Винная монополия и гособлигации для населения

Интервью с автором цикла книг по истории экономики Андреем Юрьевичем Быковым

Коронавирус  Пандемия коронавируса в России  Бывший СССР  Вакцина от коронавируса (COVID-19)  Коронавирус в России 
0
538
Время на чтение 8 минут
 
 

Андрей Юрьевич, насколько эффективной, по Вашему мнению, была поддержка бизнеса, оказанная государством в период карантина?

Помощь была существенной, но средства происходили из состава налогов, ранее взятых с бизнеса. Было бы более эффективно помочь бизнесу тем, что снизить налоги. Например, подоходный налог или налог на прибыль хотя бы на 0,5%. В экономике осталось бы больше денег.

В своих статьях Вы пишите о наступившем глобальном кризисе экономической идеологии прибыли. Могли бы Вы более подробно прокомментировать.

Наша страна ушла от экономической идеологии самодостаточности в идеологию прибыли в 1965 году. И с тех пор, за исключением начала 2000-х годов экономика, рассчитанная в натуральных показателях, сжимается.

Экономическая идеология прибыли – это всегда финансовая пирамида. О неизбежном наступлении глобального кризиса экономической идеологии прибыли мною в 2018 году была написана книга «Цифровая экономика и будущее золотого стандарта». В 2020 году мир начинает возвращаться в экономическую идеологию самодостаточности. Иного выхода просто нет. Как и не существует третьей экономической идеологии.

 

Что  означает для России переход в идеологию самодостаточности?

В условиях глобального экономического кризиса у России нет внешних источников развития. Источниками развития России могут быть только внутренние ресурсы. Пока это сырье и налоги. Но приоритетом правительства должны быть не налоги, а товарное производство. В целом в плане экономических приоритетов нужен приоритет экономики над политикой, менталитета хозяина над менталитетом временщика. Необходимо отказаться от использования стоимостных показателей, вернувшись к использованию натуральных. Такой показатель как ВВП вообще не имеет никакого экономического смысла. Но, главное – как можно скорее отречься от политэкономии и вернуться к фундаментальной науке экономики.

 

А как это скажется на рынке?

Рынок – это экономическая модель, которую использует идеология прибыли. Страны, которые будут возвращаться в экономическую идеологию самодостаточности, не могут работать в модели рынка. Они должны переходить на экономические модели идеологии самодостаточности. Их существует две – концентрация производства как в СССР, и государственная концентрация рынка как в Китае, Саудовской Аравии, Сингапуре и в некоторых монархиях.

 

А какие экономические инструменты есть у Правительства России в сложившихся условиях?

Скажем, так как есть. Господствовавшая в СССР марксистская политэкономия не могла понять, что при происшедшей в результате экономической реформы Косыгина-Либермана 1965 года смене экономической идеологии самодостаточности на экономическую идеологию прибыли будет неизбежно разрушена экономическая модель концентрации производства, которая применялась в нашей стране старообрядцами, Столыпиным и Сталиным. Концентрация производства возможна только в идеологии самодостаточности. Она невозможна в идеологии прибыли. Итогом через 25 лет после реформы Косыгина-Либермана стал крах СССР. Оговорюсь, что Алексей Николаевич Косыгин был против реформы 1965 года, но он был в Политбюро в меньшинстве и следовал партийной дисциплине.

За прошедшие 30 лет политэкономия разрушила в нашей стране все экономические инструменты, которыми владело государство. В арсенале правительства остаются всего два экономических инструмента, которые не использовались в последние годы.

 

Какие это инструменты?

 

Во-первых, это восстановление государственной монополии на алкогольную продукцию. До революции государственные монополии давали свыше 50% поступлений в бюджет Российской империи. В первую очередь, винная монополия. При восстановлении государственной монополии на алкогольную продукцию крайне важно не обидеть существующих собственников производств в этой отрасли. Многие из них – золотой фонд виноделия, носители традиций и знаний. Надо так решать задачу создания государственной монополии, чтобы эти люди остались в отрасли.

Вторым инструментом являются государственные займы у населения. Первые государственные займы в России появились еще в Российской империи в конце XIX века.  Особенно большое значение государственные займы получили в экономике СССР.  Это давало государству необходимые инвестиционные средства.

В кризис заемщики не всегда  возвращают взятые в банках кредиты. В современной России не все банки выполняют обязательства. У людей погибают деньги. Последняя надежда на государственную защиту сбережений в облигациях. Например, существует подписка облигации федерального займа (ОФЗ-н Министерства финансов Российской Федерации).

Именно эти деньги могут быть направлеÐ