Темнокожая девушка в ярком одеянии, смущаясь, читает мне вслух стихи Лермонтова. «Глубокая ещё дымилась рана. По капле кровь точилася моя. Лежал один я на песке долины. Уступы скал теснилися кругом, и солнце жгло их жёлтые вершины». От волнения она забывает текст, но однокурсники поддерживают, аплодируя. Студенты на кафедре русского языка в столице Судана Хартум жалуются, насколько труден в изучении «великий и могучий». Им сложно отличить друг от друга «забил» и «забыл», «называется» и «наживается».
Я спрашиваю, как они относятся к базе ВМФ РФ в Судане, и все в восторге: «России давно пора вернуться в Африку!» В разное время советские военно-морские базы располагались в Сомали (до 1978 года) и Эфиопии (до 1991 года). Из одной страны нас выгнали, поскольку её президент переметнулся на сторону США, из другой пришлось уйти самим по причине свержения там просоветской власти. В декабре 2020 году между Россией и Суданом было подписано соглашение о строительстве близ города Порт-Судан на Красном море пункта для базирования ВМФ. Обозреватель «АиФ» решил разобраться, нужна ли нам военная база в Африке и какую пользу она принесёт.
Фото: АиФ/ Георгий Зотов
«Платить деньги не будем»
— Прошу вас иметь в виду, что на деле речь идёт о более скромном нашем присутствии — пункте материально-технического обеспечения (ПМТО), — заявил в интервью «АиФ» посол России в Судане Владимир Желтов. — Важно, чтобы читатели вашего уважаемого издания понимали: это не база в прямом смысле. Россия — великая держава, у которой есть свой военно-морской флот, выполняющий задачи в различных частях мирового океана. Любой же корабль, находящийся надолго вдали от родных берегов, требует снабжения топливом, водой, продовольствием — именно для таких целей и создается ПМТО. И в этом нет ничего нового. Ранее, в советский период, аналогичное присутствие на cеверо-востоке Африки и в красноморском регионе было на острове Нокра на архипелаге Дахлак (тогда он принадлежал Эфиопии, сейчас — Эритрее), а еще раньше — в сомалийском порту Бербера. Было присутствие и на йеменском острове Сокотра. Современный российский океанский флот решает немало задач, и где-то наши корабли заправляться должны. Отсюда и появилась идея создать подобный пункт материально-технического обеспечения в Судане.
- Успокою дорогих читателей. Вопрос о плате за ПМТО в Порт-Судане не стоит. Вносить за него деньги российская сторона не будет — по взаимному соглашению подразумевается, что мы окажем Судану военно-техническую помощь. При этом не могу не сказать, и это вовсе не секрет: суданская армия уже много десятилетий — с шестидесятых годов — ориентируется на советское/российское вооружение. Здесь летают наши самолёты и вертолёты, ходят наши танки и бронетранспортеры. Суданские военные рассматривают Россию как своего проверенного временем партнёра. Здесь привыкли к тому, что наше оружие надежное и эффективное. В суровых здешних условиях это не просто слова.
«Американцы — беда для страны»
Сами суданцы постоянно подтверждают: им элементарно необходимо присутствие России в стране. Угощая меня чаем в изрядно обветшавшем здании Внешнего информационного совета в Хартуме, его директор Сумайя Альхади объясняет: «Мы приветствуем приход России в Судан, поскольку желаем сотрудничать со всеми сторонами, способными принести пользу нашей республике. А от России мы ожидаем очень большую пользу, в том числе — безопасность побережья Красного моря». Об этом мне намекают в частной беседе и суданские офицеры: мол, «морская линия» совсем не защищена, а в случае присутствия в Порт-Судане российских кораблей никакой враг не сунется.
