Историк Никита Петров, который является заместителем председателя Совета Научно-информационного и просветительского центра общества «Мемориал», выдал в эфире радио «Эха Москвы» замечательное:
«Мы пожинаем плоды недостаточно радикального движения к правовому государству. Когда мы стали дрейфовать и говорить: «А давайте теперь будем говорить о национальных интересах, а давайте говорить о том, что у нас много русских осталось в республиках». Вот это вот началось. Распятая Югославия. Это пестование самых низменных инстинктов толпы привело действительно и к оккупации Крыма, и ко всему прочему. Но все это началось не в 93-м году, а в 92-м, когда тот парламент, еще не разогнанный, принимал резолюции о Крыме, которую Ельцину приходилось на уровне ООН дезавуировать. Потому что вот эти латентные, живущее в массах имперскость и фантомные боли по чему-то великому и утраченному, не были перевоспитаны и не были проработаны как травма»
Простите за достаточно увесистую цитату, но я очень прошу вас вчитаться в каждое слово. И осознать всё сказанное господином Петровым. Просто потому, что в этой цитате есть хоть и завуалированное, но достаточно прямое указание той цели, к которой все эти демократы, либералы и совестливые правозащитники хотели подвести страну. К тому, чтобы её не стало.
Чтобы больше не было большой исторической России. Ни в каком виде. Ни в виде федерации, или даже конфедерации. Чтобы была кучка каких-то псевдогосударств, расположенных на огромной территории от Балтики до Тихого Океана, населённых вроде бы одним народом, говорящем на одном языке, но тем не менее, «политические национальности» для всех тоже бы приготовили, дело недолгое, если умеючи. В принципе, этот проект никуда и не делся. Хотите посмотреть на карту? Посмотрите, как называются региональные проекты «Радио Свобода»* — это и будет той самой картой.
Никита Петров, не мудрствуя лукаво, называет желание русского народа сохранить своё государство, которое собиралось и строилось веками, «живущей в массах имперскостью и фантомными болями по чему-то великому и утраченному». У Никиты Петрова русское имя и русская фамилия, вот просто хрестоматийная, но тем не менее, он искренне ненавидит свой русский народ. Его совершенно не заботит то, что в начале 90-х, великое российское государство было просто порезано по-живому, а его огромные исторические территории остались в составах национальных республик, ибо когда-то административные границы рубились буквально на коленках, да и с целью задобрить национальные элиты новых социалистических государств, принятых в СССР, эти республики порой получали достаточно жирные территориальные подарки. Да, тогда никто не думал, что люди живущие на этих территориях когда-то окажутся чужими на своей земле. Чужими и гонимыми. А те самые административные границы, в ряде случаев, превратятся в незаживающие кровавые раны.
Господин Петров пытается подменить понятия. В его понимании, правовое государство Россия — это некая страна, которая должна полностью отказаться от своей многовековой истории и от части своего народа. Так, как будто бы его никогда и не было. И плевать, что с этой частью народа будет. При чём здесь правовое государство – я искренне не понимаю. Тем более, что в результате строительства такого правового государства, без прав остались бы миллионы людей.
Петров упирает на низменные инстинкты толпы, но на самом деле, тут уместно говорить о низменных инстинктах тех, кто руководил Россией в то время, когда рушился СССР. Эти люди не удосужились подумать о миллионах своих соотечественниках, которые благодаря одному росчерку пера попросту остались в моментально ставших чужими новых странах. Петров упоминает Крым. Тот самый Крым, который с самого обретения Украиной независимости, всегда мечтал вернуться в Россию. Это не является секретом ни для кого. По сути, правозащитник Петров готов отказать в элементарных правах двум с лишним миллионам крымчан, которые считают себя русскими, а своей Родиной – Россию. Их мечту оказаться дома, господин Петров сравнивает с «травмой».
Это всё прекрасно вписывается в классическую канву демократической шизы – «платить и каяться». По их мнению, виноваты не русские цари и императоры, виноваты не генеральные секретари Компартии, виноват именно русский народ, весь. Виноват одним фактом своего существования. Желание обладать собственной страной, которую предки строили веками, потом и кровью, они называют «имперскостью».
Голос Мордора, специально для News Front
