще вполне себе официальное лицо в российском правительстве: «Безусловно, есть технические возможности восстанавливать инфраструктуру, это требует времени и соответствующих средств. Я уверен, что будут найдены соответствующие возможности» (с). И вот здесь как раз и возникает самый, пожалуй, интересный вопрос: будет ли кто в текущих политических обстоятельствах эти «технические возможности» — как в Европе, так и в самой России —реализовывать и, так сказать, воплощать в жизнь?
Это раз. А два, опять-таки простите: кто будет платить за банкет? Ибо это тоже немаловажно.
Впрочем, даже если — чисто гипотетически! — все эти вопросы будут благополучно разрешены, то работы по восстановлению разрушенной инфраструктуры газопроводов начнутся совершенно точно не сразу.
И вряд ли закончатся до грядущего лета как минимум: при самом оптимистическом сценарии, который в текущих политических обстоятельствах — война на Украине, знаете ли, — вряд ли может считаться реализуемым.
Если оставаться реалистом, то года минимум два.
А вот в текущую зиму немцам, да и европейцам в целом, лучше всё же будет входить вообще без каких-либо иллюзий. Хотя бы потому, что уже сегодня закачка газа в европейские ПХГ, которой так гордились туземные политики, сменилась откачкой. То есть, если формулировать корректно, вчера было зафиксировано, что отбор газа из подземных хранилищ в Евросоюзе впервые с начала апреля превысил закачку. То есть начинать спрашивать за происходящее с европейской энергетикой — да и вообще экономикой — своих как бы национальных политиков, есть такое мнение, европейским обывателям можно прямо сейчас.