Староста деревни Илафон Халед Абделькадыр. Фото: АиФ/ Георгий Зотов
Пригласив меня в свой дом, староста деревни Илафон близ хартумского пригорода Омдурман Халед Абделькадыр сразу поясняет, что является горячим сторонником появления моряков России в Судане. «Да пусть русские хоть всё Красное море забирают! — предлагает он. – Это лучше, иначе сюда вломятся Америка или Китай. Мы уже дружили с США при прежнем президенте в Джафаре Нимейри, ничего хорошего не вышло. Где американская политика — везде сплошные неудачи и беда для народа. Российская армия — очень хорошая армия, и её появление улучшит нашу экономику».
Валютчики и спекулянты
Судан откровенно небогатая страна. Тут сыграли роль и 27-летние американские экономические санкции, и многолетняя война с сепаратистами на юге (закончившаяся в 2011 году распадом республики на два государства), и частые засухи. Средняя зарплата в суданской столице — около 6000 рублей на наши деньги, за полчаса поездки на такси попросят 100 рублей, обед в приличном ресторане — 500 рублей. Литр бензина обойдётся в 30 рублей, но на бензоколонках дикие очереди, и спекулянты «толкают» дефицитное топливо в три, а то и в четыре раза дороже.
Судан откровенно небогатая страна. Фото: АиФ/ Георгий Зотов
Полиция на въезде в Хартум выборочно обыскивает машины водителей, конфисковывая нелегальный бензин, но чёрному рынку это процветать абсолютно не мешает. Суданский фунт недавно резко обесценился — я менял деньги у уличных «валютчиков» уже по курсу 380 фунтов за доллар, и цены на еду растут как на дрожжах. Поэтому естественно, что в Судане рады любому заработку, появившемуся со стороны, и очень опасаются его потерять — отношения с Россией для суданцев весьма значимы, особенно в вопросе срочных закупок современного оружия. Тут всё ясно, а вот как реально поможет нашему флоту «точка поддержки» на Красном море?
Фото: АиФ/ Георгий Зотов
Портрет дедушки Ленина
В последнее время российским военным кораблям всё чаще приходится выполнять задачи у берегов Сомали — с тех пор как эта страна в 1991 году развалилась на части, контролируемые отрядами боевиков. У её берегов появились пираты, десятками грабившие иностранные торговые суда, захватывавшие экипажи в заложники и требовавшие выкуп. Сейчас пиратство в водах у Сомали сократилось, но кораблям ВМФ РФ требуется патрулировать побережье восточной Африки, чтобы нападения не возобновились.
«Ситуация во многих африканских странах по-прежнему нестабильна, — считает источник «АиФ» в российском МИД. — И для моментальной реакции — вывоз персонала посольств, переброска гуманитарной помощи и прочих полезных вещей — нам не помешает базирование в Судане. Это вовсе не гигантская база в понимании СССР — с массой эсминцев, бомбардировщиков и десятками тысяч солдат. А небольшой участок с максимальным количеством в 300 человек персонала и четырьмя боевыми кораблями».
Поздно ночью в Хартуме не горят уличные фонари, не работают светофоры — опять «накрылось» электричество. «А как скоро Россия построит у нас базу? — на хорошем английском спрашивает меня пожилой суданский журналист. «Не знаю, — честно отвечаю я. — Пока трудно сказать». Само собой, уже не следует раздаривать столько денег, как при СССР, дабы расставить войска по всему миру: лучше потратить их внутри России на улучшение жизни людей.
Фото: АиФ/ Георгий Зотов
Но пункт ВМФ в Судане принесёт нам скорее прибыль, чем убыток, ведь мы больше не выбрасываем средства не глядя, стоит кому-то в Африке повесить на стену портрет дедушки Ленина. Если пункт ВМФ РФ на Красном море сократит расходы на содержание кораблей, это уже отлично. Судан называют «воротами в Африку», а России следует смелее возвращаться со своим влиянием на этот континент, где Китай попросту скупает оптом целые государства, получая их ресурсы и извлекая из этого небывалую прибыль. Как раз об этом я расскажу вам в своём следующем репортаже.
