Синдзо Абэ – уйти, чтобы остаться?

То, что премьер-министр Японии Синдзо Абэ может досрочно покинуть свой пост, специалисты допускали по мере снижения его популярности в японском обществе и падения поддержки возглавляемого им кабинета. К тому же самому Абэ становилось ясно, что его планы изменить конституцию страны, разрешить «территориальный вопрос» с Россией, вернуть на родину захваченных северокорейскими спецслужбами японских граждан за оставшийся до отставки год осуществить не удастся. А значит, оставшееся до истечения срока премьерства в сентябре 2021 года время Абэ пришлось бы находиться в малопривлекательном положении «хромой утки».

Так что обострение хронического заболевания лишь дало удобный повод и ускорило решение сложить с себя полномочия главы государства. И это было не спонтанное, а тщательно выверенное решение. В результате, хотя и не добившись достижений, достойных быть внесёнными в школьные учебники, Абэ покидает пост в обстановке уважения и сочувствия как у себя в стране, так и за рубежом.

Думаю, серьёзно продумал Абэ-сан и выбор преемника. Скорее всего, им станет работавший все годы рука об руку с премьером генеральный секретарь Кабинета министров Ёсихидэ Суга. И ничего, что он не пользуется особой популярностью в народе. Зато он всецело лоялен Абэ и с большой степенью вероятности будет продолжать курс своего патрона. В случае избрания Суга председателем правящей Либерально-демократической партии (ЛДП), а затем премьер-министром его роль будет напоминать роль Дмитрия Медведева, заместившего на время основного лидера страны – Владимира Путина. Среди комментариев уже высказываются предположения о том, что, выдвинув Суга, Абэ преследует цель уйти, чтобы остаться.

Ёсихидэ Суга

Выбор премьера в Японии делают не избиратели, а депутаты имеющей большинство в парламенте партии и некоторая часть делегатов этой партии с мест. Хотя формально ЛДП отказалась от существования внутри неё фракций, в действительности депутатский корпус партии разбит на группы приверженцев нескольких известных в стране политиков. Фракция Абэ наиболее многочисленна и вместе с близкими ей другими группировками будет определять результат голосования на намеченном на 15 сентября съезде. В известной степени можно считать, что премьером станет тот, на кого укажет Абэ. В пользу Суга и то, что его, скорее всего, поддержит влиятельный и много решающий в партийных делах генеральный секретарь ЛДП Тосихиро Никай. Именно он будет решать, как проводить голосование при выборе председателя – выборщиками или всеми членами партии, что может изменить предварительные наметки.

Тосихиро Никай

Шансы же многолетнего противника Абэ бывшего министра обороны и сельского хозяйства, занимавшего также пост генерального секретаря партии Сигэру Исиба, которому, по опросам, симпатизируют многие японцы, не столь велики, ибо число поддерживающих его депутатов и членов партии ограничено. В числе потенциальных кандидатов на пост председателя партии называют и главу политсовета ЛДП, бывшего министра иностранных дел Фумио Кисиду, и нынешнего министра обороны, также бывшего министра иностранных дел Таро Коно. Как компромиссный вариант на случай серьёзных разногласий в партии японские СМИ допускают выдвижение в качестве преемника бывшего премьер-министра, ныне вице-премьера, министра финансов 80-летнегоТаро Асо. Однако это действительно «на крайний случай».

Никто из перечисленных кандидатов не обладает той харизмой, которая присуща Абэ. Нет у них и умения общаться с «трудными партнёрами», которое демонстрировал уходящий премьер. А это необходимо, ибо новый премьер сразу должен будет устанавливать доверительные отношения с Дональдом Трампом, Си Цзиньпином, Владимиром Путиным, Мун Чже Ином, а также с европейскими лидерами. Едва ли при этом новый премьер сразу начнёт ломать ту дипломатическую линию, которую годами выстраивал Абэ. А значит, кто бы ни был избран, не следует ожидать резких внешнеполитических ходов.

Это относится и к отношениям Японии с нашей страной. Серьёзного охлаждения, тем более замораживания отношений с Москвой быть не может уже по той причине, что в международной политике Россия нужна Японии не меньше, чем Япония России. Причём во всех сферах – политической, экономической, военно-стратегической и других. Конечно, встреч на высшем уровне станет меньше, ибо в Японии не только политики, но и народ сегодня сознают, что попытки обхаживать Путина, сулить ему экономические выгоды за Курильские острова к решению надуманной «проблемы северных территорий» не приведут. А потому своевременен призыв «вернуться к реальностям» и строить отношения с северным соседом на их основе, а не на основе иллюзий.

Замораживание отношений с Россией маловероятно и потому, что в Токио да и в Вашингтоне понимают, что отход от активной дипломатии в отношении России чреват для Японии дальнейшим движением Москвы в сторону Китая, опасений по поводу чего японские и американские политики не скрывают. Конечно, инерция выдвижения к нашей стране необоснованных и незаконных территориальных претензий сохранится, но, как во времена Советского Союза, «требования островов» будут использованы для проформы, демонстрации «непреклонности правительства в отстаивании интересов Японии». Прямо скажем, интересов неправильно понятых и сформулированных.

Откровенно говоря, сомнения вызывает способность нового премьера строить, как Абэ, хотя бы внешне равноправный диалог с сюзереном – Соединёнными Штатами. Ибо кто бы что ни говорил, по большому счёту внешняя политика Японии формируется под влиянием Вашингтона. Это в полной мере относится к японо-российским отношениям. Не скрою, автора этих строк беспокоит ситуация, когда Трамп и лидеры «семёрки», ранее смотревшие сквозь пальцы на заигрывания японского премьера с российским президентом в расчёте на «возвращение Курил», теперь, когда такая перспектива стала иллюзорной, могут потребовать от Токио ужесточить ранее символические санкции в адрес Москвы.

Хотелось бы верить, что этого не произойдёт хотя бы в ближайшее время, пока Абэ, несмотря на болезнь, всё же сможет направлять политику в отношении нашей страны не в сторону бездумной конфронтации, к которой зовут японские правые националисты, а на поддержание разумного диалога и взаимного сотрудничества, потенциал которого далеко не исчерпан.